Страница 24 из 46
- Августа, так о чём говорил, тот мужчина? – мягко начала я подталкивать её к разговору, который меня очень волновал – Что за беда здесь произошла? И при чём здесь наша экспедиция?
- Как ни прискорбно, но все наши беды начались с того дня, когда экспедиция посетила эти места... лагерь слишком близко раскинулся от поселения, и Игорь, был вынужден контролировать все ваши действия и вылазки в лес, чтобы наши с вами пути, не дай Бог, не пересеклись… Он следил за вами день и ночь, ему, конечно, помогали и другие, но, в то утро, когда ты «вышла» на него, сын отпустил своих ребят домой, оставшись один… и от вымотанности «пропустил» твоё появление… он не имел права допускать такие ошибки… и ошибся…
После вашей встречи в лесу, Игорь очень изменился, замкнулся, стал раздражительным… Я видела, что с ним что-то происходило и после долгих уговоров, он открылся мне - рассказав о твоём существовании. Елена тоже стала замечать в нём перемены… и за этим последовали обиды, молчание, холод в отношениях и ссоры. И после очередного неприятного разговора, Игорь не выдержал… сорвался с места и уехал искать тебя. Сын думал, что, увидев тебя, он снова успокоится, разочаруется, что ли, в своей увлеченности к тебе… и наваждение тобой спадёт.
Надеялся, что ты окажешься не тем, что он себе придумал… и, с легким сердцем, намеревался быстро вернуться обратно. И, он вернулся… но, не по этой причине… из-за трагедии, постигшей нас… вот почему, он бесследно пропал два года назад – уехал хоронить и оплакивать близких ему людей. Но, все эти годы, несмотря ни на что, он «приглядывал» за тобой, чтобы ничего неизбежного не случилось и там. Доверенные люди докладывали ему все подробности твоей жизни, но появляться вновь, он действительно не думал…
- Елена… это его супруга? – взволнованно спросила я.
- Да… У нас нет паспортов, нам это здесь и не нужно - своим потомкам мы не даём фамилий и отчеств. Это лишь формальность для тех, кто живёт среди людей и каким-то образом соприкасается с вашим миром. Мы не отмечаем праздников и дат, придуманных людьми. У нас есть свои. Земля, кормящая нас; вода, утоляющая жажду; согревающее солнце и деревья, дающие защиту и кров – вот наши покровители. Лесные духи - наши святые и ангелы-хранители. Даты и празднества, испокон веков, мы посвящаем только им. И ритуалы у нас особенные… у Игоря с Еленой был свадебный обряд, и по нашим законам, они считались супругами. По цивилизованным же – нет, только сожителями.
- Если бы я тогда знала… Ведь я видела и чувствовала, что Игорь желал меня не меньше, но что-то его останавливало… я, и тогда до конца, не верила, что главная причина была в его двойственной сущности, которой он постоянно прикрывался, боясь мне навредить, а не в чём-то другом… и останавливала его, отчасти, не сущность, а мучившая его совесть, которая изо дня в день, всё больше грызла его изнутри… и если бы не Илья, и эта беда, то мы дошли бы с ним до конца… и что нас ожидало в будущем? Ладно, я… а что думал он…
- Расскажу всё по порядку, чтобы его мотивы стали более-менее понятны тебе – продолжила Августа, считывая с моего лица бурю эмоций - Игоря в поселении редко зовут по имени, здесь оно у него другое – Тёмный. Он вожак и лидер этих людей уже много лет, чтобы было понятнее – он альфа. Теперь это его стая, а статус достался ему по наследству от отца, как и много чего ещё хорошего, и плохого… от генов трудно убежать. Игорь говорил мне, что в общих чертах, посвятил тебя в некоторые свои тайны… И про нашу с ним жизнь в Иланово, и про его «подростковые проблемы», про поселение и его отца, который пропал много лет назад, оставив неопытному мальчишке «своё наследие»… до сих пор тяжело вспоминать, сколько тогда свалилось на наши с ним неподготовленные головы… но, мой сын справился, у него получилось управлять этой махиной, так как по-другому он и не мог поступить.
Мой мальчик не хотел разочаровать и подводить своего… отца, будь он сто раз неладен! Сын старался делать всё, как надо и даже лучше. Этого у него не отнять. Именно, за это его ценят, любят и уважают здесь. Он столько сделал для этих людей! Ты себе и не представляешь! То, что отдал ему отец, и то что, что ты видишь сейчас – это два разных мира! Люди перестали разбегаться, оставаясь жить здесь и радуясь этой жизни. И всё было бы у нас хорошо, если не одна обязанность, положенная статусом, которая всегда была его слабым местом и болью – его личная жизнь…
Только я одна всегда знала и знаю до конца, что происходило и происходит в жизни моего единственного ребенка. Есть у Игоря одна черта характера – уж плохая или хорошая, решать не мне, - его нетерпимость к людской непокорности. И особенно, к женской… но, эта черта его и подвела. Исключением из правил является дочка, ей он может позволить многое, и мне иногда – тепло улыбнулась Августа.
- А как же… Елена? – хрипло спросила я, пребывая в некотором смятении от лившихся на меня слов.
- В том то и загвоздка, что с Еленой никогда и не возникало подобных проблем... Хотя сын не всегда был таким, это приобретенное, издержки профессии, так сказать. Вот эти издержки и оставили на тебе его «след»… ведь ты, совсем другое дело – ты, «как кость, застревавшая у него в горле». Нет в тебе той смиренности и покорности, что была в жене, а от этого у Игоря просыпается азарт и желание тебя приструнить, ему интересно с тобой «бодаться».
Сыну исполнилось уже полгода, как тридцать, когда кто-то из совета намекнул, что пора бы обзавестись парой. Не хорошо, мол, лидеру, дурной пример остальным показывать. Нужна семья и наследники, а жить свободным и волновать молоденькие женские сердца, которые толпами были у его ног, и мечтали стать супружницей альфы, лучше не надо. Пока, до поры до времени, это не привело бы к неприятным последствиям... Желающих в невесты было много, Игорь мог выбрать любую, и даже не одну, наши законы позволяют это, но чтобы не вносить, так сказать, раздор в женский коллектив, невесту – Елену - привезли из другого поселения. Да, да, есть и другие поселения волков, и не только их. У сына были женщины и до неё, но так, на одну ночь, не боле, а влюбиться или увлечься кем-нибудь из «своих» у него не получалось. В отличие от его отца… тот был ещё «ходок», ни в чём себе не отказывал…