Страница 20 из 46
Я ещё раз обошла всё вокруг, осмотрев поближе, и потрогала воду в купели. Это был настоящий подарок судьбы! Тело прогревалось и начинало покрываться испариной. Мне ужасно хотелось поскорее погрузиться в воду. Поставив баночки на стеллаж, я залезла в ванну, осторожно опустившись в теплую, благоухающую воду, и застонала от удовольствия. Как следует, умыв лицо, я откинулась и закрыла глаза. Какое блаженство… На мгновение мне показалось, что я попала в сказку и в ней я королевская дочка, а не падчерица. Намочив волосы, я потянулась за баночкой, в которой должен быть шампунь. Густая изумрудная масса приятно пахла крапивой и, вылив немного на ладонь, я нанесла её на волосы. Баночка с другой жидкостью была коричневого цвета и тоже хорошо пахла хвоей - моим любимым ароматом, после ландышей, конечно. Намыливая волосы, я, на какое-то время, закрыла глаза, и когда открыла их вновь, взвизгнула от испуга – перед ванной стояло белое нагое тельце девочки, которое так и светилось в сумраке помещения.
- Мама часто брала меня с собой купаться… – проговорила малышка, всем своим видом намекая, что она готова это сделать. Мой рот сам открылся от удивления, и несколько подумав, я ответила:
- Залезай, места много. Будет весело! – Не успела я, и договорить последнего слова, как девчушка уже, задорно плескалась рядом. Мне очень нравилось купать близнецов сестры и подолгу просиживать рядом с ними, потихоньку, с ног до головы, становясь мокрой, но это было нечто иное, чем совместное купание. Леся уже удобно устроилась в ванной и, невесть откуда, взявшейся рогаткой, начала пускать мыльные пузыри.
- Красивое у тебя ожерелье! – не выдержав, произнесла я, не в силах оторвать взгляда от знакомого и дорогого для меня синего камня, висевшего на шее у ребенка, крупный кристалл которого, нет-нет и озаряла вспыхнувшая искорка.
- Оно волшебное! Мне его папа подарил. Он сказал, что оно будет оберегать меня и приносить радость – вдохновлено ответила она и как-то сникнув, вдруг, добавила – Папа говорил мне, что оно твоё. Это оно привело тебя сюда. Ты – моя радость! Моя и папина! Вы с ним подружитесь. Хочешь, я отдам тебе его обратно?
- Что ты! Что ты! Не нужно! Мне очень приятно, что оно у тебя! – спохватилась я, не ожидая такого поворота событий. По-любому, девочка не знала и половины, происходящего вокруг меня… – Оно же до конца не выполнило все твои желания. – Девочка кивнула в знак согласия и промолчала, загадочно улыбнувшись мне. Её слова были приятны, а проницательность поражала, и она, по-любому, знала гораздо больше, чем мы думали. Заручившись её спокойствием, я продолжила мытьё, взяв губку, сделанную из какого-то мягкого материала, и трясущимися руками обильно намылила её коричневой жидкость, пытаясь понять, из чего замешана и она. Сколько же здесь загадок и сюрпризов! Я, было, начала неистово натирать каждый сантиметр разогретого тела, стараясь избавиться от неприятных запахов, но тут же выбилась из сил. Чего-чего, а их мне хватило совсем на чуть-чуть, и я подолгу сидела, отдыхая и пытаясь набраться силы.
Девочка, увидев мои неудачные попытки помыться, тут же поспешила на помощь, быстрыми пальчиками начав, скрести мою голову, намыленную шампунем. Её щекотливые прикосновения отвлекали, и я не сразу поняла, что инициативу с натираем, перехватили сильные женские руки: и теперь Августа тёрла моё обессиленное тело, Алеся скребла и мочалила волосы, а я пускала мыльные пузыри, чтобы не прерывать веселого процесса! Благо на это у меня сил хватало! Сейчас я чувствовала себя великой замарашкой и большим ребёнком!
- Ба, расскажи легенду! Я так люблю её слушать – вдруг, спохватилась девчушка, будто позабыла что-то важное - Никто так хорошо её не рассказывает, как ты! Так, так! Что за легенда?! И я тут же навострила уши, чтобы не пропустить ещё чего-нибудь интересного, что так в изобилии давало это место.
- У нас и правда, есть легенда… – проникновенно начала женщина, чтобы заполучить всё внимание слушателей - Оборотни появились на земле задолго до людей и жили в мире и согласии с собой и природой. Тогда у них был только один облик – облик животного. Но, однажды, на пути такого зверя встретилась девушка, заблудившаяся в лесу. Волки не любили людей и относились к ним воинственно, но она настолько была красива, юна и чиста, что он не смог причинить ей вреда. Наоборот, он так ей залюбовался, что вышел навстречу, не осознавая, что делает. К его удивлению она не испугалась, а сама протянула ему навстречу распростёртую ладонь. Так они и подружились, прогуливая беззаботное лето, бродя по лесам и его любимым местам, и, однажды, проникнувшись к ней доверием, он показал ей свой лагерь... а она, холодным дождливым вечером, поманила его к людям, в свой дом…
В тот вечер от волнения она была сама не своя и не могла найти себе места, но он успокоил. Волк настолько был ослеплён своей любовью к ней, очарован её обликом, околдован её голосом и улыбкой, что ему стало казаться, что он не волк, а человек. Он страстно возжелал быть им... Девушка присела рядом, в её прекрасных синих глазах блестели слёзы, а в свете свечей, она выглядела ещё прекрасней и желаннее. С её дрожащих губ слетело тихое - «Прости», и в свете огней, блеснуло острое лезвие… неожиданно, холодная боль пронзила не только его тело, но и душу, а с её ресниц сорвались первые хрустальные капельки слез.
Он умер, но позже… растерзав сначала её, а потом и всю её семью. Волк умер в лесу, у себя в логове, среди своей вырезанной стаи… Но, девушка выжила. Одна из всех. Укусы и раны быстро затянулись, и она осталась совсем одна и была уже не тем, кем раньше… И род оборотней начался с прекрасной Марии, с женщины, с обликом ангела, а душой – чудовища. Оборотня – и не человека и не животного, чего-то среднего и непонятного до конца... Днём она жила среди людей, а с восходом луны уходила в лес, где всю остающуюся жизнь искала того единственного, того любимого, кого сама предала и убила... – закончила Августа, понизив голос.