Страница 91 из 188
Глава 32
- О, Элиот, ты уже вернулся? Так быстро? – залепетал Чара, открыв мне дверь.
Лицо друга странно дёргалось, выдавая жалкие попытки сдержать смех, но улыбка на его губах разносила эти попытки в пух и прах.
- Хоть одно слово скажешь про ЭТО, - указываю на свою голову, - и у меня больше не будет друга. – прохожу в комнату и добавляю. – Живого друга.
- А мне кажется, что тебе очень идёт. – говорит он, пожимая плечами и подходя ко мне.
- Я рыжий! Рыжий! – снова поднимая ор.
- Но ты же сам говорил, - берёт прядь моих волос, рассматривая, - что больше бы хотел быть рыжим, как твоя мать, чем блондином, как отец?
- Чара, - гневно смотрю на друга, - волосы моей мамы – пшеничные, с лёгким налётом бронзы, а я похож на морковь-мутанта! – всплёскиваю руками.
- Ну… - тянут друг, перебирая пряди моих ещё влажных волос. – Почему на морковь? Ты скорее помидор…
- Вот! Я даже не рыжий, а – почти красный! Красный, Чара! Таких цветов в природе вообще не существует!
- А ты посмотри на это иначе… - хитро улыбается и медлит, садясь на стул.
Вздохнув, прохожу через всю комнату, становясь перед другом.
- И как же мне иначе на это посмотреть? Заканчивай, раз начал… - складываю руки на груди и ожидаю ответа.
- Сам подумай. – наклоняется чуть вперёд, складывая руки в замок. – Ты у нашей армии кто?
- Кто?
- Полководец.
- Согласен. – довольно киваю. – Продолжай.
- Полководец идёт впереди своего войска и ведёт его в бой, так? – киваю. – А ещё несёт красный флаг, означающий нашу готовность сражаться и победить. Вот, к чему я и веду! – хлопает в ладоши. – Это же просто супер! Теперь нам даже не понадобится флаг, ты со своей красной шевелюрой будешь вместо него! Здорово, не так ли? И полководец, и знамя войны!
Друг рассмеялся, слегка сгибаясь, но не отрывая от меня взгляда. Пару секунд я пребывал в замешательстве от такого заявления, размышляя: какой же кары достоин мой друг? Решив импровизировать, я бросился вперёд, хватая Чару за шиворот и выдавая гневную речь прямо в лицо:
- Я сейчас вот эту белую простынь окрашу твоей кровью и понесу это всё как флаг, юморист чёртов!
- Элиот, - всё ещё улыбается, пытаясь разжать мою хватку, - почему ты так остро реагируешь на невинную шутку? К тому же, в этом же есть доля истины… Это действительно символи… - я резко пихнул Чару, обрывая его изречение.
Друг ударился затылком о столешницу и, скривившись от боли, потянулся рукой к голове. Я стоял и смотрел, как Чара зарывается тонкими пальцами в смольные волосы, сжимая их, пытаясь, верно, унять тупую боль. Отняв бледную ладонь от головы, Чара уставился на свои пальцы, перепачканные в вишнёво-алой крови. Меня передёрнуло.
Передёрнуло лишь внутренне, внешне же я так и остался отстранённо-спокойным. Не то, чтобы я забеспокоился за друга, за его здоровье. Нет. Здесь было что-то иное… Какая-то смутная тревога, которая имеет свойство появляться в те моменты, когда ты уже сделал что-то, несущее для тебя определённые последствия, а эти последствия никак не наступают, держа тебя в напряжённом неведенье. Эта самая пропасть между прошлым, в котором свершился поступок и будущем, в котором ты за него ответишь, и называется тревогой…
- Чара, - протягиваю руку, касаясь его плеча, - ты в порядке?
Друг не отвечает, продолжая сидеть опустив голову, таким образом, что его волосы полностью скрыли от меня эмоции на его лице. Единственное, что я мог понять, это то, что он всё ещё смотрит на кровавый след на своей ладони. По крайней мере, он всё ещё держал её перед собой.
- Чара? – слегка наклоняюсь, пытаясь посмотреть ему в глаза.
Он отворачивается, опускает руку и быстро встаёт с места. Хватаю его за запястье, останавливая, разворачивая к себе лицом и хватая за плечи.
- Чара? – наконец-то могу видеть его растерянно-бегающие глаза. – Ты… Куда собрался? – знаю, что не очень логичный вопрос… - Чара, дай, я посмотрю…
Протягиваю ладонь, чтобы убрать его волосы и посмотреть на рану, но друг резко отдёргивается, будто я сделал ему больно, хотя я ещё даже не прикоснулся к нему.
- Чара, не нужно отпрыгивать от меня, как от огня, я даже не притронулся к тебе ещё…
- А больно уже успел сделать. – наконец смотрит мне в глаза.
- Прости… - как-то растеряно, будто неуверенно в правильности слов, говорю я. – Я немного не рассчитал…
- И так всегда. – запускает пальцы в волосы, оставляя на коже новые алые капли.
- Не нужно приукрашивать. Как это ещё такое было?
- Не важно… - смотрит на свою запачканную ладонь. – Наверное…
- Тебе нужно обработать рану. – заканчиваю за него и кладу руку на плечо. – Пошли, пошли…