Страница 69 из 96
Остаток дня Максим и Гиря постарались провести с пользой. Гиря обзавелся пулеметом «Печенег» и сразу пристрелял его на полигоне стаба. Максим оставил себе АК-74, который его вполне устраивал, но колиматорный прицел заменил на более удобный и продвинутый. Дробовик, после некотрых сомнений – решили взять с собой один. Тот самый «Вепрь – Молот» Гири и пополнили запас патронов. Под самый вечер прикупили две упаковки баночного пива и сувенирную трехлитровую бутылку водки. В гостиницу ввалились нагруженные как ишаки, и Макс порадовался привычке таскать с собой рюкзак.
Гостеприимную «Ремтехнику» покинули засветло, аккуратно обойдя дремавшую в домике охрану, и дождались караван на обочине дороги. Веселые ремонтники их встретили радушно, помогли забраться в кунг, приняли на руки Маруську и весело защелкали пивными банками. Стрелки в машинах охраны возмутились, потребовали свою долю, и одна из упаковок пенного напитка ушла туда. Колонна, наконец – тронулась и выехала.
Дорога от «Ремтехники» до «Коалиции» считалась хорошо проторенной и активно использовалась в обе стороны. Но, ни водители машин, ни тем более стрелки за пулеметами расслабляться себе не позволяли. Все понимали, что проторенная трасса - не значит безопасная, и происшествия случались регулярно, вплоть до потери караванов. Важную дорогу пытались охранять и патрулировать, но блуждающая бронегруппа привлекала толпы тварей, и пришлось от идеи отказаться. Вместо патруля, поставили блокпост на середине, рядом с которым караванщики могли перевести дух и сбить с хвоста возможную погоню. Именно туда, к сегодняшнему вечеру, ремонтники добраться и намеревались.
Примерно до обеда ехали спокойно, изредка постреливая с пулемета ПКТ, установленного в башне кунга. Серьезные противники не попадали и обе тачанки от стрельбы воздерживались, стараясь экономить крупнокалиберные патроны. Народ в дороге не скучал, веселые истории сыпали как из пулемета, и трехлитровая бутылка водки, ближе к полудню - опустела на две трети.
- А ну, в кунге, не расслабляться! В Каменоломню заезжаем….
Молчавший всю дорогу динамик громкой связи рявкнул неожиданно, смех резко прекратился, и забрякало оружие. Ремонтники вскакивали на ноги, спешно засовывали ватные шарики в уши и занимали позиции возле бойниц, вырезанных в обоих бортах кузова. Гиря суетился, не зная куда лучше просунуть свой Печенег, а Макс встал рядом с худым парнем, которого все звали «Кочерга». И тут началось…..
Стоящий по пояс внутри кунга стрелок башенного пулемета резко крутанулся вместе с поворотным полом и дал длинную очередь, куда-то в сторону, при этом дико заорал:
- На три часа толпа!
И противоположный борт машины влупил со всех стволов по неизвестному противнику. Их поддержал крупнокалиберный ДШК с замыкающей тачанки, борт перестал стрелять, зато огонь открыла корма кунга, и Макс узнал, в общем хоре - Печенег Гири. Тесное пространство кузова заволокло едким дымом и пороховыми газами, народ начал кашлять и включились вытяжные вентиляторы. Максим, до рези в глазах смотрел в бойницу, но ничего не видел, кроме куч больших и маленьких камней, между которых ему иногда чудилось движение. Стрельба прекратилась так – же быстро, как и началась, но ненадолго. Громко лязгнул поворотный пол пулеметной башни и стрелок, перед тем как дать очередь крикнул:
- Восемь часов, между двух больших камней!
А восемь часов – это уже борт Максима. Он прильнул к прицелу автомата…. Мать честная, что это? Приближаясь под углом, машину догоняла стая ранее невиданных животных. Собак? Волков? Гиен? По крайней мере - нечто четвероногое, хвостатое и мутировавшее до неузнавания. Рассматривать внимательно обстановка не располагала и он, почти прижав глаз к коллиматору – начал быстро и коротко нажимать на спуск АК-74. Прижавшаяся к ноге Маруська на каждую очередь из двух-трех патронов, отзывалась гавканьем.
Их выручила хорошая скорость каравана и рельеф местности. Колонна ехала ни как не менее пятидесяти километров в час и зверособаки вынужденно вытягивались в линию за замыкающей тачанкой. Где и попадали под огонь, как ее пулемета, так и пулемета с башни кунга. Преследовать караван параллельным курсом им мешали россыпи камней по обочинам дороги и стрельба вскоре прекратилась. Они, кажется – отбились.
Максим только сейчас понял смысл сваренных с арматуры решеток на полу машины. Зазоры между прутьями принимали стрелянные гильзы и внутри кунга можно уверенно ходить не падая и не поскальзываясь. Гильзы, кстати - представляли ценность и у всех они оказались заранее помеченными и подписанными. Сейчас, когда все успокоилось – народ решетки поднимал и тщательно собирал свое добро. У самых продуманных, вроде соседа Макса – Кочерги оружие имело специальные приемные мешочки, которые они просто опустошали после боя.
- Кочерга, я так и не понял – что за звери? – Спросил Максим соседа.
- Да не бери в голову – уже проехали и таких больше не увидим. – Ответил устало развалившийся на скамейке Кочерга и пустил вверх струю сигаретного дыма.
- Да нет, серьезно – кто это? Я ничего подобного еще не видел.
- Да собачки это отожравшиеся. Тут неподалеку кластер с большой свалкой грузиться через два дня на третий, вот псы бродячие и залетают стаями. Выглядят с непривычки страшно, но ты у них еще элиту не видал.
- Неужели, еще и собачья элита существует? И, кстати – как вы узнали, что элитник от собаки? Я слышал, что у них с развитием все признаки теряются, и кто от кого произошел различить трудно.
- Ну, не скажи – отличить можно. Я их элитника раз наблюдал, но, правда - мертвого. Валялся на обочине – его идущий перед нами караван угрохал. Незабываемое, я тебе скажу – зрелище! Так вот – у него хвост сохранился, правда вместо шерсти чешуя острая как бритва. Уши почти собачьи – клиновидные, да и среди нас спецы есть опытные – такие вещи определяют сразу. И еще – элита, развившаяся из животных более тупа, чем человеческая, но зато свирепа и труднее убивается. Тот, про которого я говорю – танк из строя вывел, представляешь? Гуслю ему порвал.