Черта

Больное счастье расплывалось, растекалось, закипало в моих жилах.

Кружился, кружился мир в голове, рассыпаясь на крошечные звездочки удовольствия.

Еще, еще, еще… хотелось его целовать, целовать… целовать.

Словно воздух вбирать, словно жизнь в себя  вливать –

Мой Юрочка…

Но еще минута - и вдруг резко отстранился. Отпрянул пристыжено,

словно кто … рассудок вернул.

- С-свет. Прости. Я… я не могу.

- Что?

- П-пойми правильно. Ты мне нравишься… Даже очень…

Н-но…

(молчу, молчу – пристыжено глотая звуки;

 замерла, не дыша)

Если кто узнает… е-если…

То сразу… меня переведут, а тебя – коль не в Низы, то на – условное.

И больше не увидимся никогда.

Понимаешь?

… никогда.

Прости.

…

Зашипела, зажужжала люминесцентная лампа… наливаясь светом, жизнью.

Просветлело вокруг.

(словно кто в театре кулисы поднял – оголяя стыд и застенчивость нашу)

Резко отвернулась,

отвернулась я, пряча побагровевшее от смущения лицо, растерянные взгляды.

Боль в глазах, и в сердце.

- Прости, Свет.

Несмелый шорох – и едва слышно захлопнулась дверь.

Ушел.

Ушел, сбежав от меня.

Ушел, вышвырнув…