Черта

Движения, алчные, больные, безрассудные движения -  зажать сильней струну на  грифе – и тело уже не могло сопротивляться больной жажде, необузданному желанию, неразумному хотенью…

Вытолкать рассудок вон – и отдаться тяге…

Жаркими, страстными поцелуями от губ вдруг стал спускаться по шее моей к груди – застонала, запищала я от жидкого удовольствия, закипающего в крови…

 

Еще движение – и вдруг стал стягивать с  меня куртку - поддалась.

…
(Бог мой, я сама себе сейчас не принадлежу… я – не я.

Юля! Одумайся…

что творишь?)

 

Жадно сжал мою грудь.

… руки, руки мои сами задвигались, едва осознанно, творя непоправимое…

Смелое, уверенное движение – жадно ухватилась Тиму за ремень и тут же его расстегнула.

момент – и  Авдеев стянул с меня майку,

… жадно впился губами в мою плоть, алчно втянув в себя грудь, облизал своим влажным языком и невольно сильно сжал губами…

…  застонала, застонала я от больного прихода удовольствия…

 

(Боженька, что я творю? что? останови! останови меня! молю!)

 

Еще рывок и сняла, стащила с Тимура штаны – вмиг откинул меня на стол, давая  и себе возможность освободить меня от одежды

(затарахтели какие-то стекляшки, разлился чай)

 

…. вновь притиснулись друг к другу, слились в объятиях…

Жадный, короткий поцелуй в губы.

Резкое движение – и вмиг ворвался в меня, ворвался, заставив неистово закричать…

 

… окончательно разломаны наши жизни напополам…

 

Страстные, больные, жадные  движения, по пути, по нарастающей… от осколков рассудка до полного безумия…

 – и не робость, и не спокойствие, не теплые чувства сейчас правили нами – жаркие, огненные потеки лавы по жилам. Дикий восторг, животная жажда   поработила разум, застелив все черной пеленой экстаза…

Дрожу, дрожу от невероятного удовольствия… Дорожу в его объятиях, и невольно теряю сознание – на мгновения, на секунды… на вечность,

умираю

и снова возрождаюсь…

 

Врывается, врывается в меня,… нарушая все правила, жизненные принципы, каноны и устои.

Выпивает меня до дна, тут же даря себя взамен.

– а я не сопротивляюсь. Нет…

Лишь хочу еще,

Еще и еще…

 

***

Обнялись, обнялись - и замерли так,  как два смертника перед казнью…

… тихий звон здравомыслия…

- И что теперь будет? – несмело прошептал Тим мне на ухо.

- Не знаю… и не хочу знать.

Не сейчас…

 

Короткий поцелуй в шею, и тут же уткнуться в это место своим носиком –

Бог мой, убей меня здесь и сейчас, потому что нет мне прощения...

Нет.

 

Глава Семьдесят Третья

***

(Ю л я)

 

И снова комната Киряевой. И снова мы втроем. Света. Лера… и я.

И снова молчание, короткие фразы и сорванные нервы.

- Юля, почему ты молчишь? Что-то случилось?

Глубокий вдох – и…

- Я переспала с Тимуром.

- Что? – вмиг подскочила Лерка.

Замерла в шоке. – Ка-а-ак?

(заледенело всё и внутри меня, когда услышала эти слова вслух, когда окончательно осознала произошедшее)

- Что-что? Я ПЕРЕСПАЛА С АВДЕЕВЫМ. Вот и всё…

(и вновь мертвая тишина; заледенелые эмоции)

…

- И что теперь? – несмело прошептала Света.

- Не знаю…

- Как не знаю?! – вдруг вскрикнула Лера  (невольно взмахнув от возмущения руками).

- Я люблю его.

- А Стах?

(тяжело сглотнула)

- А Стах? Стах… он - отличный мужчина,

сильный, смелый, красивый, крепкая опора в отношениях, но...

…

Ой, не знаю, девочки. Не знаю даже, что делать!

(невольно обхватила свою голову руками)

Не знаю…

Понимаете, - (глубокий вдох)

(короткий взгляд то на Свету, то на Леру, а затем и вовсе пристыжено уткнулась в пол)

Черт.

С Тимом. С Тимом все было изначально… так легко, хорошо.

(невольно шмыгаю от слез, соплей носом)

С ним всегда есть о чем поговорить, у нас столько общих тем, интересов… Да, что я вам рассказываю. Сами не раз подкалывали, что мы с ним, там, на базе Ефимыча, ночи напролет высиживали наедине, в аппараторской, в лабораториях…

 Черт, мы так хорошо проводили время… Но я понимала, вернее, думала, что ничего большего, чем как просто «друг», я от него никогда не дождусь.

Друзья до мозга и костей…

Черт…

Сколько раз обнимались, бесед дружеских провели. И все это было жеманным, сдержанным – с обеих сторон.

А сейчас – стены рухнули…

И мы сорвались…

Черт, я даже как-то раз с ним обсуждала Аристарха…

О, Бог мой…

 

НО люблю я его. Люблю!

 

Вдруг резко распахнулись двери. Влетел Филатов.

- ЕРЕМЕНКО!

 

(от испуга я невольно подскочила на месте)

- Да? – (жалобно пискнула)

- Что ТЫ УЖЕ НАТВОРИЛА? – вдруг приблизился, приблизился ко мне вплотную, и едва сдерживается, чтобы в глотку не вцепиться.