Друзья

.. исчез. Исчез бесследно.

 

… «один шанс, лишь один шанс» - болезненно пронеслось в моей голове,… вторясь безумным эхом.

 

Глава Семьдесят Четвертая

***

Как долго можно всё строить, и как быстро – всё рушиться…

Как долго можно идти к вершине, и как быстро – скатываешься вниз.

 

Так и с нами произошло. Со мной.

 

Многое тогда повторял, объяснял,… клялся Марат.
… многое я услышала (хоть и не поняла, не захотела понять), и многое упустила – дабы совсем не сойти с ума.

Я всё еще сидела в своем, укромном, углу  – и тихо плакала…

 

Мне было страшно, очень страшно

и …  невыносимо больно.

Казалось, человек, которому я так доверяла, знала, верила…

… которому жизнь свою и своего малыша отдала – меня предал.

Он врал мне. ВРАЛ,… скрывал самую… ужасную тайну.

Я, я даже… не могу привести пример, чтобы целиком описать всё то, что сейчас произошло. Из-за чего моя сказка не просто рассыпалась на осколки, она превратилась в прах… - и тут же сдуло всё ветром. Ветром недоверия, предательства и лжи.

 

- Я молчал, Патти… Молчал, потому что у меня не было выбора…

- Потому что я начну завидовать? Ты так думал?

 

- Нет! Нет, конечно! Кому завидовать, Патти?

Старперу, который застрял в жизни,… потеряв элементарную надежду на смерть? Легкую, «отписанную Богом» смерть?

Я все это время проклинаю, то… кем стал, и что вынужден делать…

- И ты…? Ты пил… из меня?

(нервно сжалась, прикрыла веки я - от боли,… от боязни услышать жуткую правду)

- Из тебя? нет! Нет, конечно!

Не пил, и не пытался!

И никогда не буду!

КЛЯНУСЬ!

(попытка подползти ко мне ближе – но от страха я невольно еще сильнее спиной вжалась в стену – замер, замер пристыжено Марат; опустил взгляд в пол;

оставил свое глупое желание близости)

 

- Почему?

(раздался мой вопрос в тишине, как сорванный колокол, лязгнувший об каменные плиты)

 

(застыл в шоке Дюан, взгляд вмиг выстрелил мне в глаза, желая, наверно, убедиться, что ослышался;

но нет – вопрос был задан)

- Потому что очень люблю! Родная моя… Люблю я тебя! Больше всего на свете люблю…

(и снова попытка приблизиться, обнять – но тут же я отпрянула как от кипятка в сторону, невольно повалившись на пол)

 

- НЕ ТРОГАЙ!

… прошу.

 

- Прости…

(замер в шоке и стыде)

 

… и снова минуты тишины. Напряжения.

Тысячи вопросов молча – перебираю, выбираю… самые важные.

 

- И кто этот мужчина?

(несмело подвелась, вновь расселась в своем укромном месте)

 

(тяжелый вздох)

- Берн де Геер. Когда-то я уже тебе о нем говорил.

Важная персона в мире вампиров.

Он занимает пост Смотрителей. Следит за порядком.

- И чего он явился?

- Напомнить мне, чего я не имею права делать.

- И что это?

(нервно дрогнул мой голос)

- Патти…

- Скажи,… прошу.

 

(шумный вздох;

тяжелые секунды сомнений)

 

- В нашем мире существует лишь три закона... И они явно далекие от жизни обычных людей.

Первый: всякой ценой хранить тайность вампирского существования.

Второй: не имея  «легальной» на то причины, невозможно убить соплеменника или его прирученного.

Третий: сотворив себе подобного, отдай свое место в бытии.

 

- Как это?

(нервно, криво улыбнулся)

- Если я обращу тебя в вампира, то меня тут же убьют.

- Почему??

 

(тяжело сглотнул)

- Патти…

(глубокий шумный вдох, оперся спиной на стену; взгляд в потолок)

Всё… очень сложно.

 

За  последние тысячелетия вампиров стало жуть, как много,

правда, и количество простых людей тоже немало возросло.

Но… всё сложнее и сложнее становиться блюсти первый и второй законы.

Да и потом, никто не отменял жажду власти и монополии, ненависть к соперникам и конкуренции.

Увы, превратившись в вампиров, мы не теряем рассудок. Мы не становимся простым диким зверем, живущим по Законам Природы.

Нет.

… человеческие качества остаются при нас. Остается нрав, эмоции, переживания.

Казалось бы, это самое главное, ведь добро и любовь остается.

Но нет.

… чем дольше живешь, тем всё сильнее во всем, что тебя окружает, разочаровываешься.

Отчего доброта сменяется если не на обиду, то на злость.

А власть, сила, полученная от новой ипостаси, только портит, усугубляет пороки.

Алчные, коварные, гнилые люди… совершенно теряют чувство сострадания, понимания и человеколюбия.

Едва ли не каждый вампир – мизантроп, но… не из-за того, что приходиться питаться человеческой кровью, а из-за душевной боли, вызванной, причиненной… этими же людьми.

 

Это всё – весомые факты, аргументы, причины.

А потому… допустить разрастание подобной «негативной», могущественной массы – глупо в любом проявлении.