Когда падают звезды

Пожав плечами, Майя помчалась за ней. А приходилось действительно мчаться, ведь у ведущей шаг только ускорялся. Оказавшись у дверей своей спальни, Соня открыла их, пропуская вперед сестру. Не понимающая в чем же причина такого поведения, Майя вошла.

– Я открываю? Или ты хочешь почитать после ужина? – Майя занялась конвертом, но неожиданно Соня выдернула его из рук девушки, отбрасывая на ближайший столик. Такое поведение было уж совсем не свойственно младшей Дивьер. Майя подняла взгляд в изумлении. – Что?

– Ты мне доверяешь? – Соня была предельно серьезна, даже сурова.

– Конечно, что за вопросы? – Майя непроизвольно улыбнулась.

– Что сегодня произошло? – девушка сдвинула брови еще сильнее.

– Не знаю… А что-то произошло? Ты в порядке? – Майя оглядела сестру с ног до головы более пристально, проверяя на месте ли руки-ноги.

– Майя! Как ты можешь?! – истинное негодование в голосе. Прошагав по комнате вдоль и поперек, Соня снова повернулась к сестре. – Ты что, не помнишь нашей клятвы? Ведь мы обещали друг дружке, что обо всем важном в жизнях будем узнавать первыми! А ты… Как ты могла не сказать, что вы с Витором целовались?!

Сказать, что Майя была ошарашена – не сказать ничего.

– Соня! О чем ты? Откуда ты это взяла?

– Откуда я это взяла? В том-то и проблема, что я взяла это от Кэрри, а должна была от тебя! Вас застали с поличным! Сегодня вас видели в гостевой! Сюзанна клянется, что не войди они с Дамианом, твоя репутация была бы погублена. Как ты могла мне не сказать? А еще упиралась, говорила, что друзья. – Соня сплела руки на груди, окинув сестру полным обиды взглядом.

А Майя вдруг поняла как это, когда тебя по голове бьют пыльным мешком.

– Сюзанна, Кэрри?

– Весь дом гудит об этом. За игрой после чая вся честная компания прилипла к окну, пытаясь увидеть, осмелится ли Витор целовать тебя еще и в саду. А когда вы укрылись в лабиринте, сомнений ни у кого не осталось. Но не это важно, я не осуждаю тебя. Перед уговорами устоять так сложно. Но как? Как ты могла скрывать такое от меня?!

– Но ведь это бред! Ничего подобного не было!!! – постепенно Майя чувствовала, что шок проходит, мысли строятся в ровные ряды, а на душе растет снежный ком гнева. – Никто нас не заставал за поцелуем! Сюзанна была не одна, с ней был Дамиан, неужели он тоже подтверждает эту ложь? – абсурд! Какой абсурд! Майя никогда бы не подумала, что ей предстоит оказаться в центре подобного скандала.

– Дамиан… А Дамиан только молчит и задумчиво улыбается. Сомнений не остается, он просто не хочет компрометировать тебя. Майя, почему?

– О Ях, Соня, но ведь это бред! Витор меня не целовал. Никогда. Слышишь? Это просто игра воображения. Ты что, мне не веришь? – Майе нужна была поддержка сестры, если не верит она, то, что уж говорить об остальных? Но вся проблема в том, что страдает-то от этой лжи больше не она, а Витор, бедный Витор.

– Конечно же нет! Все прекрасно видят, сколько времени вы проводите вместе. И не считай меня ребенком, я могу отличить дружбу от заинтересованности. Майя, признайся, или клянусь, не скажу тебе больше ни слова!

– Соня! Мне не в чем признаваться! – хоть Майя и говорила чистую правду, чувствовала себя нашкодившим ребенком, пытающимся оправдаться.

– Нет. Ты невыносима. Если решишь, что я достойна быть посвященной в тайны твоей жизни, обращайся, – развернувшись, Соня вышла из комнаты.

Майя была настолько растеряна, что даже не попыталась ее остановить, а лишь бессильно упала в удачно подвернувшееся кресло. Только этого ей не хватало. Обиды Сони и вины перед Витором. Что же происходит?

Конверт с письмом так и остался запечатанным.

***

Дэррек уже сорок минут пытался сосредоточиться на клочке бумаги: предоставленных отчетах о расходах имения в этом месяце, и каждый раз откидывал его обратно на стол. Согласившись выслушать от хихикающей Сюзанны новость дня, он ожидал чего угодно, но никак не рассказа об уединении двух анибальтов. Дамиан, на которого Дэррек перевел глаза, еще до того как болтушка окончила свою тираду, лишь улыбнулся, как бы подтверждая «что я тебе говорил, мой план сработал». Вот только он и не догадывался, какую реакцию это вызовет у герцога. Нет, внешне он остался спокоен, даже пошутил насчет необходимости вывешивать на дверях таблички «Не беспокоить», но внутри у него клокотала ярость. Как эта девчонка посмела крутить шуры-муры в его доме? Только славы публичного дома ему и не хватало. И Дэррека не успокаивали ни доводы рассудка, что на это Дамиан действительно ставил с самого начала, а потому удивляться нечему, ни то, что он сам принимал их зарождающиеся отношения как данность. Нет, когда все перешло из области потенциального в реальность, это бесило его до невозможности.

В дверь постучали.

– Да.

Наверняка принесли чай. В очередной раз попытавшись вникнуть в суть цифр, Дэррек не сразу понял, что же за посетитель почтил его своим визитом. А когда поднял глаза, не знал благодарить ли судьбу за предоставленную возможность или сетовать на нее же.

– Надеюсь, я не сильно отвлекаю вашу светлость? – Витор склонил голову в учтивом кивке.