Страница 33 из 129
-- Ивона. - Коротко преставилась я. - Если вы хотите мне помочь, то не стоит тянуть.
Он кивнул и аккуратно отклеил первый пластырь. Я мужественно сжала зубы, не нужно этому милому человеку слышать, как молодая леди умеет ругаться. За первым пластырем последовали все остальные, оставив лишь те, что находились с другой стороны ноги. Видно было, как доктор Маару пытается понять, чем возможно получить такие раны. Но вместо того чтобы задавать второстепенные вопросы, он сделал правильный вывод.
-- Я возьму у вас кровь на анализ, чтобы исключить возможность заражения и сделаю укол обезболивающего.
Если на первое я еще могла ответить утвердительно, то второе.
-- Скажите, а какое у вас самое сильное обезболивающее?
-- Думаю, концентрированная вытяжка из болотной розы, но она не применяется для таких случаев, - ему как раз принесли набор для шитья. Медсестра повесила капельницу и собиралась поставить мне катетер. Я жестом остановила ее и требовательно посмотрела на врача.
-- Доктор Маара, я уважаю вас, как специалиста, но вам придется поверить мне на слово. От матери я унаследовала почти полную невосприимчивость ко многим препаратам, поэтому я буду не против, если вы попробуете вколоть эту вытяжку.
-- Но...
-- Неужели я похожа на наркоманку? - возмутилась я.
-- Хорошо. Принесите, пожалуйста, ампулу борзы. - Обратился он к медсестре. - Ивона, хочу вас предупредить. Если вы мне соврали, борза погрузит вас в очень... очень глубокий сон. Я вколю вам полкубика - это большая доза, и она подействует сразу. Но, если вы честны, думаю, она облегчит вашу боль пока я буду шить.
-- Вы не поверите, но я была бы счастлива, будь так как вы говорите, - медсестра вернулась и протянула доктору ампулу с прозрачно-желтой жидкостью.
Сначала у меня взяли кровь, а потом поставили капельницу, на что я спросила:
-- А почему через капельницу?
Добрый доктор усмехнулся.
-- Несмотря на вашу уникальную способность, борза в концентрате токсична и просто сожжет вам вены. А так физраствор поможет ввести препарат без вреда для здоровья, - он набрал в шприц нужную дозу и вколол ее в трубку.
Прошла минута. Ничего не произошло. Ну конечно ничего, когда весь этот пакет докапает. Доктор видимо смирился, и выжидательно посмотрел на меня, получив вымученную улыбку.
-- Приступайте.
-- Рина, добавь в капельницу оставшийся препарат и когда придут результаты анализов сделайте запрос в банк крови, нам понадобится переливание. - Он больше не стал тянуть, и приступил к делу, но молчать доктор Маару, либо не мог, глядя, как я стискиваю челюсти и кусаю губы, либо не умел. - Скажите, Ивона, вы служите при дворе?
-- Не совсем, - я ушла от ответа.
-- Ну хорошо, тогда я спрошу по-другому. Почему вы не обратились к придворному врачу?
Тут я, конечно, хлопнула бы себя по лбу будь у меня на то силы.
-- Как-то не догадалась.
Медсестра вколола мне остатки обезболивающего и ушла, но тут же вернулась с планшетом в руках.
-- Доктор Маара, вы должны на это взглянуть.
Я уже догадалась, отчего у мужчины так вытянулось лицо, но самой признаваться во всем не хотелось. Когда доктор справился со своими эмоциями, то неуверенно поинтересовался.
-- Скажите, а вы бывали на Шанцури?
-- Было дело, и вам придется не делать мне переливание, потому что вряд ли кто-то из местных шанцу предоставит мне некоторое количество своей крови. Так что будем надеяться, что мой организм сам восполнит потери.
-- Вы интересный пациент, Ивона, - признался врач, продолжая накладывать шов.
-- Доктор Маару, я была бы вам очень признательна, если вы поторопитесь. Весьма не приятная процедура, знаете ли.
Как я и ожидала, отголосок борзы все же дошел до измотанного тела, но настолько слабый - обидно до слез. Хорошо, что доктор внял моей просьбе, позвав себе помощника. Дело пошло быстрее, хоть и не веселее. Когда меня попросили перевернуться на живот, я уже настолько отупела от постоянной боли, что кажется, отключилась.
Меня кто-то легонько тормошил. Застонав, открыла глаза, слабо соображая, что со мной и где нахожусь. Нога по-прежнему чувствовалась отдельным островом боли, но уже не так впечатляла. Пока я была в отключке, меня подлатали и перевернули на бок, пристроив перебинтованную конечность на подушке. Потянувшись к лежащей на тумбочке сумке, не сразу обратила внимание медсестру, которая меня разбудила.
-- Который час, Рина?
Женщина бросила быстрый взгляд на лежащий рядом планшет.
-- Шесть. Как вы себя чувствуете?
Мне пришлось преодолеть желание полежать еще пару минут в тишине палаты. Решительно перевернувшись на спину, села. Тело вело себя вполне прилично, за исключением ноги. Я осторожно спустила на пол сначала здоровую, а потом и покалеченную конечность.
-- Вам лучше остаться в постели, - подорвалась ко мне медсестра.
-- Мне нужно идти, - дотянувшись до сумки, я достала карту и протянула ее женщине, - я не собираюсь оставлять данных о себе. Просто заплачу за оказанные услуги. Пока я буду приводить себя в порядок, вы сходите и решите все формальности. Хорошо?
Она кивнула и ушла. Еще бы частная клиника отказалась от оплаты! Интересно, как там... дома. Что стало с моей комнатой, продал ли отец литию* и закончил ли кто-нибудь "Зеленую бурю"*?
Восемь лет назад.
"За окном бесилась непогода, тугие струи дождя, то просились войти, то ревниво бросались прочь. Я подышала на стекло и нарисовала снежинку. Скоро зима, а, кажется, совсем недавно было лето и отец, как всегда строгий и равнодушный, встречал меня на аэровокзале. Конечно, меня это удивило, но на душе потеплело. Все лето я провела в родовом поместье, предоставленная самой себе. А сейчас я ощущала исходящий от отца странный интерес.