Сквозь время

- Вполне вероятно, – он пожал плечами. – Постой, ты что, ревнуешь?

- Конечно ревную! Ты мой и больше ни чей! Я с Викой тебе разрешила только потому, что это было нужно. Если бы это была твоя инициатива – кастрировала бы на месте!

- Какая ты оказывается жестокая!

- Это ты меня такой сделал, – Лиза произнесла это с горечью в голосе.

- Жалеешь?

- Нет. С угрызениями совести слишком сложно жить.

- Ну тогда хватит трепаться. У нас еще есть время, и нужно провести его с пользой!

- Кстати, если я не ошибаюсь, а, как тебе известно, я практически никогда не ошибаюсь, наш Тимоша оттаял и вновь готов впустить в свое сердце светлое и прекрасное чувство.

- Недолго ему это чувство лелеять осталось.

Молодые люди засмеялись и упали на кровать, попутно потушив свет в комнате.

***

Завтра наступило как-то слишком быстро. Я только-только успела задремать, как в мое обиталище ворвались, нахально подняли меня за шкирку и вытолкали за дверь. За окошком была непроглядная темень, из чего можно было заключить, что проспала я действительно недолго и сейчас глубокая ночь.

Я примерно запомнила дорогу, которой вел меня первый раз Макс. Как только мы покинули подвальное помещение, я развернулась и саданула его по уху загипсованной конечностью.

Ой, что-то часто я стала руки распускать.

Конечность столь жесточайшему обращению с собой не обрадовалась и отомстила болью, прострелившей руку до самого плеча. Аналог гипса оказался ничуть не хуже и не мягче гипса настоящего, и, дико взревев от боли, Макс осел, держась за поврежденную голову.

Я ломанулась туда, где, по моему мнению, должен был располагаться выход. Выскочив в просторный холл я увидела две лестницы и ни одной двери. Обе лестницы вели наверх. И по какой из них бежать? Испытывать на них детские считалочки типа «эники-беники» времени не было, и я решила подняться по правой. Она вывела меня в длинный коридор, который на выход ну никак не походил. Услышав за собой топот, я благоразумно решила не возвращаться и побежала вперед.

Я ожидала встретить кого угодно: начиная от взбешенной толпы магов, заканчивая жуткими созданиями – поражениями темной магии. Но все здание, казалось, вымерло, и тишину нарушал только стук ботинок Макса по дощатому полу, да мое учащенное дыхание.

В коридор по обе стороны выходили двери. Безрезультатно подергав парочку, я припустила что есть мочи к окну, которое скорее угадывалось, чем просматривалось на фоне ночного неба. Распахнув раму (слава тем, кто вовремя смазывает задвижки и петли!) я глянула вниз и обомлела. Либо я выше, чем на втором этаже, либо этажи непомерно высокие. Перспектива переломать при прыжке ноги меня ничуть не радовала, но другого выхода не было. Либо вниз, либо к Магистру. Оттуда я живой точно не выберусь, не смотря на заверения Макса.

Набрав побольше воздуха в грудь и зажмурившись я перемахнула через подоконник и прыгнула. По моим расчетам земля уже должна была ударить меня в пятки. Раскрыв глаза, я увидела, что зависла примерно в полуметре над поверхностью. Так как раньше способностей к левитации за мной не наблюдалось, я перевела взгляд на окно, из которого только что выпрыгнула. Надежда сбежать окончательно растаяла. Из окна, злющий как собака, на меня смотрел Макс. Он сделал вращательное движение кистью, как будто наматывал веревку, и меня потянуло наверх. Застрять в оконной раме тоже не получилось, невидимая веревка оплела меня так, что я стала похожа на гусеницу и могла так же извиваться, что пользы никакой не несло.

Подтянув меня к себе, он нанес удар в живот. Я согнулась, пытаясь вдохнуть, но воздух застревал где-то на полпути.

- Считай, что свою свободу ты упустила, – зло прошипел он.

Можно подумать, ты дал бы мне уйти!

Скрюченную и еле дышащую, на невидимом аркане он притащил меня в просторную комнату. В ответ на удивленный взгляд Магистра Макс рассказал про попытку побега.

- Не сбежала, и ладно. Укладывай ее на стол.

Предварительно обездвиженную меня поместили на подобие жертвенника, закрепив руки и ноги в металлических кольцах. От колец шли провода, как мне вначале показалось. Приглядевшись, я поняла, что это полые трубочки. Они кровь с меня качать собрались? Не надо! Я вида крови боюсь!

Трубочки переплетались между собой, одни входили в другие и в конце объединялись в одну достаточно толстую, с мое запястье. Она была подсоединена к верху ромбовидного сосуда. Рядом с ним стоял большой письменный стол, заваленный всяческими бумагами, возле которого суетился Магистр, сверяясь с какими-то записями.

Шея, в отличие от остального тела, двигалась прекрасно, и я смогла повернуть голову. Сбоку от меня висела доска, на которой была расчерчена схема. Тело в прямоугольнике, видимо, обозначало мое собственное. От него шли стрелочки к ромбу – не сложно догадаться, к какому. Над стрелочками было крупными буквами написано «ЭНЕРГИЯ», а дальше шел ряд непонятных мне формул.