Страница 76 из 135
- Иди Лизку свою… пользуй! – я боком выскользнула и отступала к другой стене.
- Дура ты, и мысли у тебя дурацкие, – беззлобно и даже с сочувствием(!) сказал он. – Я поговорить пришел. Может, даже хочу тебе помочь.
- Ха! Конечно, тоже мне помощничек выискался! Говори и выметайся! Раз это мое временное жилище, то я имею полное право фильтровать список гостей, – наглость – второе счастье!
- Хорошо. Ты должна мне помочь, – Макс тоже вовсю пользовался этой благодатью. – Не делай большие глаза, сначала выслушай. Мне действительно нужна твоя помощь. Взамен я оставлю тебя в живых. Тебе всего-навсего нужно будет провернуть с Магистром такой же фокус, как со мной на поляне. Я не дам до конца вычерпать твою энергию, тем самым оставив жить, а ты, в свою очередь, лишишь энергии его.
- Тебе оно зачем?
- Видишь ли, он обещает, что мы будем править вместе. Править я согласен, а вот быть правой рукой – нет. Мне нужна вся власть, полностью. Пока он будет обниматься с полом, я его добью. А ты, так уж и быть, сможешь валить на все четыре стороны.
- Дай честное слово.
- Честное слово. Ну так что, по рукам? – он протянул мне ладонь.
- По рукам.
Щелкнув напоследок пальцами и оставив мне поднос с тарелками, Макс удалился.
Естественно, я не поверила его честному слову, ибо чести у человека, задумавшего подобное нет по определению. После его слов у меня сформировался свой план, и мне он нравился намного больше. Максово обещание отпустить не стоило и ломаного гроша. Я не сомневалась, что «четыре стороны» ограничатся максимум дверью. Оставлять у себя за спиной противника, пускай и такого хилого, как я, не станет ни один уважающий себя боец. А Макс, к тому же, был злодеем.
Власти ему захотелось! Единоличной! Жадность – плохое чувство и сгубило не одного фраера.
Я обратила внимание на тарелки и их содержимое. Кормят как на убой. В смысле, от одного вида сих яств хотелось умереть голодной смертью.
То что они расщедрились на первое и второе ситуацию ничуть не скрашивало. Суп представлял собой нечто коричневое с плавающей в этом нечто картошкой, причем, кажется, даже не чищеной. Второе блюдо ничем не отличалось от вчерашней каши, которой потчевал меня Магистр. Ткнув в нее ложкой, я поняла, что вчерашняя она в прямом смысле этого слова. Ложка, с глухим чавком погрузившаяся в кашу, застряла там намертво. И как это есть? Грызть? Боюсь, с моей челюстью будет нечто подобное, что и с ложкой.
Если вчера я еще как-то затолкала в себя ужин, то сегодня на столь мужественный поступок мне не хватило духу. Выхлебав холодный чай и заев это хлебом (слава Богу, не черствым) я отодвинула поднос подальше, чтобы он не портил и без того унылую картину. Интересно, а сами они тоже этим питаются, или это спецменю для меня? Я с ностальгией вспомнила плотные обеды и ужины из Школы, тяжко вздохнула и откинулась на матрац.