Страница 7 из 149
- Не желаешь продать своего ирусана?
- Эль не продается! - резко ответила Ивильмира, хотя до этого казалось, что серьезность и она - две несовместимые вещи, которые предпочитают стороной обходить друг друга.
Старик пожал плечами и наигранно вздохнул, а его лицо говорило: "Я и так это знал, но сдержаться и не спросить не сумел".
- Запасной выход вон там, - кинул он на прощанье, указывая на одну из дверей.
Выходить с такой суммой было рискованно, даже старик вон пятерых с собой приволок. Притом наниматели не отвечают за отданные деньги, и разбираться в случае кражи - не будут. Да и в подобных заведениях ухо всегда нужно держать навостренным.
Ивильмира кивнула в знак благодарности и, кинув мешок с золотом в сумку, которая висела перекинутая через голову на плече, подошла к двери, ладошкой маня меня за собой.
"Запасным выходом" оказалось окно, выходящее на соседнюю улицу. И хоть находилось оно на втором этаже, но женщину это не остановило, наоборот, воодушевило. Разбежавшись от двери, она выпрыгнула в открытое окно, будто в рот беззубого животного, весело вскрикнув: "Яхууу!". Ветер тут же закружился вокруг нее словно стая пчел у матки, подхватил и аккуратно поставил перед потрясенными глазами случайных зрителей. Только детвора счастливо верещала, кучкой собравшись возле ног женщины, прося повторить прыжок с ними на спине.
- Эль, ты чего так мешкаешь?
Я вздохнула и без разгона прыгнула. Ветер меня не поддерживал, да и не опасная такая высота была для меня.
Детвора, трезво расценив, что на спине у кошки поместится намного больше народа, чем на женщине, тут же переместилась ко мне, дергая-гладя за шерсть и приговаривая: "Кися, холосая кися". Подруга бесстыдно захохотала, наблюдая, как я все сгорбилась от подобной ласки, но когда чья-то маленькая ножка наступил мне на хвост, не выдержала и раздраженно зарычала. Этот звук произвел на двуногих реакцию нюхательной соли. Они все как один вскрикнули и поскорей отогнали от ужасного, клыкастого монстра своих маленьких, беспомощных и чуть не съеденных детей. Одна из женщин хотела было на повышенных тонах обвинить Ивильмиру в этом происшествии, но подруга возразила, что виновата тут вовсе не она, а родители этих детей, которые были не осторожны и теперь из-за воздержания пытаются накопленное за годы неудовлетворение, вывалить в виде раздражения и злости на невинных прохожих. Конечно, сказала она не именно это, но общий смысл был таков. В результате родители повторно оцепенели, пытаясь переварить и осмыслить услышанное. И даже после этого все можно было решить миром, если бы один мальчик не вякнул одно из любимых Ивильмирыных словечек, которое она не гнушалась использовать во время своего монолога. За ним повторился еще один мальчик, и еще один...
...Собираться пришлось в спешке, а удирать из городка так и, вообще, словно зайцам от стаи голодных и разозленных волков. Хотя тут еще надо подумать от кого приятнее убегать. От стаи волков или стада двуногих, которые решили "отблагодарить" подругу за обогащения своих словарей и их детей отнюдь не вежливыми и уважительными словами.
Эх, а ведь мы хотели, спокойно переночевать сегодня на постоялом дворе, а завтра по-тихому уехать, не привлекая внимания. Хотя мне уже не привыкать, так как везение Ивильмиры всегда играет против нас.
Глава вторая
Милый заступник
Оказалось, что задание, на которое она подрядилась - это выкрасть свиток из храма. И додумалась же! Понимаю, у нас богов нет, и мы верим лишь в себя, но двуногие же просто помешаны на поклонении. Будь то мифический бог, которого они в глаза не видели, или священное животное, которое освятил, опять-таки, в глаза невидимый бог. Мне однажды довелось побывать в месте, где поклоняются корове, которую Ивильмира хотела выкрасть за вознаграждение. Но корова была против - еще бы! - и дело мы провалили. Поэтому я думала, она больше не согласится на что-то подобное, но как говорят двуногие: "Горбатого могила исправит"... только если ты не верблюд.
- Эль, мне впервые в жизни повезло! - радостно голосила подруга, крутясь из стороны в сторону на подстилке, где всего полминуты назад были расставлены колонами пересчитанные кругляшки.
Я с Фаргом понимающе переглянулась. Подобные выбросы эмоций из-за золота мы наблюдали не в первый - и я уверена не в последний! - раз.
- Я ведь наконец-то смогу отдать долг Хейсе! - не переставала верещать женщина, подкидывая ладошками кругляшки и подставляя под них лицо, при этом так блаженно улыбаясь, что казалось, ей не железяки по лицу бьют, а капли дождя. И почему только двуногие так любят золото?
Хейса была двоюродной сестрой подруги, и единственной двуногой, кто могла на время утихомирить и обуздать своевольный нрав Ивильмиры. Еще она постоянно вытягивала сестру из передряг, в которые та с радостью вновь прыгала.