Страница 17 из 149
- Это одна из причин, - туманно ответил Ворон, после чего поднялся на лапы и сказал: - Мне пора отчет сдавать, так что прощай. Приятно было с тобой поговорить. Быть может, еще и свидимся! - на ходу кинул безликий и затрусил в сторону забора, смешно виляя хвостом.
Ворон несколько раз попытался, запрыгнуть на забор, но получалось у него не очень, потому что до края он не долетал. В страхе это подобие на кота выпускало когти и, цепляясь за бедный забор, который дрожал, кажется, от смеха, нежели от врезания в него одной когтистой тушки, с противным скрежетом съезжало вниз. На раз шестой Ворон все же на забор запрыгнул, но равновесие не удержал и с возмущенным мяуканьем повалился мордой вниз, благо на другую сторону.
Наблюдая за ним, мы ухахатались. Мы - это я, собаки и подоспевшие к "выступлению" двуногие.
- Это просто какое-то чудо в шерсти, а не кот! - весело воскликнул Киан, даже не догадываясь, насколько оказался прав, а потом мужчина перевел взгляд на Ивильмиру и уже серьезнее спросил: - Ива, тебя сегодня отправить или завтра с утра?
- Я б с удовольствием осталась не только до утра, но, сам понимаешь, дела, - с наигранной печалью ответила она, пожав плечами.
- Понимаю, - горько усмехнулся мужчина и отвел взгляд. - Без дела ко мне редко кто приходит.
- Ой, Киан, вот давай не будем! - Я удивленно покосилась на подругу, так как видеть ее в подобном расположении духа мне доводилось не часто. - Ты сам решил остепениться, забраться в эту глухомань, разбить огород, да живность всякую разводить. Тебя никто не прогонял, и даже, наоборот, с распростертыми объятьями ждут назад.
- Ива, мне уже шестьдесят пять лет, еще лет десять и начну стареть, - вздохнув, устало ответил мужчина, так и не подняв на женщину взгляд.
На моей памяти подобные разговоры они устраивали при каждой встрече.
- Ну, так через десять, а не завтра с утра! - повысила голос Ивильмира.
Киан был единственным двуногим, при ком она себе это позволяла.
- Ива, я чистокровный человек, который не живет как валькирии или демоны по триста-четыреста лет.
- Я понимаю, но ведь...
- Кому я буду нужен через десять лет, - прервал ее двуногий, печально на нее посмотрев, - если не нужен сейчас?
Ивильмира вздрогнула, отвернулась и раздражено проговорила:
- Прошу, не начинай опять этот пустой и бессмысленный разговор! Ты ведь знаешь...
- Я все знаю и прекрасно понимаю! - резко сказал Киан, подходя и обнимая женщину со спины. - А вот ты не понимаешь, что ты не меня принять не хочешь, а себя! Я не Юстин...
Женщина резко отпрянула, повернулась и с веселой улыбкой сказала:
- Пожалуй, я отправлюсь сейчас, а то время поджимает, уж извини.
Ну вот, она опять, как та улитка при опасности, спряталась в свою раковину. Она всегда так делала, когда задевали ее воспоминания о том времени, когда она не была знакома со мной, поэтому я тоже мало, что знала.
- Ива, не надо, прошу, - обеспокоено пробормотал Киан, пытаясь обнять ее за плечи, но она отстранила его руки и сказала:
- Я пойду, вещи проверю.
Подруга быстро зашагала в сторону коровника, где разместили Фарга.
Киан перевел на меня взгляд, присел рядом на корточки, печально улыбнулся, погладил по голове и пробормотал:
- Ты уж позаботься о ней, потому что ты для нее главное в жизни. Договорились?
Я усмехнулась. Двуногий даже не догадывался, что Ивильмира - это единственное существо в мире, ради которого живу я.
***
Телепортация, как обычно, вызвала гамму чувств, которые заставили, вспомнить о своей кровожадной части. Она требовала тотчас вернуться назад и сожрать того двуногого, посмевшего запихнуть миролюбивую часть в этот водоворот. И лишь воспоминания о телепортации, остановили меня от прыжка в исчезающую воронку.
Ивильмира стремглав унеслась в ближайшие кусты и, судя по последующим звукам, преимущество и недостатки телепортации она оценила сильнее, если не сказать глубже всех. Один Фарг отнесся к перемещению спокойно. Толи он уже привык, толи даже удовольствие умудрялся получать.
Подождав, пока бледная женщина вылезет из кустов, мы отправились на север, в затянувшийся сумраком лес.
- Эх, вот не сидится ж ей на месте, - проворчал конь, спотыкнувшись о выступающий из земли корень.
Я и подруга прекрасно видели в темноте, но конь подобным преимуществом не обладал.
- Какая же там трава была вкусная, - мечтательно продолжил Фарг.
- И молоко, - добавила я. - Свежее, козье, а какое сладкое.
- Благодаря такой траве и не удивительно, - подтвердил конь.
Через минут пятнадцать, когда солнце уже скрылось за горизонтом и небо стало приобретать темные тона, Ивильмира сказала: