Страница 228 из 247
Теперь я не могу представить, как смогу находиться в одной комнате с этой девушкой. Одна мысль о её светлых волосах или сияющих глазах, и в голове уже возникает картина из воспоминаний. Холодный взгляд и ужас, который он наводит. Несколько секунд – и представление о человеке разрушается. Кто эта девушка? И почему Элайджа решил, что нам с Ричардом будет лучше без этих воспоминаний? Только ли в страхе дело?
Ответ на один вопрос нашёлся, но появились ещё вопросы, которые не дадут покоя. Бесконечная цепочка, когда ответ цепляется за следующий вопрос.
Качаю головой и осматриваюсь. Солнце печёт, воздух тяжёлый, а защита тени становится всё менее значительной. Время к полудню, судя по всему.
Я прихожу в себя как раз вовремя, вскоре слышатся приближающиеся шаги. Листок вместе с конспектами и карандашом быстро оказываются в сумке, смотрю на рисунок, но тот уже испаряется, словно, никогда на камнях никто не рисовал. Я знаю, что мел легко стереть, но чтобы он испарялся сам? Ладно, сейчас нет времени думать об этом.
Остаюсь в сидячем положении, когда в поле зрения появляется тот, кто и нарушил тишину окружающего мира. Маркус останавливается передо мной. И, несмотря на моё странное положение, парнишка кажется всё таким же безобидным. Сомнения вселяет предостережение Элайджи, которое я помню. И что же такого страшного в Маркусе? С виду самый обычный парень.
Видимо, молчание затягивается, а надеяться на меня больше не приходится, поэтому первым заговаривает паренёк:
-Решила в прямом смысле грызть гранит науки? Я тебя разочарую, это не он.
-Пф… хоть какой-то, - ещё не до конца осознаю происходящее, голова крутится.
В животе начинает урчать, будто я ничего не ела несколько дней. Прикладываю к нему руку и стараюсь заглушить неприятные звуки, а Маркус, казалось бы, оживает. В глазах появляется намёк на интерес, затем они прищуриваются, пытаясь что-то рассмотреть. И интерес во взгляде пропадает так же внезапно, как и появился до этого. Такая перемена напоминает мне Элайджу. Он так же может смеяться и веселиться, а в следующее мгновение стать серьёзным или грозным.
Сама понимаю, что сидеть дальше глупо, да и неприятно уже. Стараюсь встать, но слабость в теле усиливается, словно, в несколько раз. На ноги выходит встать с трудом после двух неудачных попыток, а Маркус даже слова не сказал! Продолжал просто смотреть, как на подопытную. И злит ещё больше то, что не знаю причину такого взгляда. Да, трудно встать, но разве это настолько интересно? На всякий случай осматриваю учебное платье. Нет, юбка не поднялась, пока я тут пыталась вновь научиться управлять ногами.
«Мне это только кажется, - убеждаю себя. – Не понимаю, что такого Элайджа и доктор видят в этом парне? Даже если он старше, чем выглядит. Пф-ф…»
Хочу мотнуть головой, чтобы отогнать ненужные мысли, но при одной только мысли о подобном действии становится дурно. Я едва вновь ни падаю на камни, как меня хватает за руку Маркус. Видимо, наблюдать за моими жалкими попытками оставаться в равновесии ему наскучило.
Ноги заплетаются, а Маркус меньше меня, из-за чего идти ещё сложнее. Я заваливаюсь на парня, но он продолжает молча вести меня куда-то, одному ему понятным маршрутом, потому что мы сходим с тропинок, сделанных для адептов. Доктор в голове старается достучаться до меня, внушить, что нужно уходить, но, даже будь у меня самой такое желание, я бы не смогла его воплотить: тело ослабло. В таком состоянии я не могу испытывать страх. Все чувства притупляются и кажутся посторонними. У меня только одно желание – лечь. А нет, вру, есть ещё второе, чтобы меня оставили все в покое.
Однако оставлять меня никто не намерен.
Похоже, я так же теряю на какое-то время сознание, потому что, когда вновь открываю глаза, то вижу, как мы идём по какому-то коридору. Сырой, промозглый и чужой. Точно оказываюсь в пещере какого-то монстра, который поджидает впереди свою жертву, роль которой отдана мне. Думаю о сопротивлении, но дальше мыслей дело не идёт. И те такие вялые, словно, существуют только из принципа. Но и он уже на исходе, на последнем дыхании.
Из прострации меня выводит неожиданный мягкий удар. Оказывается, меня скинули в кресло. По ощущениям потрёпанное жизнью, что подтверждает и запах. Непроизвольно морщусь, но именно это окружение помогает голове проясниться быстрее.
Комната, в которой я оказываюсь, не сырая, каким был коридор, но вызывающая неприятные ассоциации. Слишком пусто, слишком старые предметы мебели. Похоже на камеру, в которой заключённый успел обжиться и поверить, что это и есть его дом. От этой мысли становится плохо, начинает мутить, но связь с реальностью терять не хочу и не буду. Горло сжимается спазмами, облизываю сухие губы, а самой становится неприятно до мурашек.
Что такое происходит?
На колени приземляется моя же сумка, к которой я тяну дрожащие руки. О Духи… Были бы силы, я испугалась бы, но и на это не способна.
-Поешь, и станет лучше, - приглушённо слышу голос Маркуса.
«Надеюсь, что станет, а то сейчас же готова провалиться в спасительный сон. Но сейчас нельзя спать, никак нельзя»