Страница 117 из 247
Незнакомый женский голос, который почему-то вызывал доверие. И я перестала сопротивляться. Хотя мы отдалялись с каждым шагом от зала, но я все еще четко слышала крики, которые будут теперь всегда преследовать меня. День за днем, ночь за ночью.
Казалось бы, страшная реальность позади, мы спускаемся по лестнице, но я замечаю тело впереди, на котором кто-то сидит. И тут же на меня поднимает глаза монстр, который расправлялся с остатками того, что осталось от охранника в латах. Меня пытались спрятать за спину, что-то крича, больше не заботясь о том, что нас услышат, а я ничего не понимала. Только чувствовала на себе взгляд хищника, которого я видела в отеле. Животное, поедающее человечину. Морда в крови, зубы оскалены, а новые жертвы выбраны.
Прыжок на нас - и мой несдерживаемый крик...
После чего я проснулась...
Кажется, я еще раз пережила весь этот кошмар, но он не потерял красок, оставаясь таким же ярким и пугающим. Кто-то пришел и жестоко убил докторов в том зале, после чего, наверняка, впитал их энергию. Поделили между собой... эти животные разделили добычу. И не пожалели никого! А там были дети! А я стояла в стороне...
Лучше умереть самой мучительной смертью, чем сохранять подобные воспоминания. Я говорю себе, что это только сон, но самой в это поверить трудно. Слишком живой, реалистичный и слишком много эмоций я пережила. И на то проклятье не похоже, в тех снах я всегда мучилась, меня истязали, а не кого-то на моих глазах. Тогда что это было? Последствия всего пережитого в последнее время? Слабая отговорка, но в нее мне почему-то легче поверить. А то, что можно объяснить и причину чего можно найти, уже не так пугает.
Я все так же не закрываю глаза, но постепенно успокаиваюсь все больше в руках Элайджи. Он поднимает моё лицо и целует щеки, лоб, губы. Все легко, как пытается забрать всё то, что я видела во сне. Затем целует меня чуть дольше в лоб и, кажется, с облегчением выдыхает.
И в этом выдохе чувствуется облегчение. Словно мужчина тяжело работал, и, наконец, закончил. Но душевные переживания куда сильнее и выматывают больше.
А он переживал за меня...
-Все нормально, - тихо говорю я.
Несмотря на мои слова, мужчина продолжает обнимать меня, успокаивая. Одно его прикосновение куда красноречивей любых сладких речей. Постепенно я успокаиваюсь настолько, что готова подумать о повторном погружении в мир сновидений, потому что в объятиях Элайджи ничего не страшно, даже столь реалистичные сны.
-Что тебе снилось? – шепотом спрашивает он.
Отвечать мне совсем не хочется, поэтому вместо этого пододвигаюсь ещё ближе к мужчине, прижимаясь и утыкаясь носом. От него так хорошо пахнет…
-Давай, рассказывай… Я же должен знать, какие сны отгонять от тебя.
-А я-то надеялась, что плохие сны меня будут обходить стороной, когда ты рядом.
-Я мог бы только мечтать об этом. Но в моих силах прогонять их, а это возможно, если я буду знать, что тебе снится такого плохого.
-Ты слишком честный, - вздыхаю я.
-А ты пытаешься уйти от ответа, хитрая Джоанна.
Правда на его стороне, но признавать я этого вновь не хочу. Однако мне всё равно приходится рассказать о кошмаре, хотя ограничиваюсь коротким описанием, от него меня хотя бы не бьёт озноб. Элайджа меня молча выслушивает, не выпуская из объятий, после дует в волосы и начинает гладить.
-Совсем ты разнервничалась, златовласка, - протягивает он.
-Наверное, - задумчиво протягиваю.
Не сразу, но я решаюсь спросить:
-Это действительно было так? Докторов просто…
Слово «убивали» встаёт комом в горле.
-Я не застал это время, Джоанна. Для меня доктора были легендой, в которой больше вопросов, чем ответов. В основном истории…
-Печальные, я знаю. Читала, - с каждым словом мой голос становится всё тише.
-Но это всё истории прошлого. Сейчас ты пишешь свою, - шепчет Элайджа, вызывая у меня волну тепла.
-И ты в ней есть, - с нотками улыбки в голосе говорю.
-В главной мужской роли, верно, - с насмешкой говорит он.
Вздыхаю и смотрю на мужчину, который меня обнимает и сейчас вновь показывает свой наглый характер.
-А почему ты в одежде? Ты куда-то уходил?
После моего вопроса глаза Элайджи сужаются и, кажется, темнеют, что вызывает во мне бурю сомнений, которая, несмотря на поздний час, быстро усиливается. Собственница во мне начинает искать предмет потяжелее, чтобы ударить этого типа. А то собирается куда-то в такой поздний час. Хотя на нём простая чёрная рубашка и брюки, но даже в этом он выглядит великолепно.
-А глазки-то как у тебя загораются, - с ехидством, которое занимает у меня, говорит он, проводя пальцами по моим волосам. – Ревнуешь?
-А есть повод? – многозначно интересуюсь я.
Такой тон не оставит сомнений, если ответ будет положительным, тогда Элайджи точно не поздоровиться.
Однако он просто смеётся и зарывается носом в мои волосы, не давая вдоволь возмущаться. У меня и повод есть, и полезно подобное для женских нервов. Да, тогда портится нервная система окружающих, но девушку подобные вопросы не касаются.
-Никаких поводов, златовласка. После ночи с тобой я не могу думать о ком-то другом.
Но какая из меня девушка, если я не прицеплюсь к словам?
Я отодвигаюсь, уперев руки в мужскую грудь, и смотрю в его всё ещё смеющиеся глаза. Кажется, ничего его не смущает в данной ситуации, а я же осознаю разницу наших положение ещё больше, что в прямом, что в переносном смысле. Мы оба лежим в постели, только он одет, а я обнажена, и одеяло меня не прикрывает, Элайджа спокоен, а я чувствую, как нервы идут в пляс, у него вид, что он всё знает, а у меня на лбу написаны вопросы. Он граф, а я простая девушка. Его титул меня так же не смущает, но всё это в сочетании рождает сомнения, которые, как известно, могут испортить всё на свете.