Последний вздох

– Забавно, – усмехнулась Сэм спустя минуту, медленно закрывая книгу. Даже шелест страниц сейчас казался слишком громким, такая в комнате стояла тишина. Саманта спустила ноги с кресла, поскольку оставаться и дальше в том положении, в котором она ждала возвращения парней, было тактически неверным шагом. Нет, для предстоящего разговора нужно нечто более серьезное, чем подогнутые под себя ноги. Вздохнув и посмотрев на Джимма, девушка продолжила. – Послушай меня и слушай, пожалуйста, внимательно, поскольку повторять больше одного раза я не собираюсь, – твердо проговорила она. – Да, я совершила ошибку, решив, что испытываю к тебе некую привязанность, и случайно разболтала все Руперту. Но что ты сделал, узнав об этом? Помнишь? Это было нечто вроде: «Не подходи ко мне и вообще обо всем забудь», – ехидно протянула Сэм, начиная распыляться, хотя и хотела говорить с Броттом уверенным спокойным тоном. – А что было потом? – Саманта резко мотнула головой. – Нет, даже вспоминать не стану, ты и так все прекрасно знаешь. Все снова и снова я наступала на те же грабли. С меня хватит, слышишь? Может, я и совершила несколько опрометчивых поступков, однако, у меня тоже есть гордость. Спасибо за твое великодушное предложение, но я отказываюсь. Уверена, что найду более подходящего мне мужчину. Который не будет шарахаться от меня, как от прокаженной, а потом вдруг заявлять, что так уж и быть согласен уступить моим просьбам. Нет уж, Джимм, – Саманта вскочила с кресла, внутри пылая от злости. Ей было совершенно все равно, что Бротт словно застыл, а взгляд его мрачнел с каждой минутой. Она выскажется, и ничто ее не остановит. – Знаешь, что? – она ткнула в направлении Джимма книжкой. – Я действительно верю в то, что ты совершенно адекватен. В конце концов, ты отлично справляешься с самоконтролем. Проблема в другом, мистер Раздутое Эго. Ты – полный кретин и придурок. Жаль, что я поняла это только сейчас. Я пробуду в твоем доме ровно столько, сколько будет нужно для дела, и ни днем больше. После этого мы с Рупом уедем отсюда как можно дальше, – Сэм вдруг запнулась, прислушиваясь к шумам в доме, но так ничего и не уловила. – А куда ты дел Руперта? – Саманта уперла руки в бедра, одарив мужчину грозным взглядом. – Только не говори, что оставил его в городе, потому что в твоей невероятно светлой голове возник план, в котором парень бы просто помешал? Конечно, зачем здесь третий, если бы я лужицей растаяла у твоих ног? Ты планировал устроить ночное рандеву, так что ли? – она все вглядывалась в лицо мужчины, стараясь понять, угадала ли его мотивы, но черты Джимма были подобны непроницаемой маске. – Если да, то я тебя разочарую. Приспичило – гони обратно в город и найди себе кого-нибудь на ночь, – каждое следующее слово давалось Сэм все с большим трудом.

«Ну, почему нужно было испытывать хоть что-то к этому идиоту?» – мысленно простонала она, закусив губу. Решив, что сказала уже достаточно и дальнейшие слова будут лишь бессмысленным сотрясанием воздуха, Саманта развернулась и сделала пару шагов по направлению к лестнице, ведущей на второй этаж. В конце концов, пока Джимм и Руперт ездили в Батон Руж, Сэм вдоволь успела поработать, приступив, как и планировала, к уборке дома. Девушка села в кресло лишь за несколько минут до возвращения Бротта, а теперь могла с чистой совестью отправляться спать, хотя последнего сейчас вовсе не хотелось. В голове было лишь одно желание – вмазать Джимму по первое число, чтобы впредь с его губ не слетала подобная чушь.

Резко обернувшись, Саманта вновь встретила взгляд басиста.

– Надеюсь, когда я в следующий раз спущусь вниз, Руперт будет в доме. Мне все равно, где ты его потерял, но если с ним что-то случится, это будет на твоей совести, – она хотела было вновь отвернуться от этернеля, но вспомнила, что кое-что забыла. – И запихни свое предложение в ту самую задницу, которой рисковал ради меня, – Сэм помедлила, переводя дыхание. – Ах, да. Мотивы можешь запихнуть туда же, – с этими словами Саманта все же отвернулась от вампира и направилась к лестнице.

– Тц, – мрачно ухмыльнулся Джимм, глядя в спину удаляющейся девушке, затем медленно встал, пытаясь быть как можно спокойнее. В следующее мгновение его громогласный крик вдребезги разбил вновь возникшую тишину дома. – А НУ, СТОЯТЬ!

Подкрепленные толикой его магии слова гулко завибрировали в воздухе, опасно раскачивая хрупкие стеклянные предметы, а окна дрогнули. Он не стал показывать, как удивлен и одновременно счастлив, что не стал приплетать к этому еще и одну маленькую, но вредную штуку, которой учат Сшиллс с самого перерождения. Будь здесь Сюзар, он бы сто раз подумал, прежде чем выступать против телепата. Все же суть его дара совсем другая, и предугадать последствия стычки с ним невозможно, даже для него самого. Иногда Джимм находил все новые грани того, чем наградила его вампирская кровь. Как например, двадцать лет назад, когда он в припадке ярости взорвал мозг своего оппонента, или когда вдруг понял, что может нагнать на человека такую печаль, что сердце у того просто не выдержит, или же, наконец, просто внушить мысли о самоубийстве. Еще этернель был уверен, что полностью сможет перекроить личность смертного, если постарается и потратит немало сил. Все это иногда просто заставляло кипеть его мозг. Вместе с почти безграничными возможностями влияния Бротт получил и вечную головную боль, а также способность перенимать чувства и мысли других, как если бы это происходило в его голове. Потому первые тридцать лет он только и учился, что отрезать себя от людей и собратьев.

– Что за хрень ты мне тут сейчас наговорила? – кричать он не собирался, но все же, делал это. – Пылинки с нее сдуваешь, переживаешь, как бы не навредить, боишься самого себя, а она в ответ: «Я к тебе так и этак, ты меня отшил, теперь иди в задницу со своими чувствами, я же такая гордая», – играным фальцетом проверещал Джимм. – Долбаная, факовая чушь! Нихрена ты не знаешь, госпожа Ходящая! Рандеву? Что за...? Почему у вас, людей, все сводится к этому?! Ты даже не представляешь, что творится в голове у парня, это было нужно ему, а не мне. Иначе сейчас к одному психованному вампиру прибавился бы еще и психованный подросток с комплексом неполноценности! Он в полной безопасности, я могу за этим проследить, так что не надо тут мне гребаных догадок, – в краткий миг он преодолел расстояние, разделявшее их, и грозно возвысился над девушкой, преграждая ей путь. – Что ты ожидала услышать от меня? Ангельское сюси-пуси пение? Ну, уж прости, я не умею говорить, как в этих дешевых романах, а делаю это как могу, политик из меня всегда был хреновый, – вампир прищурился и перешел на те самые злые и низкие ноты. – И да, я шарахаюсь от тебя потому, что каждый раз хочу твоей крови. Как же тебе объяснить? Это все равно, что тебя неделю морили голодом, а потом поднесли под самый нос сочную индейку – так и тянет вонзиться зубами, – он спокойно выдохнул и вновь прикинулся нормальным. – Ладно, если так надо, я завтра же займусь вопросом твоей транспортировки. Уверен, кое-кто из Нового Орлеана мне поможет. Смотрю, всем от этого будет только легче, – натянуто улыбнулся Бротт. – Не смею больше задерживать, – музыкант отошел в сторону и просто перескочил те пару ступеней, на которые Саманта успела забраться, пока ее не настиг крик этернеля. – Мелкая обидчивая идиотка. Особо гордая, – говорил сам с собой мужчина, пока быстрым шагом пересекал холл, впрочем, совсем не переживая, что она услышит это.