Наводнение

-Очень… красиво…

В таком странном состоянии я нахожусь до тех пор, как ни оказываюсь за одним из столиков.

-Эм… Элайджа?

Мужчине не приходится даже переводить взгляд на меня. Оказывается, он всё это время и так наблюдал за моей реакцией. Что-то интересное увидел?

Нет, это я спрошу у него позже. А сейчас о делах насущных и материальных.

-У меня нет денег на подобное и…

-О каких деньгах ты говоришь? Это я тебя пригласил – я и оплачиваю.

Незаметно к нам подходит официант – и каждому в руки кладётся меню.

Элайджа не открывает его.

-Бифштекс средней прожарки с картофельным и овощным пюре. И воды, пожалуйста.

-Может, вина? – предлагает официант, закончив записывать заказ.

Выражение на лице мужчины остаётся прежним, но после подобного предложения и мне, и официанту становится понятно, что тут вино заказывать не будет. Мне становится не по себе от мысли, что это из-за меня.

-Девушке то же самое? – пересилив себя, спрашивает официант.

И внимание обоих мужчин приковывается ко мне.

А что я? Я даже меню не открывала. И вообще не знаю. И… неудобно, да!

-Девушка ещё подумает, подойдите позже. Но наши заказы принесите вместе.

Официант склоняет голову и уходит, оставляя меня один на один с этим странной мужчиной.

-А тебе кто-нибудь говорил, что ты странный?

Элайджа приподнимает бровь.

-Вот после того, как я пригласил девушку в ресторан, признаю, впервые. И в чём же моя странность?

-Ты совершенно незнакомую девушку пригласили на ужин… обед.

-Обежин.

Теперь мои брови поднимаются вверх, я чувствую этот их побег.

-Что? – удивлённо переспрашиваю я.

-Обежин,- спокойно повторяет мужчина, хотя я по глазам вижу, что он смеётся,- это приём пищи между обедом и ужином.

-Эм… оригинально. И давно у тебя привычка есть в обежин?

-С сегодняшнего дня. Но у этого приёма пищи есть ещё одна особенность.

Наши стаканы с водой уже наполнены. И, наверное, для увеличения интриги, мужчина делает глоток из своего.

-И что же за особенность? – «иду на поводу», показывая любопытство, которое он явно желает видеть.

Глаза Элайджи блестят, и он кивает на меню в моих руках.

-Я тебе после обежина расскажу. Заказывай или мне это сделать вместо тебя?

Не слова, а интонация, с которой они были сказаны, заставляет меня быстро открыть меню и просмотреть его. Что же, надо поставить этого мужчина на место хотя бы в финансовом плане. Будет знать, как истинных блондинок в подобные заведения приводить. Я же заставлю совесть помолчать и выберу, несмотря на цену.

Стоит мне оторвать взгляд от страниц меню, как обнаруживаю, что официант уже стоит рядом с нашим столиком, будто, и не уходил.

Я быстро говорю заказ, чтобы ещё больше не задерживать бедного паренька, и самой уже стыдно становится. Салат с курицей, десерт со сливками и свежими ягодами (последнее меня интригует) и кофе.

-Тебе можно сейчас кофе? – прерывает меня после последнего Элайджа.

И так внимательно изучает, будто, пытается понять, какой части моего тела навредить этот злой кофеин.

-Конечно. А разве есть противопоказания?

Он ещё несколько секунд пристально на меня смотрит, а потом кивает, отпуская официанта, но всё же не сводит с меня глаз.

-Что-то не так? – стараюсь скрыть истинные чувства за невинностью ребёнка.

Я задерживаю руку, которая сама тянется поправить волосы. Да я всё равно выгляжу не достаточно хорошо для подобного места даже здесь, под землёй в Железном городе. Даже тут девушки надевают свои лучшие платья, а мужчины в костюмах, а мы с Элайджей выглядим… как путешественники во времени. Попаданцы. Совершенно случайно попали сюда и решили, что неплохо было бы и поесть. А то, что попали в такое место, так и случайно забрели в первую попавшуюся дверь.

-Я не могу смотреть на тебя? – наигранно удивлённо спрашивает мужчина.

-Не так!

Не хочу, но поднимаю на мгновение глаза от скатерти, которую рассматриваю, и вижу хитрую улыбку на губах Элайджи и в глазах. И как, прикажете, устоять? Мне никак не одержать победу перед таким мужчиной. И тут прекрасное доказательство того, что внешность – не главное. Он берёт своей харизмой. Настолько сильно, что я сама не замечаю, как разговариваю, хотя могла бы с другим держать язык за зубами.

А ещё сердце – предатель. Почему оно так бешено бьётся?