Страница 119 из 275
Нежные чувства к однокласснику, влюблённость в молодого учителя, который, казалось, смотрит только на меня и при этом как-то особенно улыбается или приподнимает бровь. Девичья фантазия – сильная вещь. Но настоящие отношения у меня были только один раз. Тогда парень был немного старше меня. Правда, я верила, что у нас что-то серьёзное. Вот так и получают девушки свои сердечные раны. Тогда я и поняла, что я слишком доверчивая и добрая.
Помню, как плакала после того, как мы расстались. Да, я понимала, что так надо. Потому что мы слишком разные, и он хотел двигаться не рядом со мной, а впереди, таская меня следом. Это было не для меня. Но боль от этого не становилась слабее. Я плакала в своей комнате, когда пришёл папа, обнял меня и просто был рядом, пока я ни успокоилась.
А потом сказал:
«Слабость и сила – это одно и то же, у тебя эта доброта. Но не старайся избавиться от неё, только старайся научиться пользоваться»
Когда я смогла говорить, я поинтересовалась:
«Как мне это сделать?»
«Жизнь будет преподавать тебя уроки. Главное – оставайся сама собой»
Чтобы там ни было, но плакать я тогда не перестала. А потом, на утро, уже чувствовала себя куда лучше, и могла улыбаться.
Ещё погруженная в мысли, я сажусь в кресле с ногами. Удобное такое место, уютное и мягкое. Поднимаю глаза и вижу Элайджу, который садится во второе кресло, наши места немного повёрнуты друг к другу, только настолько, чтобы видеть собеседника при беседе, но не для официальной формы. И расстояние в пять шагов минимум.
-А ты есть не хочешь?
-А ты мне что-то оставила? – задаю ответный вопрос.
Я вздрагиваю и снова опускаю глаза, обнимая свои ноги. Нет, я понимающий человек, но попрекать едой?
Похоже, мужчина сам осознаёт это.
Он выдыхает.
-Прости,… я совсем не это имел в виду.
И мне бы промолчать, но… (тут главное именно это «но»):
-Но сказал именно это.
Мои слова становятся серьёзным ударом для него. Мне кажется, я даже слышу тихий, едва различимый стон, но такой низкий. Как у дикого зверя, который осознаёт, что попался на уловки добычи – и пошёл ложным следом, а в животе уже бурчит.
Такие изменения привлекают моё внимание – и я поднимаю глаза.
Элайджа сидит в кресле, прислонившись спиной и поддерживая голову одной рукой, вторая – опущена, и тонкие пальцы едва двигаются, словно, играют на невидимом инструменте. Он действительно похож на хищника, такая дикая кошка, которая знает, чего хочет – и только играет со мной. И самое страшное, я осознаю, что мне всё ещё нравится это. Причём, с каждым разом, всё больше. А понять хорошо это или плохо не выходить. Оценить происходящее никак нельзя.
-Я прошу прощения, - голос у мужчины тихий, но от этого кажется ещё более серьёзным.- Я ни в чём не хотел тебя попрекнуть. Ты вовсе не виновата в моём… состоянии.
Сейчас мне плохо верится, что этот самый мужчина может шутить и так «подкалывать». Сейчас передо мной непривычной серьёзный Элайджа, будто, другой человек.
-Не стоит, я понимаю. Ты прости. Сначала говорю, потом думаю, - не задумываясь, говорю тише, как и Элайджа.
Смотря на мужчину, я замечаю, как он медленно поднимает голову и смотрит на меня немигающим взглядом, словно, изучает меня, прощупывает, но бережно. Под таким взглядом совсем не неуютно. Скорее он вызывает желание сесть правильно, выпрямить спину и так далее, чтобы мужчина смог рассмотреть меня лучше. Но, честно, сейчас меня на это не хватит, поэтому остаюсь в таком же положении. Однако Элайджа явно не испытывает по этому поводу неудобств.
-Думаю, нам хватит впечатлений на сегодня. К тому же…
Мужчина смотрит куда-то мне за спину
-Уже и завтра наступило. Думаю, нам обоим стоит отдохнуть.
Я киваю, но всё же решаюсь спросить:
-А если серьезно… как ты тогда ночью попал в квартиру Скай?
Элайджа смотрит на меня, потом сводит брови, словно, не может поверить, что я спрашиваю о подобном. Нет, у меня тут уже не любопытство. Это пугает, когда кто-то может так просто проникнуть в твою комнату. И да, я не отказываюсь от мысли запереться хорошенько в той комнате, которую мне выдали. Хотя внутренний голос не перестаёт твердить о том, что с этим мужчиной всё далеко не так просто, как хотелось бы.
-Я тебе уже говорил, через окно, - он говорит таким уставшим голосом, словно, объясняет уже в десятый раз одно и то же неразумному ребёнку.- Я видел, что ты серьёзно заболела, поэтому решил, что помогу, чем смогу. А раз у меня есть лекарства, я решил помочь тебе.