Страница 90 из 95
Утро было пасмурным, я даже не сразу поняла, что небо затянуто не тучами, а дымом. Через зачарованные окна снаружи не долетало ни звука, словно это всё было лишь искусным коллажем, а мы на самом деле все находимся в вакууме. Но я понимала, что стоит мне выйти на улицу, и несмолкаемые вопли в очередной раз настигнут меня.
У моей двери лежала всё та же гончая. Когда я выглянула в коридор, собака просто поднялась на лапы и побрела куда-то. Я не придумала ничего лучше, чем следовать за ней, надеясь, что она приведёт меня к кому-нибудь из жителей замка. Как выяснилось, собака направилась прямо в кабинет Баала: тот сидел за огромным письменным столом в полумраке с зашторенными окнами: источником света был тот, который проник в комнату вместе с моим приходом, и лампа. Гончая обошла стол, и я услышала, как она со вздохом улеглась на ковёр.
Баал продолжал что-то писать, не обращая никакого внимания на меня, что уже не удивляло. Я между тем получила возможность оглядеться: книжные шкафы были практически всюду, где хватало свободного места. Никаких украшений, никакой резьбы — всё предельно простое, но добротное. Я задумчиво переступала с ноги на ногу, не зная, как начать разговор, но в итоге Баал указал на одно из двух кресел, что стояли перед его столом, словно это был кабинет директора. Как можно тише я села, но скрип кожи, которой оно было обито, всё равно показался мне слишком громким.
— Что хотела? — вместо приветствия поинтересовался Баал, не отвлекаясь от работы.
Я решила в таком случае тоже не здороваться, поэтому спросила прямо, где Фурфур.
— Отправился домой. Отказывался добровольно покидать нас, пришлось под конвоем, — король упёрся в меня взглядом своих алых глаз. Сейчас, когда мы оказались наедине в комнате, я чувствовала себя так, словно угодила в паутину паука и теперь жалобно трепыхаюсь, глядя на то, как хищник никуда не спеша приближается ко мне. — Ты выспалась?
— Нет, — честно ответила я. Как он и предсказывал: стоило мне задремать, как я оказывалась среди грешников в булькающей лаве, в другой раз на меня набросился ужасный монстр, в третий раз моё тело разрубали на тысячи кусков мечами. Стоило мне успокоиться и попытаться всё же поспать, как я снова и снова погружалась в кошмары, просыпаясь и наверняка крича при этом. Ужасное ощущение, словно я взаправду пережила всё это за короткие, как казалось, секунды.
— Я тоже не выспался, — Баал снова начал что-то писать на пергаменте, а когда закончил, просто щёлкнул пальцами, и его советник, появившись из воздуха, тут же забрал документ. — Что ж, ты всё решила для себя? Остаешься тут? — последние два слова он произнёс таким тоном, что я чётко слышала его нежелание видеть меня чаще, чем раз в сутки, и то пересекаясь за ужином. — У нас, правда, нет садов и прочих столичных прелестей, но за стенами царит вполне себе живая, хоть и не совсем здоровая, атмосфера. Можно совершать недолгие прогулки, если погода соблаговолит.
— Всё же хотелось бы посмотреть на то, где и как жил Набериус. Я много о нём слышала и надеюсь, что найду там ответы на некоторые свои вопросы, — я как можно более доброжелательно улыбнулась.
— В таком случае, не смею вас больше задерживать, леди. Если хотите, я и Гласиал, — он кивнул на собаку, — составим вам дружескую компанию за поздним завтраком и расскажу, чего стоит ожидать от того места, куда вы отправляетесь. Возможно, это заставит вас передумать. С другой стороны, вы же туда не на вечное поселение едете.
Подумав всего пару секунд, я из вежливости всё же согласилась на его предложение. Баал попросил в таком случае подождать ещё пару минут, пока он закончит, после чего он действительно уделил мне столько времени, сколько нужно было для того, чтобы позавтракать вместе, поговорить и собраться в дорогу. Падший то ли старательно делал вид, что ему есть о чём разговаривать со мной, то ли всё так и было на самом деле: он достаточно красочно рассказал о том, что меня ждёт по дороге к имению, что происходит с грешными душами, и почему они не разбегаются. Земли седьмого Круга, со слов короля, были пропитаны таким чудовищным количеством магии, что мне было непонятно, зачем в таком случае нужны все эти дозорные, тем более я впервые за долгое время видела падших, полностью облачённых в металлические доспехи. Баал коротко, но достаточно ёмко охарактеризовал всех грешников, что были заточены в Круг, как достаточно хитрых и вёртких.
— Не вздумай пытаться им помочь, что бы они тебе ни говорили. Даже не разговаривай. Между вами уже пропасть длиной в жизнь, и скорее ты преодолеешь её, присоединившись к ним, чем наоборот, — посоветовал мне падший, провожая к выходу из замка, где меня ждала незнакомая мне гхора. На мой вопрос, где та, на которой я с Фурфуром сюда приехала, Баал ответил, что меньше всего ему хочется ловить перепуганную тварь и невесту Велиала, хаотично мечущихся среди озёр лавы и топчущих самоубийц.
— Пожалей их, девочка. Им снова и снова быть разодранными собаками, а ты ещё и раздавить их хочешь, — то ли пошутил, то ли серьёзно сказал король. — Если будет желание, то заберешь свою глупую зверину на обратном пути. Толку от неё куда меньше, чем проблем, тем более ты вряд ли умеешь ездить самостоятельно.
Я пожала плечами, думая, что наверно он прав. Хотя трёхцветная мне нравилась. Серая же, которую мне дал Баал, выглядела спокойной и наученной жизнью, словно мастодонт. Казалось, что она сама за меня будет решать, как поступить в той или иной ситуации. Что ж, оно и к лучшему, потому что вопли вокруг опять меня нервировали.
— Столько охраны тебе хватит? — поинтересовался Баал, кивая на трёх падших, которые отдали ему честь, как только мы появились во дворе. — Или больше надо?
Вот тут-то я смутилась окончательно: солдаты выглядели слишком привлекательно, словно Баал специально подбирал мужчин с внешностью фотомоделей. До Велиала и уж тем более Люцифера им было далеко, но любая нормальная женщина, которая бы знала, что сегодня-завтра конец света, с превеликим удовольствием воспользовалась бы таким шансом. Видимо, я разглядывала их слишком долго и внимательно, потому что король наклонился ко мне и шёпотом предложил, если мне мало, добавить ещё столько же. Я точно чувствовала его улыбку, пусть он и не демонстрировал её на публике, и мне осталось только отрицательно замотать головой.
Кое-как забравшись на гхору и в панике пытаясь вспомнить, как ею управлять, чтобы не удариться в грязь лицом, я поблагодарила короля за гостеприимство и помощь. Баал благосклонно кивнул, тем самым отвечая, что ему не сложно. Да, уж что-что, а палки в колёса он ставит просто отлично, очень отработанным движением.
— Отвезите её в Долину, — Баал посмотрел на мою охрану. — Целой и невредимой. Пусть погостит на малой родине сколько ей будет угодно.
Старший из падших кивнул и подъехал ко мне, чтобы помочь с гхорой. Мы покинули столицу седьмого Круга ещё до того, как солнце должно было достигнуть зенита. Я старалась как можно меньше пялиться на своё сопровождение, чтобы они ничего не надумали, но ещё меньше мне хотелось смотреть по сторонам, боясь наткнуться взглядом на какого-нибудь грешника. Впрочем, я отлично ощущала на себе изучающие взгляды охранников. Особенно я интересовала того, что ехал позади.
Поднявшись на высокий холм, мы на минуту замерли, позволяя мне оценить открывающийся отсюда вид.
— Господи боже, — не смогла сдержаться я впервые за долгое время, глядя на огромный военный лагерь. Тут было, по меньшей мере, несколько сотен шатров. Шум лязгающего оружия на бесконечных тренировках, окрики командующего состава и просто общий гул едва не заглушали естественный звук Круга. Моё сопровождение посмотрело на меня так, словно я послала их Бездну. Я же пожалела, что не смогла удержать язык за зубами: теперь им точно ясно, что я человек.
— Мы стягиваем все силы сюда, чтобы при первой необходимости перекинуть их дальше, на поле боя, — объяснил мне старший, не особенно вдаваясь в подробности стратегии, которую выстраивал его король.
Мы не стали проезжать через лагерь, а въехали в лес, игнорируя необходимость хотя бы в тропе. Первое время я то и дело пыталась увернуться от веток, хлеставших по лицу, но потом мне надоело, и я не придумала ничего лучше, чем растянуться на спине гхоры и закрыться капюшоном, словно маленькая испугавшаяся монстров девочка. Надо сказать, что это было не далеко от правды: очень скоро на нашем пути появились первые самоубийцы, которым принадлежал этот лес. Точнее, часть их и была этим лесом: изуродованные человеческие тела, вросшие в деревья, изъедаемые насекомыми и небольшими летающими тварями, отчасти похожими на драконов, чья зелёно-коричневая чешуя позволяла им оставаться невидимыми, скрываясь в кронах и прижимаясь к стволам. Эти птицы разрывали кору и вырывали куски плоти из тел, крича и ругаясь между собой так, словно жертв вокруг было недостаточно много.
Я далеко не сразу поняла, что на самом деле мы ехали по старой заброшенной дороге, заросшей кустами и деревьями. Её состояние позволяло оценить, что Долину едва ли кто-то посещает после гибели маркиза.
От собственных мыслей меня отвлекли грешники, которые, завидев меня, словно в страшном сне начали тянуть ко мне руки, ветки или что-то, что едва можно было назвать тем или другим. Я испуганно озиралась по сторонам, не зная, куда деться, и моему сопровождению пришлось буквально прорубать нам путь. Боль, вызванная потерями конечностей и их подобий, породила ещё больше криков и стонов со всех сторон.
— Дерьмо, — выругался старший и поднял руку, применяя заклятие, потому что с каждой секундой окружающий нас лес всё больше напоминал кошмар: казалось, что деревья начали двигаться к нам со всех сторон, беря в кольцо. Заклятие пламени сорвалось с кожи падшего, опалив те, что были к нам ближе всех. Доли секунды замешательства позволили нам рвануть вперёд, ни щадя ни гхор, ни себя. Несмотря на то, что голова была закрыта капюшоном, я чувствовала, как ветка рассекла кожу на щеке, но это казалось сущей мелочью по сравнению с обезумевшими деревьями.
Как назло, привлечённые шумом, вокруг нас взвились летающие твари, и больше интереса они проявляли, разумеется, ко мне. Я уже сильно жалела о том, что не осталась в замке с Баалом. Действовать на нервы повелителю мух было бы куда безопаснее, чем то, во что я ввязалась сейчас. Не представляю, как Фурфур собирался миновать лес тихо и без травм, если даже с тремя падшими это кажется невыполнимой задачей. Какой-то грешник выбросил вперёд ветку так резко, что я едва не слетела с гхоры. Удар пришёлся по животу, мне пришлось закусить губу до крови, чтобы не закричать от боли, хотя сомневаюсь, что меня кто-то бы услышал.
Лес оглушал. Перед глазами всё плыло, и я уже едва понимала, куда мы едем и едем ли вообще. Перед глазами поочерёдно всплывали то ли образы, то ли действительно искажённые болью, горем и гневом гримасы грешников и то, что осталось от их тел. Они ненавидели меня, и они же тянулись ко мне, как будто я была их спасением.
Когда всё закончилось, я не сразу поняла. Почувствовала лишь то, что меня осторожно бьют по щекам, пытаясь привести в чувство. На языке был странный привкус, словно я наглоталась болотной воды. В ушах всё ещё стояли крики. Я открыла глаза, но всё ещё ничего не видела, поэтому слепо вытянула руку, которую тут же схватили и сжали.
— Надышалась что ли? — услышала я незнакомый голос.
— Придётся обратно ехать в объезд, — предложил кто-то ещё. — Сомневаюсь, что это полезно для человека.
— Человека, — хмыкнул первый. — Охренеть. Невеста Верховного правителя — человек! В жизни б не подумал, что он на такое способен.
— Эй, ты как? Видишь меня? — моё лицо зажали в ладонях, заставляя зрительно сфокусироваться хоть на чём-то, но перед глазами была лишь яркая белая пелена, а все голоса звучали, как будто собеседники находились далеко-далеко. — Ну же, девочка. Не пугай меня. Скажи что-нибудь!