Страница 88 из 95
— Куда направляемся? — стражник, одетый в кирасу, посмотрел на меня с Фурфуром так, что я начала саму себя подозревать в самых что ни на есть неблагих намерениях. — Кто это с вами?
— Моя избранница, — без тени смущения объявил князь. — Решил вот остепениться, семью завести.
Я скромно отвела взгляд, не желая смотреть на стражника, тот же теперь буквально пожирал меня глазами, теперь уже больше с любопытством, чем с подозрением. После чего, видимо убедившись в том, что я не несу угрозы, отошёл с нашего пути и крикнул что-то стоящим за его спиной. Те убрали оружие и расчистили дорогу. Теперь я поняла, почему Велиал решился на такой шаг: меня действительно никто не знал в лицо, и при беглом рассмотрении я не выдавала в себе человека. Скормить им байку о том, что я девушка Фурфура, оказалось совсем не сложно.
— Совет вам да любовь, что ли, — объявил нам напоследок стражник.
— О, непременно, — поблагодарил его Фурфур и ударил гхору под рёбра, заставляя перейти на бег, чтобы быстрее скрыться из их поля зрения.
Впреди был сухой лес. То и дело мы объезжали расщелины в земле, камни и скалы вокруг которой обуглились и почернели. Из недр вырывались языки пламени и пепел. Казалось, что сама земля дышала, и каждый её вздох приносил сотни тысяч человеческих криков. Вначале я в ужасе крутила головой, пытаясь найти источник звуков, потом списала всё на вой ветра. И только потом поняла, что крики на самом деле доносятся из расщелин и принадлежат грешным душам. Охраны вокруг было достаточно. По дороге встречался аванпост за аванпостом, несмотря на то, что мы находились в лесу, тут было слишком оживлённо. Нас провожали подозрительными взглядами, как чужаков. Земля то и дело тряслась, словно мы были рядом с вулканом.
Жизнерадостности у гхоры резко убавилось, она прижала уши и то и дело останавливалась, принюхиваясь к чему-то. Обычно это предшествовало очередной порции крика, который накрывал нас со всех сторон.
— Всё нормально, ребятушки, это и есть настоящий Ад. Всё, что было до этого Круга — это так, разминка, — подбадривал нас с животным Фурфур, которого происходящее вокруг нисколько не смущало. Ещё бы — шляется тут веками, привык уже. Не удивлюсь, если он даже спал рядом с одной из расщелин, поленившись возиться с костром. — Большая часть этих ребят тут за дело.
— А меньшая? — встрепенулась я.
— А меньшая просто трепала языком больше, чем нужно, — объявил князь, в очередной раз разворачивая и направляя гхору вперёд, когда она попыталась дать дёру. — Иногда нужно вовремя заткнуться. Отец очень не любит слишком умных.
Во время одной из коротких стоянок, когда моему сопровождающему пришлось в очередной раз объясняться с солдатами на тему того, кто мы такие и какого дьявола мы тут позабыли, я решила посмотреть на трещину в земле. Она выглядела не самой горячей и рядом даже росла жухлая трава. Из неё доносились заглушённые стоны, полные боли. Любопытство победило страх, и я начала осторожно приближаться, в голове прокручивая варианты того, что я там могу увидеть. В колебаниях раскалённого воздуха над разломом мне мерещились призрачные руки, которые тянулись к небу, словно умоляя о пощаде.
Я было сделала ещё несколько шагов, но передо мной появился дозорный и перегородил путь копьём:
— Куда направилась? — недобро поинтересовался он. — Это закрытая территория.
— Мне просто инте… — начала было я, но в этот самый момент Фурфур спохватился о моей пропаже и теперь хромал ко мне со всей возможной для него скоростью.
— Малыш, ну ты что! Ты же зажаришься до хрустящей корочки! — князь учтиво обхватил мои плечи, разворачивая и уводя обратно к нашей гхоре, на ходу объясняя остановившему меня дозорному, что я из Лимба, и всю жизнь там прожила, и ни разу не покидала его пределов, поэтому не в курсе, насколько это опасно. Вообще я горячая девочка, но он бы предпочёл, чтобы температура моего тела оставалась такой, как сейчас, а не поднималась выше.
Дозорный молча следовал за нами, не говоря ни слова, явно не желая вступать в диалог с разговорчивым путником, который, к несчастью, повстречался ему сегодня. Фурфур нервно улыбнулся, глядя на вооружённых падших вокруг, но те попросили нас лишь быстрее убраться отсюда и больше не лезть куда не просят.
— Не делай так больше, Нозоми, — спустя какое-то время сказал мне Фурфур, когда всё было уже позади. — Границы с седьмым и далее Кругами — это не место для игр. Тут смертельно опасно, а если стража посчитает, что ты несёшь угрозу для исполнения приговора или душам, они имеют право казнить тебя на месте, не разбираясь в твоих замыслах.
Мы старались останавливаться как можно реже, но шумы пугали молодое животное, вынуждая его в страхе то и дело прижиматься к земле, напрочь забывая, что мы сидим на нём. Фурфур рассчитывал, что мы доберёмся до земель Набериуса к ночи, но стоило нам свернуть с основной дороги в сторону очередной едва приметной узкой тропинки, уводящей к холмам, как нас окликнули в достаточно грубой форме. Дозорные появились откуда не ждали, перегородив нам путь и объявив, что этот путь закрыт по причине образовавшегося из-за непогоды бурелома, и что если мы решим следовать тем же маршрутом, то влезем в самое пекло, пытаясь объехать завалы. Князь попробовал их заверить, что мы можем перемещаться и прыжками, но дозорные молча выставили вперёд оружие, показывая, что не намерены торговаться.
— А если мы поедем дальше? — поинтересовалась я шёпотом. — Что там?
— Земли Баала, — совсем безрадостно ответил князь, едва удерживаясь от развязывания конфликта с охраной Круга. — Грёбанные бюрократы. Эти трое королей до сих пор дрючат всех, кого видят на своих землях, после того случая, когда сожрали души.
— А, тот скандал с Марбасом, — вспомнила я. — Может, есть какой-нибудь неприметный путь? Ну там, дальше, в седьмом?
— Попробую вспомнить, — пробормотал падший и замолчал. Но даже если он и вспомнил, то воплотить задумку в реальность нам не дали: как только мы пересекли границу, замучившись объяснять в тысячный раз, кто мы такие, откуда и куда едем, как нас взяла в кольцо охрана, командир которой объявил, что Фурфура ждёт лично Баал. Заслышав это, я поперхнулась яблоком. Меньше всего мы рассчитывали на такой поворот событий. Князь тоже был не в восторге от новости и предложил заехать на обратном пути, но те отказались его отпускать. — Что ж, придётся нам совершить визит вежливости, моя дорогая девочка, — грустно объявил он мне, глядя на наше сопровождение, которое, в отличие от дозорных шестого Круга, было облачено в зачарованные металлические доспехи.
Путь в замок Баала казался мне бесконечным. Я озиралась по сторонам, теперь уже как наша гхора пугаясь каждого звука. На фоне своих соплеменниц, на которых ехало наше сопровождение, она выглядела перепуганным детёнышем. Те же изображали полное безразличие по отношению к происходящему вокруг. Фурфур половину дороги сетовал, что нас взяли в клещи, и сбежать не получится, вторую половину — молчал, и с каждой секундой выглядел всё напряжённее.
По обе стороны от дороги высился мрачный вековой лес, закрывающий небо ветвями, отчего оно выглядело ажурным, как паутина: корявые, словно побитые ни одним ураганом деревья. Если земли Паймона можно было назвать шумными, то тут я уже не знала, как реагировать на вопли мучеников, раздававшиеся со всех сторон: вой гхор, который я слышала несколько раз, казался приятной экзотикой. От здешних же криков волосы на затылке становились дыбом. И чем дальше мы заходили в Круг, тем громче они звучали.
Я в ужасе жалась к Фурфуру, не зная, куда деваться. Мне хотелось вернуться в шестой Круг, а ещё лучше в Лимб. Спокойный, тихий Лимб, полный фермеров. Как же я по нему соскучилась за эти пару дней. Даже Велиал и Марбас, будучи на пару в бешенстве, не такие пугающие, как это место. С каждым воплем мне казалось, что боль, которую испытывают грешники, испытываю я сама, и на самом деле эти крики принадлежат мне. Перед нашим отрядом пробежала стая огромных охотничьих гончих псов и скрылась среди деревьев. Лишь одна из них остановилась и на мгновение удостоила нашу группу вниманием, но мне показалось, что смотрела она именно на меня.
Баал, как оказалось, жил не во дворце, а в замке, расположенном на краю утёса. Прямо за ним шумело море, но даже его штормового грохота не хватало, чтобы заглушить вездесущий плач, который вкрадывался в самые глубины сознания и звучал всё громче и громче, затмевая мысли и не давая тем самым от него отстраниться. Несмотря на то, что вокруг было более чем тепло, от воды тянуло холодом. Я уже перестала удивляться такой резкой смене температур, но прекрасно понимала, почему Люцифер предпочитает оставаться в Пандемониуме несмотря ни на что.
Высокие стены замка отгораживали его жителей от рёва и холодного морского ветра, который непрестанно боролся с жарой со стороны суши. Миновав ворота, распахнутые настежь, словно у правления Круга не было врагов, мы проехали несколько домов, предназначенных, видимо, для прислуги и охранников, и очутились около ещё одной стены, но она была ниже, чем внешние стены замка. Резиденция короля охранялась, и солдаты, что привели нас, передали местной страже, коротко обрисовав ситуацию. Недолго думая, нам приказали спешиться.
— Дьявол хромает на обе ноги, — тихо сказал Фурфур, когда спрыгнул с гхоры и протянул мне руки, чтобы поймать и осторожно поставить на землю.
— Что? — не поняла я.
— В легендах Гайи Дьявол хромает на обе ноги, — повторил князь. — Это его проклятье, так его узнают.
Охрана, также облачённая в железные доспехи, но вдобавок носившая красные плащи, видимо как знак отличия, повела нас через коридоры, и я несказанно обрадовалась тому, что в самом здании было тихо. Настолько, что множественные шаги по звуку больше напоминали шум дождя. Наш путь окончился у входа в главный зал, который украшали резные двери с изображением кар, которые ждут плохишей в этом Кругу после смерти.
Такой зал бы наверняка подошёл Загану: из украшений тут были лишь витражи в узких окнах и венец на голове короля. Даже трон был из обычного дерева, покрытый лаком, без излишеств. По обе стороны от ковровой дорожки, которая вела от входа, стояли столы, вероятно для приближённых советников и воинов. В одной из стен был огромный камин. Баал сидел на троне, просматривая какие-то документы, а рядом с ним стоял, видимо, его советник. Внешне король всё ещё напоминал мне иллюзиониста прошлого столетия, хотя в этот раз плаща на нём не было, и оттого его одежда выглядела ещё страннее в данной обстановке. Его трость была прислонена к правому подлокотнику. Советник же выглядел как падший средних лет, коротко стриженный, и был одет почти как Роберт: туфли, штаны, рубашка и жабо. Как бы странно это ни звучало, но советник был в этом зале уместнее короля.
Когда мы появились в дверях, Баал удостоил нас лишь коротким взглядом, предпочитая дочитать начатое. Фурфур терпеливо ждал, когда он закончит. Мне же подобное отношение со стороны правителя седьмого Круга совсем не нравилось, но я решила, что будет лучше, если я буду держать язык за зубами: Баал пугал меня ещё при первой встрече, и мне совсем не нравилось, как он на меня смотрел. Впрочем, учитывая, где он живёт, неудивительно, что он буквально препарирует взглядом.
— У нас тут самый настоящий бардак творится, а вы решили наведаться ко мне в гости без предупреждения так, словно у меня нет никаких дел, — наконец Баал задержал на нас внимание дольше, чем на пару секунд. — Чем же я удостоился такой чести, можно узнать?
— Мы вообще-то мимо проезжали, нас ваши ребята уговорили, обещали чаи-кофеи, — отозвался Фурфур явно на упрёк в свой адрес. — Я бы ни в коем случае не посмел вас тревожить просто так, ваше величество. Вы же знаете.
— Знаю, поэтому поражён, как у тебя вообще хватает наглости появляться в моих землях, — король отдал документы своему советнику и махнул рукой охране, что в ближайшее время в их присутствии рядом нет необходимости. Дождавшись, когда наше сопровождение покинет зал, Баал продолжил. — Поэтому я спрошу ещё раз: что ты тут забыл?
— Гуляю.
Баал нахмурился, и это меня почему-то очень напрягло:
— Гуляешь? — переспросил он. — А невеста Велиала тоже, значит, гуляет?
Фурфур посмотрел на меня так, словно уже позабыл о моём присутствии и теперь очень удивился:
— Она-то? Видимо, да. Любуемся красотами Геенны, смотрим, как вы тут грешников разделываете.
Баал перевёл взгляд на меня:
— Действительно, презанятное должно быть зрелище. И каковы ваши впечатления, юная леди?
Я почувствовала, как к горлу подступила тошнота. Жестокостью меня, конечно, было нынче не удивить, но такое количество насилия определённо вывело бы всякого нормального человека из равновесия. Баал эти эмоции на моём лице увидел.
— Ясно. Впечатлений до конца жизни хватит, согласен. Что ж, привыкайте. Вот увидите: вас это ещё долго будет преследовать в кошмарных снах, — король натянуто улыбнулся и поднялся со своего места. — Крики, мольба о пощаде. А вы стоите и ничего сделать не можете: никак им не помочь. Глядя на их страдания, вам будет казаться, что они давно искупили свою вину, а на деле они все ненавидят вас лишь за то, что вы не испытываете то же самое, что они. Освободите их ради интереса на несколько минут, и вам объявят, что вы для них, собственно, никто, а они прошли через такие муки.
— Зачем вы мне всё это говорите? — я едва сдерживала агрессию в голосе, когда обращалась к нему. — Вам весело от того, как меня трясёт?
— Не думай, что мир вращается вокруг тебя, девочка, — Баал прохромал к нам, опираясь на свою трость. — Я говорю это себе, чтобы подготовить морально к тому, что ты устроишь сегодня ночью, когда ляжешь спать. Вместо радужных единорогов тебя ждёт кошмар о том, что ты сегодня увидела в моих землях.
Фурфур подозрительно сощурился:
— Звучит как предложение всё же остаться в гостях, — сказал он. — Вы же не надеетесь?.. О, нет-нет!
Король ловко подхватил трость и коснулся серебряным набалдашником подбородка князя, заставляя того замолчать.
— У меня с тобой долгий разговор, раз уж ты меня навестил. И если с вами что-то случится, покуда вы решите покинуть замок на ночь глядя, Велиал будет истерить так, что мне будет проще занять чьё-нибудь место в лесу самоубийц, оставив вместо себя на троне грешника.
— Недальновидная замена, — заметил Фурфур, спешно пытаясь придумать, как отсюда сбежать. Трость его явно нервировала.
Но Баал лишь улыбнулся, демонстрируя клыки:
— Если в моём Круге грешника грызут адские гончие, это не означает, что при жизни он был идиотом. Жизнь штука сложная, и далеко не всех она ласково гладит по головке, — после чего обратился к своему советнику, который всё это время молча стоял в нескольких шагах от нас. — Берит, сделай так, чтобы наша юная гостья ни в чём не нуждалась. У меня же с тобой, князь, отдельный разговор, и тебе придётся отвечать на мои вопросы, хочешь ты этого или нет.
— Звучит так, словно ты взял в плен Нозоми и теперь будешь ею меня шантажировать.
— Если тебе так проще воспринимать происходящее, то да, она моя пленница. Сначала работа, мой князь, а потом прогулки. Даже лодку одолжу, если решите добраться посмотреть на Фуркаса и его ледяные пустоши, — Баал кивнул, разрешая своему советнику подойти ко мне. — Тебя проводят до твоих покоев, девочка. Не вздумай покидать пределы замка, даже если очень хочется. Думаю, что причин объяснять мне уже не нужно. К тому же я попрошу накрыть стол в честь вашего приезда.
Фурфур смотрел мне вслед с таким лицом, словно он проглотил пару лимонов целиком. Мне очень не хотелось разделяться со своим другом, но Баал говорил таким тоном, что спорить не было никакого желания: спокойно и медленно, но жёстко.