Страница 58 из 240
- Может, хватит! - громко произнесла я.
- Что хватит? - переспросил араб, как будто не зная, что происходит. Как будто!
- Смотреть на меня перестань!
- Нет, - по голосу было понятно, что Альтаир улыбается.
- Если не перестанешь, я уйду спать наверх! - я продолжала возмущаться.
- Попробуй, - бросил он как вызов, но решила не проверять, смогу ли я уйти или нет.
- Чтобы тебя комары ночью покусали, - буркнула я на русском, понимая, что спорить бессмысленно.
Набрав подушек побольше, я закидала их за голову и спину и, отвернувшись лицом к стене, попыталась заснуть. Все же усталость подействовала и, несмотря на сверлящий взгляд даже через подушки, я заснула.
***
Утром ассасин разбудил меня, и я ушла одеваться наверх. То, о чем спрашивала меня подруга, я не хочу вспоминать, так как от ее слов я краснела все сильнее и сильнее, поэтому я спешно оделась и, не желая слушать Катю дальше, выскочила из комнаты. Спустившись вниз, я подошла к Альтаиру.
- Это важное задание и мне нельзя его провалить. Поэтому если я скажу не высовываться - ты будешь стоять на месте! - пригрозил Альтаир, - сегодня цель будет ходить по рынку, там я его и убью. Толпа скроет меня и мне легче будет уйти.
От его слов мне стало не по себе. “Рынок! Торговые лавки!”
- Идем, надо успеть. Он наверняка знает, что за ним следят, и попытается разобраться с делами побыстрее.
После его слов мы залезли на крышу и ушли.
***
Цель мы нашли легко. Он переговаривался с торговцем и постоянно дергался по сторонам, ожидая чего-то. Альтаир был прав, он знает, что за ним придут. Это поднимало новую волну беспокойства. Я быстро осмотрелась. “Стражи нет! Только не это!” Я хотела рассказать Альтаиру, но тот кивнул на цель и мы продолжили следить за ней. Вот человек отошел от прилавка и вышел из рынка. Мы, прячась за домами, следовали за ним. Так длилось недолго. Цель кто-то остановил, и он заговорил с человеком.
- Как только они закончат - я убью его. Будь здесь! - сказал ассасин и как во сне проверил клинок.
Все было идеально, если бы не одно но. Стражи нет. Нигде. Это явная ловушка. Я быстро осмотрела крыши и убедилась в этом: два лучника следили за целью и были наготове. Я дернула Альтаира и сказала ему об этом, но он отмахнулся и уверил, что успеет, да и лучники далеко. Я уже не волновалась, я паниковала.
И вот он момент. Человек отходит от цели, и Альтаир начинает действовать. “Нет! Второй раз я этого не допущу!” Я вцепилась в руку араба и дернула его назад.
- Что ты делаешь! - злобно прошипел он.
- Это ты что делаешь?! Лучники тебя застрелят!
- Этот человек должен умереть и я пойду туда, даже если меня убьют!
- Ты что идиот! - я начала орать на него, пытаясь остановить, - будет еще тысяча возможностей убить его, зачем ты рискуешь!
- Отпусти меня, - холодно произнес Альтаир, но я этого не сделала.
Я лишь сильнее вцепилась в руку и пыталась не допустить величайшей ошибки.
- Ты что не понимаешь, что это ловушка! Ты слеп! Зачем так безрассудно поступать!
- Замолчи!
- Нет! Ты настолько самоуверен, что готов кинуться прямо на меч. Да тут даже ребенок поймет, что что-то не так! Неужели ты настолько глуп!
- Замолчи сей час же! - выкрикнул он, и от его взгляда мне стало не по себе.
- Малик был прав, подбирая тебе прозвище!
- Какое прозвище! - рычал он на меня, и я поняла, что перешла все границы.
- Новичок, - сказала я ему прямо в лицо, - ты оправдываешь это звание. Только новичок так поступит, мастера умнее и, видимо, ты не достоин…
Я перестала говорить и согнулась от боли. “Он снова поднял на меня руку…” И не просто ударил, а попал именно в ту злополучную рану на теле. Ноги подкосились, и вернулась та боль, которая не давала мне заснуть ночью. Альтаир придержал меня.
- Не смей мне такого говорить! - злобно проговорил он у меня над ухом.
Думаю, это было не все, но дальше он не продолжил, так как послышались крики. Тот человек, с кем разговаривала цель, бросился с ножом на нашего врага. Тут же в него врезались две стрелы, а затем из-за домов выбежали солдаты. Их было не меньше двух десятков, и все они окружили цель и достали мечи.
- Это ты хотел сделать. Тот человек даже не дошел. Наивный дурак!
Альтаир отпустил меня, и я упала на колени. Боль была невыносимой и, схватившись за живот, я пыталась хоть как-то успокоиться.
- Идем, здесь больше нечего делать, - сказав, будто не мне, Альтаир отвернулся.
И он ушел. Но я нет. Я не могла пошевелиться. Понимая, что лучше убраться отсюда, так как стража была наготове, я, скрипя зубами, поднялась. Я знала, где бюро, знала в каком направлении идти, но не могла.
С передышками и остановками мне удалось пройти всего два дома. Не в силах больше стоять я рухнула прямо у двери чьего-то дома и застонала от боли. В глазах темнело и меня начинало тошнить.
Дверь передо мной неожиданно открылась, и какой-то мальчик заговорил на арабском. Затем пришел мужчина. Он сел рядом и спросил что-то. Единственное, что я смогла сделать - это указать пальцем на рот и уши и отрицательно покачать головой. Не знаю, понял он или нет, но я отвернулась и согнулась, схватившись за живот. Мужчина что-то снова сказал, а затем взял меня на руки и занес в дом. От движения меня затошнило еще больше, и когда он посадил меня на кровать, я инстинктивно закрыла рот рукой. Противная горечь поднялась с горла, и я сползла на пол, не контролируя себя. Живот свело и меня опять затошнило. Передо мной появился какой-то кувшин, а затем мужчина сел рядом и положил руку мне на плечо. Легче мне не стало. От боли мне было так плохо, что в итоге я схватилась за кувшин и меня вырвало. Отодвинув его подальше, я хотела было встать, как меня снова стошнило. Отдышавшись от второго захода, я решила не двигаться, и это помогло - мне стало лучше. Да и не ела я ничего, просто пусто было в желудке, и я мучилась лишь от состояния того, что меня вот-вот стошнит.
Мальчик протянул мне воды. Дрожащими руками я взяла кружку. Первый глоток, второй, а затем я наклонилась к кувшину и меня снова вывернуло уже просто водой. “Ну, к черту, больше и крохи в рот не возьму!” Просидев пару минут, давая желудку успокоиться, я отодвинула кувшин и начала смотреть в пол. А когда полегчало, залезла на кровать и пусть рана и болела, но мне все же удалось уснуть.
***
Открыв глаза, я ничего не увидела - было темно, но это меня не волновало. Боль усилилась и продолжала расти. Я крутилась в кровати пытаясь найти оптимальное положение, чтобы было хоть немного легче, но это не помогало. Сначала я просто поскуливала, но вскоре боль стала нестерпимой и, уткнувшись в подушку, я заорала. От крика становилось легче, но боль не уходила. Казалось, еще немного и я просто умру от такого, но, достигнув пика, рана успокоилась, и боль немного сошла. Я перевалилась на бок и снова попыталась заснуть.
***
Опять начался приступ. Середина дня, а мне все не становится лучше. И вот опять зарываясь в подушку, я кричу из последних сил, а когда меня отпускает, ложусь на бок. Я заметила последовательность. Сначала приступ, затем меня тошнит сильнее, чем обычно, а потом начинает лихорадить. Если я сплю, то просыпаюсь от боли, если нет, то прохожу все это по кругу.
Вечером мне опять было плохо, а после даже рвало, но я ничего не ела и не пила, поэтому просто продержала кувшин перед собой так и нечего не выдав. Пока я чувствовала себя терпимо, я могла думать.
“Меня наверное ищут. Я здесь уже почти два дня”.
***
Прошел еще один день. Мне становилось хуже. Эти приступы участились, и с каждым разом становилось больнее и больнее, а в последний раз я отключилась от невыносимой боли.