Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 165 из 240

— Ну почему, — возмущалась я, — просто помоги стать на ноги и все! Я же не требую этого сейчас.

— Я прекрасно знаю твои требования и что за ними скрывается.

— Но…

— Нет, — спокойно, но настойчиво отрезал муж, но после того, как я надулась и спряталась под одеялом, перекатившись при этом на другой край кровати, Альтаир отступил, — как ты собираешься все успеть?

— Я не собираюсь успевать, только когда Дарим спать будет — вот и все! — с энтузиазмом выпалила я, тут же прилипнув к ассасину.

— Вика… — с нравоучительным тоном покачал головой Альтаир и уже, прищурившись, с подозрением уточнил, — ты должна…

— Я знаю, что я должна, и обещаю, как только тебя что-то не устроит, я сразу же прерву все и буду делать, как прикажешь, — перебила я его, предвидев, что высидеть с ребенком весь день смогу, но помру от скуки спустя какое-то время, вот мне и нужны были тайм-ауты, хотя бы пока сын отдыхал.

— Даже так. Беспрекословно?

— Да, в этот раз да, потому что убедить тебя в том, что мне это просто необходимо, я не могу.

— Хм, — Альтаир довольно хмыкнул и прильнул губами к шее, — тогда начнем прямо сейчас.

Однако он успел только повалить меня на спину и безрезультатно попытаться соблазнить. Проигнорировав все попытки мужа, я нагло отпихнула его лицо и с холодной жестокостью коротко бросила «нет». Отчасти я хотела увидеть реакцию араба на столь жесткий ответ, но и мое состояние не позволяло сейчас подобного, вот я и сыграла с огнем.

Ассасин так смешно замер, будто его окунули в жидкий азот, и он мгновенно окоченел. Я даже хихикнуть успела, пока араб медленно выпрямлялся и садился ровно, продолжая смотреть вперед, на что бы ни падал его взгляд, и молчать. Это было так комично, что я, не подозревая подвоха, громко рассмеялась. И только хотела пояснить мужу, что пока что надо подождать, как он спонтанно «ожил». Со злобным рыком «Вика!» Альтаир схватил меня за ноги и так резко подтянул к себе, что я завизжала. Придерживая и без того короткую ночнушку, которая еще и задралась, я вперила в ассасина испуганный взгляд, чувствуя, как бешено колотится сердце.

— Придет время, — наклонившись ко мне, грозно прошептал муж и выделил из своего арсенала быстрый, но цепляющий поцелуй, от которого не хотелось отрываться.

Только я собиралась достойно пригрозить ему, как шумящий в кроватке Дарим остудил нас обоих за секунду. Как по команде мы повернули головы в сторону сына. Я быстро выскочила из объятий Альтаира, и немного обеспокоенная подошла к Дариму. Взяв малыша на руки, я несильно его покачала, дабы вернуть потерянный сон малютки, и еще на всякий случай тихонько нашептала ему о том, что все хорошо, и он может спать спокойно.

— Мне стоит уехать из крепости, — негромко оповестила я Альтаира, — здесь мы пусть и рядом, но мешаем тебе. Я уже немного отошла, так что…

— Ты будешь находиться здесь столько, сколько понадобится, — перебил меня Альтаир и потянулся за поясом.

— Ты не высыпаешься, а еще Дарим по ночам будит нас. Ко всему этому добавь служанок и всю беготню, что творится из-за меня, и тогда точно не сможешь нормально работать. Я просто переберусь в наш дом, чтобы тебе легче было, — немного печально добавила я, так как нахождение в замке имело больше плюсов, чем минусов, да и муж стал чаще бывать рядом, перестав ночевать за столом в своем забитом ассасинскими вопросами кабинете, который, наверное, скоро станет персональным адом для араба.

— Я думаю, не стоит торопиться, — учтиво предложил муж и продолжил, — побудь еще здесь, а как только я закончу с отбором, я помогу тебе.

— Как скажешь, — облегченно выдохнула я, опуская голову.

***

Спустя месяц, после того как я поднимала тему переезда, Альтаир все же отпустил меня. И пусть я видела, как он хочет, чтобы я осталась, все равно твердо настаивала на своем, ведь араб вообще перестал хоть как-то отдыхать и изматывал себя морально похлеще меня. Дарим не был шумным младенцем, но и ему нужно было покушать, поменять «пеленки» или просто уделить внимание и поболтать, ведь именно тесный контакт и правильная реакция на малыша позволит вырастить здорового ребенка. Я приучала себя к этому, признаюсь честно. И когда болела голова от плача Дарима, и когда уставала или когда было лень, я просто тупо вставала и делала то, что от меня требовалось. К моменту моего переезда я привыкла отзываться на малыша в любую секунду и даже сама играла с ним, уча заранее, пока не было Альтаира в комнате, говорить «папа» на английском. Это спонтанная идея переросла в мою первую цель! Потому что растить дитя стало мне в удовольствие и не требовало каких-то планов и задач, я просто научилась отдавать все силы ему, даже когда их нет.

Такая забота со временем перекинулась и на Альтаира. На мои постоянные вопросы о том, кушал ли он, выспался, — если не приходил домой — хорошо ли отдохнул и прочее, он коротко отвечал да или нет. И пусть мой бубнеж и недовольство из-за того, что он гробит себя, его не особо напрягали, я видела, что он старается для нас. Я очень сильно ценила те усилия, что прилагал мой муж, поэтому пыталась и ему помочь. Если он оставался дома, то я могла приготовить ему завтрак или же позволить проваляться с нами весь день, а когда Альтаир был в замке, то иногда навещала его лично, пока сын спал.

В один такой прекрасный день я встретила Нэну, которая спокойно шаталась по крепости как своя, и даже ассасины на нее не реагировали. Так вот, отловив это чудо, которое уже подросло и обнаглело — ведь дома она появлялась только когда хотела есть или выспаться под моим теплым боком, — я решила устроить ей допрос, спрятавшись за углом от охранников.

— Джонни, какого черта? — по-гангстерски наехала я на животное, подняв ее чуть выше своей головы, намереваясь выяснить, где это существо шатается и не желает ли наглая морда извиниться, — ты что тут делаешь? Где мой ко…

Прямо посреди разборок меня перебил сдавленный смешок, и я дернулась в сторону от неожиданности. Как хорошо, что я не потеряла привычки говорить на русском, хотя, судя по интонации, Альтаир понял, что я придуриваюсь… опять. «И как он только находит меня!» — недоумевала я, опуская Нэну на пол. С хитрой кошачьей мордой разберемся чуть позже.

— Кто-то сегодня в хорошем настроении? — улыбнулась я мужу, будто всего этого театра и не было, — может, поделишься?

— Не могу, — загадочно ответили мне, прихватывая за талию, — ты у меня одна и только моя.

— Жадный, — протянула я и проследовала за ассасином в его кабинет.

— Пока ты не начала и дальше упоминать мои качества, расскажи, как прошло твое утро?

— Если ты про то, что Дарим плакал, то все хорошо. Он уснул и, судя по тому, как утром бушевал, еще долго проспит. С ним та женщина, Май… Майса, вроде бы. У этих служанок столько имен, что и я не помню, — горестно выдохнула я, отвлекаясь на секунду, и продолжила, — если что, она и покормить сможет, и посидеть. Сама детей вырастила. Думаешь, я правильно поступаю?

— Воспринимай это как помощь, у нас принято подобное…

— Но я же… Фух, ладно, я будто бросаю сына в чужие руки, — поделилась своими чувствами с мужем.

— Значит оставить ребенка на время беседы тебя смущает, а на время занятий нет?

— Ну… — и я снова не нашла ответа.

— Идем, — мягко добавил Альтаир и пропустил меня в свой кабинет.

Как оказалось, араб позвал меня сегодня, чтобы, несмотря на все причины и недовольства, выполнить свое обещание, правда, собирался сделать это частично. Из-за того, что мне нельзя было еще заниматься чем-либо помимо сидения с малышом или простых прогулок, муж предложил начать с малого, а именно — дополнительные навыки.