Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 143 из 240

Как оказалось, котенок привязался не только ко мне. Это был типичный монотонный день, который пролетел незаметно. Вечером, я как обычно перечеркнула очередную цифру, ознаменовавшую четвертый месяц. И уже готовилась спать. Попутно я расправила кровать и, играя с Нэной, напевала что-то под нос или вовсе болтала с кошкой. Как ни странно этот подарок от мужа принес спокойствие и скрасил мои скучные дни.

Переодевшись, я залезла в постель и, потушив свечу, затащила котенка на руки, чтобы еще немного помучить. Чем быстрее она вымотается, тем быстрее заснет. Тихий скрип двери отвлек меня от игры и заставил напрячься. «Они ушли», — вспомнив служанок, отметила я. На этом моя дедукция и остановилась. Оружия у меня не было, даже простой палки, поэтому я, подтянув ноги, осталась сидеть в кровати. Молча, как статуя. Лицо Альтаира, подсвечиваемое свечой, примерно было такое же окаменевшее. Мы уставились друг на друга, словно два вора у сейфа.

— Не спишь, — наконец выдавил муж и направился к столу.

— Собиралась, — я нашла в себе силы ответить и даже сходить к корзинке, чтобы оставить кошку там.

Сегодня ей не светило вываляться в большой кровати, а мне спокойно уснуть.

— Останусь сегодня с тобой, — устало оправдался Альтаир и немедленно стащил одежду.

Не прошло и минуты, как он был в кровати и уже почти спал. Его скорости стоит позавидовать, так как даже я, суперуставшая, не могла так быстро засыпать. Единственное, что попросил араб, так это погасить огонек как лягу, и уже тихо сопел в обе ноздри. Я сделала так, как он и говорил. Потушила свечу, забралась на край кровати и накрылась. Деревянный потолок внезапно вызвал неподдельный интерес. Я тупо уставилась на него, как на ночное небо. И только шебуршания котенка нарушали тишину. Вскоре раздалось требующее «мяу» и, как оказалось, пищали у кровати. Подавив желание забрать малышку к себе, я повернулась спиной к краю. Увидела лицо Альтаира и отвернулась к потолку. «Бред какой-то», — негодовала я. Сон уже как рукой сняло. Появилось дурацкое ощущение, как будто я у кого-то в гостях, все уже заснули, а я как идиот нет. И не в туалет сходить, не повернуться, потому что стремно. Вот и я лежала, рассуждая о какой-то ерунде, пока писк Нэны не повысился на пару децибелов. Требование взять ее наверх становилось стремительнее, и, побоявшись, что сон Альтаира так и не состоится, я встала и отнесла кошечку на место, намереваясь сидеть с ней, пока та не заснет.

— Приучила я тебя, — шептала я на русском и гладила животное, стараясь успокоить, — кто же знал, что он вернется. Теперь будешь спать здесь. Одну ночь потерпим.

Послышался шорох, но я списала его на Альтаира, посчитав, что тот ворочается во сне. Он хотя бы спал. Я грустно вздохнула и, перестав гладить кошку, пересела поближе к стене. Словно потеряв маму, Нэна обеспокоенно мяукнула, и мне пришлось снова ее почесывать. Я, наверное, так и сидела бы там, и заснула бы, но как обычно судьба любила подкидывать сюрпризы.

Рядом с корзинкой как какой-то волшебник материализовался Альтаир.

— Странное у нее имя, — заявил он и поднял кошку, — ну идем, Нэна.

И с этими словами он вернулся в кровать. Кошка шустро пристроилась к нему, и во мне проснулась какая-то ревность. А потом, логически порассуждая, я так и не поняла к кому: коту или Альтаиру. Забрали-то не меня. Шмыгнув носом, я поднялась и вернулась к тем двоим. «Предатели!» — адресовала я мирно спящим соседям по кровати и тоже улеглась. «И как только он так быстро сходится с животными?!»

***

Меня разбудило какое-то шевеление, словно кто-то очень маленький прыгал на кровати. Как оказалось, Альтаир просто забавлялся с котом, и, судя по тому, что петухи давно отпели, скорее всего, двенадцать дня, муж собирался посвятить этот день определенно не работе. Араб продолжал водить пальцем по кровати, дразня Нэну еще больше и довольно премило, но сдержанно улыбался. Заметив, что я наблюдаю за их игрой, он прекратил возню и обратился ко мне:

— Как ты? — просто спросил араб.

— Немного замерзла, — призналась я.

Это был отличный шанс для Альтаира, чтобы хоть сегодня обнять меня. Возможно, он мечтает об этом уже давно, так как я его не подпускала к себе. И в этот раз муж стал действовать сразу. Он приподнялся в постели и собирался лечь ближе, как я увернулась:

— Возьму еще одеяло.

Я свесила ноги с кровати и открыла тот здоровенный сундук. Где-то была хорошо обделанная меховая шкура животного, которую я намеревалась найти. Она уж точно согреет такого мерзляка как я.

— Вика, почему ты так холодна ко мне? — Альтаир добился своего и обнял меня со спины, — опять дрожишь. Я не сделаю тебе ничего плохого, просто хочу быть рядом.

— Если ты не против, я хочу умыться, — забыв о шерсти и желании поваляться в кровати подольше, произнесла я.

— Конечно, — нехотя и, конечно же, недовольно мужчина отпустил меня, — мы уезжаем сегодня. Будь готова к вечеру.

Он так спокойно это добавил, что никак не соответствовало буре негодования у меня внутри. Я только прижилась тут.

— Все готово к отбытию в Иерусалим. Мы проведем там пару дней, пока я не разберусь с… делами.

Он промедлил в конце, но все же сам сказал то, на что у меня не хватило сил спросить. Будь я не в положении и не с такой неразберихой в голове успела бы позлить его, прежде чем согласиться. В этот раз я просто отмахнулась своим «хорошо» и, подобрав одежду, ушла. Этих пару сухих, но исчерпывающих предложений, мне было достаточно. Как задание — куда идти и что делать.

Но, несмотря на эти простые указания, весь день был сплошной суматохой. Пока я собралась, пока определилась, что делать с котенком, и еще при этом умудряясь постоянно избегать Альтаира, который уже был готов и просто сидел дома, я и не заметила, как солнце потихоньку начало клонить за горизонт. И все же успела к сроку.

Уставшая и вымотанная я сидела на диванчике и гладила Нэну, зная, что увижу ее через несколько дней. За ней присмотрят, уверяла я себя, но расставание не давало мне покоя. Кошечка спала и довольно урчала немного прерывисто и тихо. Она только училась это делать или просто по-другому не умела.

— Нам пора, — голос Альтаира заставил меня вздрогнуть.

Кивнув, даже не смотря в сторону мужа, я передала котенка служанке. Та осторожно взяла ее на руки, будто нечто ценное, и пообещала хорошо ухаживать за ней. Я грустно улыбнулась и поспешила за Альтаиром, который ждал меня у двери. Так мы и покинули дом, а вскоре и Масиаф, в полном молчании.

***

Дорога заняла больше времени, чем я предполагала. Дело было в том, что я ехала в повозке за компанию с остальным багажом. Места было мало, поэтому всю дорогу у меня ныли кости и суставы. Лучше было бы, если б мы оба взяли лошадей. Но, увы, такую возможность Альтаир не рассматривал, да и я вряд ли бы на таком сроке полезла бы в седло. Поэтому к концу тяжелого, пусть и с передышками пути, я была совершенно разбитая. Выспаться мне все равно толком не удалось, поэтому к усталости добавилась подавленность. И это был просто кошмар, мало того, что сил нет, так еще настроение коту под хвост. Такая вот зачуханная я и приехала в Иерусалим. Хуже уже не придумаешь. Хотя было пару раз, когда рана на боку ныла или живот болел. Вот тогда точно хоть помирай.

Прибыли мы вечером, поэтому я за Альтаиром шла и спала по пути. Не зная, куда мы идем, я тупо пялилась себе под ноги, стараясь не споткнуться, и, конечно же, по сторонам не глядела. Хотелось только одного — упасть и не шевелиться. Вскоре этому желанию в принципе удалось осуществиться. Мы пришли к неизвестному мне дому, Альтаир поболтал немного с довольно богато одетым хозяином и после пары брошенных золотых монет нас пропустили. Для нас отвели второй этаж здания. А точнее всего лишь одну комнату с кроватью и столом. Выглядело это столь убого и печально, что у меня опять заныла поясница от долгого сидения в повозке.