Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 140 из 240

— Вот значит как. Ну что дальше, забрал мою свободу, что еще отберешь?

— Снимай их.

— Нет.

Я так и стояла, как провинившийся ребенок с опущенной головой. Мне было обидно и неприятно даже говорить с человеком напротив. «Он не повторяет ошибок. Боже, да его заносит больше чем обычно!» Альтаир проговорил свой приказ снова, но так и не получив ответной реакции начал действовать самостоятельно. Он в три шага дошел до меня, постоял с пару секунд, надеясь, что я образумлюсь, но, увы, мне было плевать.

— Не заставляй меня это делать, — упреждающе посоветовал араб.

— Делай что хочешь, — сорвалось с моих губ, прежде чем я поняла, что сказала это вслух.

Альтаир взял меня за руку и, расслабив ремни, стащил скрытый клинок. Я даже не сопротивлялась. Просто стояла перед ним и сверлила взглядом пол. Мне было настолько паршиво, что даже смотреть в глаза мужу не хотелось. «Надоело сражаться с ним, пытаться образумить. Упрямый баран!» Я продолжала давить в себе злость, так как знала, что ни к чему хорошему это не приведет. Да и ребенок, который теперь был во мне, сдерживал боевой дух. Его безопасность волновала меня больше, чем эти «арабские дрязги».

Ла-Ахад довольно быстро справился с оружием. Два клинка и сабля теперь спокойно лежали на столе посреди желтоватых свитков и книг. Казалось, тот бардак на столе мастера только притягивает еще больше предметов. «Весь в делах!» — грустно отметила я и как обычно прослушала очередные приказы мужа.

— Никакого оружия и тренировок, тебе ясно? — переспросил араб с типичной для него интонацией — то, что я говорю, не обсуждается!

Я промолчала.

— Вика, ответь на поставленный вопрос, — потребовал араб, несильно удерживая меня за подбородок, заставляя таким способом смотреть ему в глаза.

— Да, — тихо произнесла я и отвела взгляд.

Альтаир удовлетворенно кивнул головой и сказал следовать за ним.

Плетясь по коридорам замка, я и подумать не могла, что он такой серый и унылый. Каменные стены словно были моей камерой, а ассасины на посту надзирателями. Как-то расстроено я смотрела по сторонам, чувствуя, что это последние часы в этом месте. Внезапно, все вокруг выцвело, теряя жизнь. И даже огонь в факелах слабо светил, готовый тут же потухнуть от легкого дуновения. Казалось, и я затухаю с ним.

Каждый шаг эхом разносился в пространстве. Только сейчас я заметила жуткую тишину. Никогда в этой крепости не будет шумно, дисциплина превыше всего. И от всего этого мне стало еще больнее. Приходилось душить слезы от обиды, пока мы шли, хотя пол понемногу начинал расплываться. «Черта с два он увидит как я плачу!» — решила я, и вытерла лицо рукавом. Но, ни надежды, ни сил мне это не предало, и я тупо шла за мужем, будто на казнь. Для меня все теперь казалось безнадежным.

Мы пришли в его комнату, нашу комнату, или все же его. Я прожила тут не так уж много, да и араб здесь редко появлялся. Приготовленная одежда уже лежала на кровати. Видимо, ради этого меня и привели.

— Переодевайся.

— Может, хотя бы выйдешь? — уязвлено огрызнулась я.

— Неужели мое присутствие стесняет тебя, — довольно весело подметил Альтаир, правда, меня это только больше завело.

— Выйди, иначе я и пальцем не пошевелю, — фыркнула я в ответ и уселась на кровать.

Только я собиралась перевести дух, как ассасин предстал передо мной. Я собиралась добавить, что при нем, не собираюсь переодеваться, как и обещала, но не успела и слова вставить как была поставлена на ноги.

— Что ты делаешь? — возмутилась я, глядя на недовольного Альтаира.

— Это одежда не предназначена для вынашивания ребенка.

— Эй! — я попыталась вырваться, но араб крепко держал мой локоть.

По мере моего бунта, злился и Ла-Ахад, и после очередного выкрика, потерял терпение. Уже более грубо он отцепил мой пояс и откинул на кровать. Мои просьбы перестать он не слушал и продолжил снимать одежду. В какой-то миг я просто напросто испугалась и, отбившись от мужа, отскочила к стене.

— Убери руки! — хотела крикнуть я, но услышала лишь шепот.

И именно в этот неподходящий момент меня вдруг переклинило. Видя эмоции араба и то, как он повернулся в мою сторону, навел на меня ужас, и я в панике отступила. Теперь за спиной была лишь холодная стена, а передо мной Альтаир. Невольно опустив взгляд ниже и заметив сжатые кулаки, я еще больше ужаснулась. Это была чистая паника, да такая, что даже при первом убийстве мне не было так страшно. Ноги подкосились сами собой, и я опустилась на ковер. Араб попытался что-то сделать, но как только он начал идти ко мне я закрыла голову руками. Не осознавая, что со мной творится, я судорожно хватала воздух и пыталась унять дрожь.

— Вика? — удивленно произнес Альтаир, осторожно касаясь моих рук, — я не ударю тебя.

— Уйди, — подавляя слезы, попросила я.

— Переоденься. Поговорим позже, — добавил араб и выполнил мою просьбу.

Только спустя пару минут как захлопнулась дверь, я смогла встать лишь для того, чтобы перебраться на кровать. Страх от того, как вел себя Альтаир, был неописуем и до сих пор заставлял мое тело трястись, словно мне было холодно. Но, понемногу, мне все же удалось совладать с эмоциями, и я успокоилась. Подтянув к себе одежду, я переоделась уже в более свободное платье, которое подвязала мягким поясом и, надев темную накидку с капюшоном, осмотрела себя. Теперь я была похожа на богато одетую арабку, ну, по крайней мере, достаточно обеспеченную. Стащив сапоги, я полностью забралась на кровать и прилегла, чтобы немного отдохнуть. Так и заснула, словно вымотанная тяжелой работой.

***

Проснулась я поздно ночью, и если бы не еле заметный отблеск свечи на столе, так бы и не поднялась. Я потерла глаза спросонья и откинула одеяло, которое согрело меня настолько, что я вспотела. И не удивительно, ведь вся одежда до сих пор была на мне.

— Ты проспала весь день, — прошелестели слова мужа в темноте.

Альтаир закончил читать и обернулся, услышав, что я не спала. Он быстро переложил вещи на столе, подхватил свечу и направился ко мне. Я устроилась поудобнее на кровати так, чтобы и Ла-Ахад смог присесть рядом, как в принципе он и поступил. Уставившись на свои пальцы, я старалась успокоиться, чувствуя какое-то беспокойство, когда араб находился так близко. Долгих разговоров в этот раз не было, правда, и те жалкие пару минут я еле вытерпела. Пока ассасин снова пытался объяснить, что и зачем он делает, я нервно прощупывала суставы на пальцах, будто ожидая найти там что-то. Мою напряженность Альтаир стерпел и даже пытался успокоить, но как только он касался меня, я непроизвольно вздрагивала и сжимала кулаки. Какой-то страх по отношению к нему закрался у меня внутри, и как человек с сильным самовнушением я позволила этому непристойному и ужасному чувству расти. «Как я могу бояться его?!» — все еще недоумевала я, теребя ткань платья и совершенно не слушая мужа. И пока Альтаир распинался и, видя мои неуверенные кивки, продолжал гнуть свое, я чуть не волком взвыла. Мне настолько хотелось разобраться в своих проблемах, насколько и остаться одной. Это был полный крах моей личности. Кто же знал, что беременность так подкосит не столь физическое, как психическое состояние. А выражение — «все проблемы от нервов» тут же проявило себя во всей красе. Боль внизу живота так ярко вспыхнула, что я и звука не смогла произнести. Скорее всего, это было просто неожиданно, чем невыносимо, ведь месячных не было уже давно, и привычно ноющего состояния я не ощущала.

— Вика? — Альтаир подскочил на кровати и чуть не перевернул свечу.