Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 127 из 240

- Нет, - после небольшой паузы выдавила я, еле сдерживаясь, чтобы не заплакать от боли.

- Что произошло? - последовал незамедлительный вопрос.

- Я поругалась с Маликом. Затем убежала. Вот и все, - сбивчиво, но я смогла донести основную суть до араба.

- А причина?

- Ее нет, - солгала я.

- Не убедительно, - рыкнул Альтаир, приподнимая захват еще выше, - говори правду.

- Ты так и будешь допрашивать меня как предателя! - не выдержала я и закричала. - Отпусти меня сейчас же, если не хочешь потерять мое уважение к тебе!

- Уважение! - не менее громко повторил Ла-Ахад. - Я не твоя подруга! Я твой муж, не забывай этого!

- Это ты не забывай, что я еще могу передумать! - взбесилась я, не ожидая такого поведения ассасина. - Да и кто так с женой обращается! Прекрати этот допрос, я никуда не сбегу!

В этот раз мои слова подействовали на Альтаира, и он отпустил меня. Затекшая рука заныла еще сильнее. Мне с трудом удалось нормально повернуть ее. Про костяшки и говорить нечего: кровь продолжала струиться и капать на пол. Хмыкнув носом и смахнув слезы, я обернулась к арабу.

- Доволен?! - приподняв кровавую ладонь, спросила я.

В темноте, конечно, было плохо видно, но то, что я даже пальцы согнуть не могла, и руку трясло, Альтаир заметил. Без дальнейших расспросов он вывел меня на свет к факелу, желая разглядеть рану. От вида синяка мне стало как-то не по себе. Мало того, что кожа местами была содрана до мяса, так еще и опухла, приобретая фиолетовый цвет вперемешку с красным. «Нехило я приложилась!»

- Только не говори мне, что ты подралась с Маликом, - ворочая мою кисть, произнес Альтаир.

- Думаю, одним синяком не отделалась бы. Дело не в нем. Это я стену ударила… от злости, - пришлось признаться мне.

Араб нечаянно зацепил рану, и я быстро выдернула свою руку. Это произошло совершенно случайно, но пару минут назад Альтаир был совсем другим, и теперь мне не очень-то и хотелось, чтобы он прикасался ко мне.

- Вика, прости. Я не знал, - быстро проговорил Ла-Ахад.

- Не знал! А то, что мне больно было, не видел! - наехала я на араба. - Не знал он! А глаза тебе зачем?

- Там темно.

- Ой, не оправдывайся! - я шагнула вперед. - Мог хотя бы получше меня встретить, а не заламывать руки!

- Получше! - тут уже и Альтаир возмутился, - я весь вечер искал тебя по городу, не зная, где ты и что произошло. Думаешь, мне сказал кто-нибудь хоть слово?! Никто и понятия не имел, куда ты делась. И как считаешь, я должен был прийти и обнять тебя, воспринимая такие вот побеги нормальным отношением ко мне?!

- Нормальным! - привычка повторять фразы, наверное, у нас в крови. - А ты сам на себя посмотри. Вечно торчишь в своем кабинете! Я тебе вообще не нужна, пока что-нибудь не случится. А сегодня что вообще было! Я вернулась, а мой, возможно будущий, - специально выделяя эту фразу, тараторила я, - муж в порыве гнева не разглядел синяк на всю руку. И даже не поверил в то, что мне больно было! Что за ерунда, а, Альтаир?!

- Я… - не успел начать араб, как в двух метрах от нас распахнулась дверь.

- Да заткнитесь вы оба! - заорал мужчина, выскочивший из комнаты в одном халате. - Успокой ее или проваливайте отсюда! Все спят, между прочим!

И также громко, как и появился, мужик исчез, хлопнув на весь коридор дверью. Мы оба притихли. Я, потому что на меня наорали, а Альтаир, думаю, от неожиданной наглости того старичка.

- Это все ты виноват, - уже шепотом зашипела я, тыкая пальцем в грудь ассасина.

- Значит я?! - тихо шикнул араб в ответ. - Это у тебя привычка…

Альтаир почему-то замолчал так внезапно, что я даже отступила от него. Ассасин окинул меня хмурым взглядом с ног до головы и, как-то хитро улыбаясь, снова заговорил:

- Что это на тебе?

- Заметил. И года не прошло, - съязвила я, - форма грязная. Больше ничего не нашлось.

- Тебе идет, - с запинкой добавил Ла-Ахад.

- Ага, - безразлично ответила и отвернулась, заметив, что ассасин потянулся ко мне, - я спать.

Конфликт был исчерпан.

Нагло и беспечно я направилась в свою комнату. Араб, естественно, проследовал за мной, но шел не рядом, а позади меня. Не думаю, что в темноте он что-либо разглядел, но я все же ускорила шаг, а как только оказалась у своей комнаты, быстро юркнула внутрь. Подсев к табуретке, на которой стояла свеча, я принялась осторожно протирать рану. И не обращая внимания на араба, медленно смывала кровь. Кулак жутко щипало, да и болел он сильно, особенно после произошедшего у ванны. Я настолько увлеклась своей проблемой, что не заметила, как Альтаир разделся, оставив только штаны и сел рядом. Только когда он потянулся к коробочке с мазью, я подняла на него взгляд.

- Ну, и что значит? - разглядывая в меру накаченное тело, вопрошала я, - если это такой тонкий намек, то сразу скажу - нет!

Альтаир лишь хитро улыбнулся и предложил помощь с раной. Недолго думая я согласилась, посчитав, что таким образом араб ничего не вытворит.

- Почему ты не рассказал мне о Малике? - спросила я.

- Это не твое дело, - не отрываясь от работы, пояснил Ла-Ахад. - Сядь ближе.

Не задумываясь, я пододвинулась к ассасину. Он бросил на меня короткий взгляд и продолжил намазывать прохладную мазь на костяшки. Постепенно боль уходила, а кожу приятно охлаждало лекарство. Я заворожено следила за движениями мужчины, который иногда косо поглядывал на меня и отчего-то постоянно улыбался. Понятное дело меня это немного насторожило, поэтому я проследила за взглядом араба, прикинула угол обзора и меня осенило. Альтаир неспроста попросил пододвинуться, этот хитрец все продумал.

- Извращенец! - на русском крикнула я и закрыла свободной рукой глаза араба, чтобы тот перестал пялиться на мою грудь.

- Не знаю, что ты там сказала, но уже слишком поздно.

И мужчина, хищно улыбаясь, накинулся на меня, повалив назад.

- Рука! Моя рука! Еще же не все! - осторожно удерживая раненую конечность в воздухе, возмущалась я.

- Ничего с ней не будет.

- Ну уж нет! Так не пойдет!

И стараясь не обращать внимания на все эти «жаркие поцелуи», с которых почти всегда начинал ассасин, я попыталась встать, но араб не дал мне этого сделать. Он нагло и по-хозяйски придавил меня своим весом и при этом успел ляпнуть что-то на своем языке мне на ухо, перед тем как продолжить.

- Альтаир, стой! - упираясь здоровой рукой в плечо мужчины, бунтовала я.

Ассасина мало волновало мое сопротивление, я лишь услышала, как он хмыкнул и, немного приподнявшись, потянулся руками к моим шароварам.

- Нет! - рыкнула я на всю комнату и перехватила запястье мужчины. - Я не хочу, - выделяя каждое слово, стояла я на своем. - Ты думаешь, что только твое желание учитывается? Или может я забыла, как ты встретил меня?!

Араб нахмурился и замер, следя за мной. Он ничего не ответил, но и дальше действовать не стал. Я тоже не дернулась, ожидая, что с меня слезут и оставят в покое. Но, видимо, ассасин решил попытать счастья еще раз. Мужчина медленно наклонился ко мне и, не сводя с меня глаз, поцеловал. Только вот ответа не последовало, я нагло уставилась на него не желая давать послаблений. И ассасин сдался. Араб впервые подавил свое желание и отступил. Он был зол, очень сильно зол. Я это увидела в его чуть ли не пылающих от гнева глазах. Но фыркнув что-то напоследок, Ла-Ахад встал и направился к своей форме. Проследив за этим то ли озлобленным, то ли надутым мужчиной, я спокойно выдохнула и начала бинтовать руку. И пока я занималась своей проблемой, Альтаир все еще с недовольным видом аккуратно копошился со скрытым клинком. Я лишь раз глянула в его сторону, замечая, как сосредоточенно он проверял механизм и иногда что-то подправлял внутри клинка.