Страница 116 из 149
- Это я с радостью, дядь Уркан! – добродушно хлопнул в ладоши Филюг и, поспешно сгрузив мешок на пол, глуповато улыбнувшись мне во все имеющееся количество зубов, торопливо направился на выход. Его, похоже, как и всех, не сильно-то и волновала кончина чьего-то свата. А вот мне этого незнакомого дяденьку стало жаль – вспомнить только, сколько у нас народу потравилось, когда Петр Первый впервые картошку привез…
- Как вернулись? – внезапно переспросила Оттика, отнимая суховатую руку ото рта. - Уже?
- Как в парные проводил? – резко побледнела Маруна, переводя на нее полный тревоги взгляд. - Айя!?
- Да тут я, бабусь, - повелительница воды появилась между тетками, словно из ниоткуда и, улыбнувшись почему-то мне, сдула прядку голубых волос с порядком вспотевшего лба. - Успела-таки!
- Айка, егоза, - как-то спокойно усмехнулась повелительница вин и, затушив трубку, отправилась вглубь кухни, откуда немедленно послышались короткие, скупые, но четкие и уверенные приказы. Всего пара минут – и работа закипела, а кухня стала напоминать небольшой муравейник в разгар трудового дня.
А вот Маруна ничего не сказала. Прищурившись, поджимая губы, она смерила приемную дочь тяжелым взглядом и сердито, но молча шлепнув ей любимым полотенцем по пятой точке, отправилась следом за своей товаркой. Порядки наводить.
- Уф-ф-ф, пронесло-о-о-о, - с облегчением протянула Айя и совершенно по-свойски уткнулась лбом в мое плечо. - Думала, уж убежать не успею! Пойдем чаю попьем, а? Нас все равно в зал не пустят, блюда слуги отнесут, а больше здесь пока делать нечего. Филюг с дядей Урканом дичь всю не перетаскают, во дворе разложат, тогда уж и ощипывать пойдем…
- Лады, - покорно согласилась, давая девчушки утянуть меня за самый дальний стол, попутно цепляя мешок с картошкой и волоча его по полу. - Только погоди, я вот это прихвачу…
- Грентовы яблочки? – лератка пнула босой ножкой выпавший из дырки в куле плод, смешно наморщив носик. - Гадость же!
- Вот не надо! – почти всерьез обиделась я, запихнув-таки мешок под стол и, оттряхнув руки, плюхнулась на колченогий табурет. - Между прочим, не знаешь, от чего отказываешься! Жареная на сале картошечка, да с лучком, да с солеными огурчиками…
Желудок предательски заурчал.
Подавив тяжелый вздох, покрутила между ладонями поставленную Айей передо мной чашку с… да не с чаем даже, а так, с отваром каким-то. Ароматным, теплым, бледным, а самое главное – совсем не сытным. Не ела я с самого утра, и живот сейчас конкретно сводило от голода. Однако, судя по тому, как кухонные работники торопливо подавали прибежавшим слугам блюда с овощами, зеленью, свежим хлебом и прочими нехитрыми блюдами, лично мне перекусить в ближайшее время явно не грозило.
- А приготовить сможешь? – торопливо оглядевшись по сторонам, наклонилась ко мне девчушка. - Пока никто не видит?
- Да запросто! – сказать, что я обрадовалась, значит не сказать ничего.
Еще бы! Мало того, что впереди замаячил шанс покушать, так еще и жареной картошечки! Да я за такую возможность готова до ночи здесь впахивать на благо голодных желудков вернувшихся с охоты лератов!
Надо признать, что из всех кухонных работников, «экзотическим» блюдом, заинтересовалась одна Айя. Она же раздобыла мне маленький ножик, разделочную доску и тазик с водой. И, должна признать, это далось ей не просто! Ведь не прошло и пятнадцати минут, как суета вокруг пошла на спад, отданы были последние блюда, снято с очага и унесено приготовленное мясо, исчезли слуги, а с ними и Оттика. Все, казалось бы, вздохнули с облегчением… А потом переглянулись и снова принялись за дело: чистили овощи, месили тесто, разделывали только что принесенные оленьи туши, кабаньи целиком сажали на вертела, а кто-то из кухарок (не помню точно их имена) принялись сноровисто ощипывать диких уток, расположившись прямо на улице…
- Если такой кипишь происходит каждый раз, то я искренне вам сочувствую, - заметила я, увлеченно занимаясь чисткой картошки. - Вы, наверное, только к утру спать ляжете, не?
- Нам это привычно, - улыбнулась повелительница воды, которой, не смотря на все ее усилия, сачковать не дали, а вручили пару «маленьких» кабачков родом из Чернобыля, с приказом привести их в надлежащий для дальнейшей готовки вид. - Конечно, когда господа одни пируют, работы враз меньше становится.
- А в чем разница? – полюбопытствовала, принимаясь азартно кромсать крахмалистые клубни, чувствуя, как желудок начинает медленно поедать сам себя. И это было отнюдь не преувеличением! Желудочный сок – он такой, он все может переварить… А пищеварительная система студента, пускай и бывшего, как известно, с голодухи переварит даже гвозди!
- Так весь высший свет на охоту ездит, развлечение такое, - как-то по-птичьи наклонила голову повелительница воды, на миг прервав свою работу. - Со всего Росꞌшата знать собирается, даже дамы придворные туда едут. Ты не знала?
- Слышала, - буркнула, чувствуя себя полнейшей недотепой, прямо как честный депутат на первом собрании государственной Думы. - Но не думала, что все это настолько… масштабно.
Айя только плечами пожала и дальше мы трудились уже в тишине, машинально прислушиваясь к привычному, громкому ворчанию истинной хозяйки кухни – Маруны. Чуть позже, когда я принялась за обжарку лука, она к нам присоединилась, зорко следя за каждым моим движением у огромной чугунной сковородки. А когда туда же была высыпана картошка, мне показалось, что вожделенную кормежку у меня все-таки отберут, а сковородкой этой так вообще по хребту огреют… Но нет. Красноволосая кухарка каким-то образом сдержалась, а когда по кухне поплыл знакомый мне с детства аромат так вообще, подобрела прямо на глазах. Да что там: едва почуяв запах такой вкуснотищи, к плите сбежались все, кто мог, напрочь забросив свои дела!