Страница 114 из 149
- Да как бы просто силой взял, пол беды еще, - мрачно добавила за нее успокоившаяся Маруна. - А как рабыней сделает? Господин ведь как, всем подряд лордам своим отказывать без причины долго не сможет, слухи и сплетни однажды невесть какие пойдут. Небольшой выбор будет: либо в рабство кому отдать, либо самому ее взять! А не для того я девку растила, все силы на нее положила, да душу свою вложила, ночей не спала, чтобы хрен какой в штанах из нее постоянную постельную грелку сделал! Ты уж прости меня, Карина, дуру старую, обидеть тебя не хочу. Но от правды, сама понимаешь, далеко не убежать!
- Да правда ваша, Маруна, - вздохнула, опуская глаза. Как ни крути, кухарка была права на все имеющееся количество процентов. Быть рабыней значит быть постельной игрушкой – как с этим поспорить? И, как бы я ни отпиралась, как бы ни сопротивлялась, желала я этого или нет, но той самой игрушкой я в итоге и стала…
Машинально коснувшись пальцами колокольчиков на шее, невольно устремила взгляд в окно, туда, где под теплым ветерком трепыхала листвой березовая роща.
Жаль, что со мной Аделион не был столь благороден, как с Айей.
Нет, о том, что между нами произошло, я ни капли не жалела – сама хороша. В какой-то мере подобный исход был вполне логичен и закономерен, более того, я сама отчасти являлось инициатором нового «уровня» наших так называемых отношений. И сейчас заламывать руки, рыдая в голос на тему «как он мог со мной так поступить?!» было бы, по меньшей мере, глупо. Я не такая, я жду трамвая, ага…
Нет. Но царапало меня в этом моменте другое. Сделать рабыней повелительницу воды Аделион и другому не позволил, и сам ее не тронул. А меня же охотно принял как подарок.
С другой стороны, у кого поднимется рука отказаться от такого дара, как маранта? Верх глупости. К тому же я четко понимала, что без Аделиона в Амил Ратане мне не выжить, а оказавшись за его пределами, далеко не уйти. И в какой-то степени даже благодарила судьбу за то, что попала в руки именно к этому лерату…
Но неприятный осадок все равно оставался где-то глубоко внутри.