Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 205 из 320

- Вот как. И... много?

- Смотря с чем сравнивать. Но я не считал.

Полнейшая непоколебимость, с которой он говорил на эту тему, шокировала меня. В то время как я старалась не выдать голосом накатившего отчаяния и прятала руки, чтобы Марк не увидел, как они дрожат, он был совершенно спокоен, будто мы обсуждали что-то незначительное, проходное, какой-нибудь банальный факт из жизни. Голос разума, проснувшийся было на несколько минут, взволнованно зашептал, что лучше бы прекратить эти глупые расспросы, не ворошить прошлое, но необъяснимо болезненное любопытство взяло верх:

- И что же, ты... Ты любил кого-то?

- Что за глупости ты говоришь, Алеша? - в голосе Марка, наконец, проскользнуло раздражение - кажется, мне удалось задеть его. - Причем здесь любовь? Тебе трудно это понять, да я бы и не хотел, чтобы ты понимала. Но если вопрос задан - я отвечу. Да, я пытался научиться жить без тебя. И да - у меня это почти получилось. Я просыпался каждое утро, шел на учебу, даже общался с людьми, но был при этом... выключен. Этот автоматизм, с которым я проживал неделю за неделей, месяц, год - он начал изводить меня. С тобой я горел, и мир вокруг был цветным и ярким. Каждый наш день отличался от предыдущего, и вдруг - сплошная монотонность и однообразие. А еще - скука. Она просто медленно точит изнутри, разъедает тебя. Это хуже, чем болезнь.

- И поэтому ты решил немного подлечиться! - зло подытожила я.

- Да, и я не собираюсь отпираться или оправдываться. Это оказалось так просто - включаться хотя бы ненадолго, как-то разбавлять эту тошнотворную серость. Я был бы полным идиотом, если бы не воспользовался таким доступным способом.

- Просто? Подпустить к себе постороннего человека, дотрагиваться до него, раскрываться перед ним - это просто?! - я была потрясена ходом его мыслей.

- Алеша. Я никого к себе не подпускал. Ни перед кем не открывался, - терпеливо повторил Марк. - Это для тебя все эти чувства всегда на первом месте, и... я действительно этому рад.

- Да иди ты к черту со своей радостью! - не смогла сдержаться я, понимая, что еще немного и разревусь. Почему-то стало так горько и обидно за себя, за все воспоминания и сны о нашей прошлой жизни, в то время как Марк без меня абсолютно не скучал и даже нашел чудодейственный рецепт от тоски.

- Но я другой. Я - не ты, - не принимая всерьез эту вспышку злости, продолжил он, пытаясь раз и навсегда расставить все точки в этом нелегком разговоре. - Я живу здесь, на земле. И способы подзарядки мне тоже нужны земные, ощутимые. Честно, я даже не помню, как все началось. Могу сказать только, что было легко. Я просто выбирал девушку и говорил: "Пойдем со мной" - и она шла. Они все шли! На утро я говорил: "Тебе пора" - и они уходили.





- Все? - ошалело спросила я, пытаясь уложить в свое мировоззрение эту дикую картину.

- Когда я жил в общежитии - все. Некоторые потом возвращались. Я не был против, они мне не мешали.

- В общежитии? - мои глаза еще больше округлились. - Марк, а как же... Как же твои соседи? Ведь я точно помню - ты жил не один!

По выражению его лица я поняла, что он пытается найти самые безобидные слова для ответа, который меня все равно не порадует.

- Ладно, не надо... - прошептала я. - Не надо, не надо отвечать!

- Да нет, не все так страшно, - попробовал ободрить меня он. - Иногда соседи уходили. Иногда уходил я. Не суть важно. Потом, на четвертом курсе я снял квартиру, мне до чертиков надоел общак и студенческая романтика. После этого, как я понял, моя ценность сразу возросла, и появились девушки, желающие построить со мной… - он скептически хмыкнул, - отношения. Я честно не собирался этого делать, о чем всегда предупреждал. А они словно не слышали меня и все равно хотели остаться. Поначалу я закрывал на это глаза. В чем-то мне даже было удобно: когда источник подзарядки рядом, он всегда доступен, им можно пользоваться чаще. А еще я хотел выяснить - зачем? Зачем им такая странная жизнь? Ведь я практически не обращал на них внимания, даже разговаривал редко. А они все старались. Они готовили ужин к моему возвращению, выращивали цветы в горшках и совали в карман какие-то сентиментальные записки, которые я находил в самый неподходящий момент. А потом вдруг говорили - завтра приедет моя мама, она хочет посмотреть, с кем и как я живу. Тогда я просто давал час на сборы и деньги на такси, к маме. Чтобы исключить момент неопределенности насчет того, кто с кем живет.

Я потрясенно молчала, не пытаясь больше его перебивать – такая откровенная циничность просто-напросто завораживала меня.

- Но что действительно осталось за гранью моего понимания - так это привычка торговаться. Почему-то им всем непременно хотелось узнать цену моей несуществующей привязанности. Одни упорно мерили ее букетами: "Почему ты не даришь мне цветы? Неужели ты меня совсем не любишь?" Да, я не любил и не понимал, какое отношение к тому, что между нами происходит, имеют цветы. Другие начинали требовать доказательства своей значимости в виде украшений и подарков. «Неужели тебе жаль для меня такой мелочи?» - говорили они. Мне не было жаль, я просто не хотел этого делать. Третьи начинали вслух мечтать о каком-то общем доме, машине и семейных пикниках, навязчиво упоминая об этом в каждом разговоре. Чаще всего их мечты исполнялись старым, проверенным способом - час на сборы и деньги на такси. Но переживали мои отказы они всегда очень плохо.

Я долго думал, в чем причина такого странного поведения? И потом понял свою ошибку. Я считал, раз между нами нет любви, значит, не может быть никаких общих планов, никаких иллюзий. Ведь все же и так предельно ясно, без слов. Но, оказывается, для построения этих самых отношений отсутствие чувств с моей стороны не имело значения. Главное, был я – объект, над которым полагалось работать. Это придавало их жизни то ли смысл, то ли азарт, я не стал разбираться. Я просто поумнел. И впредь старался не заводить эти встречи так далеко. Вечер знакомства, ночь, утро - и прощание. Я не получал лишних проблем, женщины не успевали меня возненавидеть. Все оставались довольны. Никакого личного вовлечения, чистый выброс энергии, просто борьба против стресса или усталости.