Страница 35 из 53
- Твоя Мира, - поправила Татьяна строго. - Тебя сбивает с толку крылатая тень. Это отражение. Она никуда не улетает. Дар всегда внутри тебя. Он и сейчас там.
Я протестующе выставила ладони вперед.
- Пусть так. Ничего путного всё равно не выйдет. Наше время тоже упущено.
- Не обязательно. В твоем теле Мира спала годами, не тратя вашу энергию впустую. У вас остается шанс... э-э-э... притереться друг к другу. Не стать, единым целым, как это столетиями происходило с женщинами моего рода, но найти общий язык.
- Как?
- На это, кроме тебя, никто не ответит. Ты первопроходец.
Татьяна не насмехалась, но её забавляла моя ситуация. Я стала для нее любопытным объектом для исследования. На пару с даром Мирой.
- Задавай вопросы, Яна. Любые. Отвечу на все, на которые успею.
Я мастерски спрятала смешок. Пробило всех откровенничать! Чародей пообещал раскрыть все карты, Татьяна предлагает задушевную беседу. А я? Готова ли? Да, шанс преотличный. Последняя полноценная хозяйка дара знает все подводные камни и течения. Но что-то внутри меня упиралось непрошеной преемственности.
- Ладно, - смирилась я. Получить некоторые ответы стоило. - Откуда взялась Настя? В смысле, почему Алевтина...
- Она не знала о девочке, - перебила Татьяна. - Звучит странно, понимаю. Но Аля была пациенткой клиники для душевнобольных. Её накачивали лекарствами до беспамятства. Имени своего сказать не могла. Вся жизнь превратилась в один сплошной кошмар.
- А отец девочки?
- Один из санитаров. Злоупотребивший служебным положением, если так можно сказать. Ему всё сошло с рук. Начальство не хотело выносить сор из избы.
- Мерзость! - я яростно сжала кулаки, испытав жалость к противнице, обещавшей меня уничтожить. Не бывает добра и зла в чистом виде. У них множество оттенков.
- Не переживай. Негодяй получил своё. Грехи нагоняют всех, как бы быстро люди ни бежали.
Молодое лицо Татьяны, казалось, не знало печалей, но в глазах, превратившихся из ясных серых в пыльные, застыли пласты горя. И за себя, и за два следующих поколения.
- Настя словно и не появлялась на свет. Тайное удочерение через знакомых. Они были хорошими людьми - приемные родители. Поляковы их фамилия. Мать - простушка, склонная к неврастении, но девочку обожала. Отец пылинки сдувал... Знаешь, у судьбы странное чувство юмора. Они могли остаться на Дальнем востоке. Но отца перевели на новую должность, пришлось уехать - через всю страну в другой город. Наш родной город. Настя годами жила под боком у чародея. Но он не чувствовал её. Не мог.
О, да! Я знала, как судьба любит насмехаться, преподносит желаемое в извращенном виде. Получаешь на блюдечке с голубой каемочкой, и не знаешь, плакать или смеяться.
- Значит, Аля так и не узнала о дочери?
- Теперь она знает. Но Настя недосягаема для нее. Аля перешла грань, ей нет места среди таких, как мы. Это сильнее подпитывает её ярость.
Я предпочла не уточнять, где именно «находится» сейчас Настя, и как Татьяна покинула её для встречи со мной. Мозг отчаянно дистанцировался от этой информации. Важнее спросить о насущном.
- Наш дар. Мира. В чем его... её сила?
- Мира дает массу возможностей, - лицо Татьяны озарила улыбка при воспоминании о былых «подвигах». - Она позволяет видеть, внушать, искать потерянное. Но главное, ей дано разглядеть суть равновесия. Мира знает, когда нужно вмешаться, а когда следует отойди и ничего не предпринимать. На такое видение не способен даже чародей.
О чем-то подобном мы говорили с Алексеем Даниловичем зимой. Помню, я пошутила: спасешь беременную женщину, а ее сын вырастет маньяком-убийцей. Может, это Мира подсказала мне позволить привидению разобраться с Петром Гавриловым. Отличная версия для успокоения совести. Но правдивая ли...
- Если твоей задачей было поддерживать равновесие, зачем Литвинову понадобилось избавляться от вас с Алей? Равновесие – значит, каждый остается при своих.
Татьяна рассмеялась.
- Ты рассуждаешь, как истинный светлый маг. Но зло любит склонять чашу весов в свою пользу, отбирая фигуры у судьбы. Темным не нравится, когда мы вмешиваемся и расставляем все по местам.
Мысли в голове превращались в кашу, но это пустяк. Потом все непременно устаканится и разложится по полочкам. Это как с журналистским материалом. Ты собираешь множество разрозненных фактов и создаешь единую статью. Главное, не тушеваться, а брать, пока дают.
- А Лида? Какой смысл в её убийстве?
Брови Татьяны поползли вверх. Одна чуть выше другой.
- Ты знаешь о Лиде Арсеньевой?
Настал мой черед открывать рот.
- Арсеньевой?! Погоди! Лида - родственница Аглаи?!
- Не кровная. Старший брат Лиды - муж Аглаи.
Я потерла горячие виски. Ну и дела! Теперь понятно, о какой «дурочке», влюбившейся в чародея, говорила рыжая псина! О погибшей золовке! Счастливой сопернице. Аглая сама потеряла голову от Алексея Даниловича, но победила Лида. На собственное несчастье.
- Я не знала, что Лида из Арсеньевых, - ответила я на вопрос в глазах Татьяны. - Дочь Аглаи - Ариадна - близкая подруга моей бабки, та ещё перечница. Очередная премилая шутка судьбы.
- О, да. Эта дама обожает переплетать нити жизней, - понимающе закивала Татьяна. - Что ты знаешь о Лиде?
- Её убил Литвинов. В ночь твоей смерти чародей отправился мстить.
Татьяна продолжила не сразу. Молчала минуту-другую, постукивая по столу пальцами.
- Алексей и Вольдемар так давно враждуют, что вряд ли сами помнят, с чего всё началось. Ведут войну, лишая друг друга козырей. Я не знаю подробностей. Моя мать говорила, Лида попала под руку. Стала ответным ударом за предыдущий ход. Вольдемар не убивал девочку. В обычном смысле. Бедняжка до сих пор здесь. До недавнего разговора с тобой, Алексей не подозревал об этом. Считал, кукла давно уничтожена.