Страница 18 из 33
- Я не люблю такого. Все эти задушевные разговоры о любимом цвете или первом дне в детском саду. Не люблю, когда во мне копаются, как в какой-то коробке со старыми вещами. Вот это нам пригодится, а ту штуку лучше бросить обратно. Еще хуже праздное любопытство. У меня была знакомая, которая, как ты, все спрашивала и спрашивала. Вечное «что?», «где?», «почему?», но за три года общения даже не запомнила мою дату рождения. Так что я вовсе не шпион.
- Знаешь, я вполне могу тебя понять, - смягчилась мелкая. – Людям свойственно цепляться за детали. Ах, она не читала Коэльо! Вы представляете, она выступает за аборты?! При этом им совершенно неважно, какие за этим стоят причины. Они видят отдельные слова, отдельные фразы, разбивают личность другого на детали, на какие-то составляющие. А целая картина при этом теряется…
- А что, ты, правда, выступаешь за аборты? – Как-то не состыковывались в голове Глеба два образа: беззащитной девушки и ярой убийцы не рожденных младенцев.
- Да. А еще за эвтаназию, кремацию и пересадку органов. Что, испугался? Какая я, оказывается, жестокая. Просто чудовище, а не человек! И я боюсь, ведь перед собой вижу не картинку, а смазанное пятно. Так-то вот, - развела руками Аня.
Глеб поежился. Его бы не удивило, окажись его новая соседка ведьмой. Злой колдуньей вуду, втыкающей в парня свои отравленные иголки. Он чувствовал себя больным рядом с ней. Привычная броня лопалась, обнажая загноившиеся раны. И Глеб боялся, что эта чудная девчонка их увидит. Боялся и одновременно надеялся. Он не чувствовал с Анной никакого родства, никакой внутренней связи, потребности в ней. Но лишь под ее взглядом он начинал невольно обнажаться. Анна заставляла его сомневаться, смущаться, вновь и вновь смотреть ей в глаза, в которых он все яснее видел какого-то странного типа с огненно-медными волосами.
Каждый новый человек в жизни Глеба напоминал предыдущего. Он был для них чем-то вроде комнаты, в которую приятели и коллеги входили, чтобы занять удобное кресло или полюбоваться обоями. Глеб - добрый малый, хороший друг, замечательный специалист. Еще одна социальная роль, еще одна маска.
И только Аня ничего не ожидала от него. Она топталась на пороге, заглядывая в замочную скважину. И молодой человек начинал переживать: а есть ли там, вообще что-то, кроме голых стен?
- Хм-м, - Глеб поболтал остатками горячего шоколада. - Ты ставишь меня в тупик. После таких откровений я просто обязан предоставить тебе номер моей медицинской страховки и показать свою коллекцию календариков.
- Пожалуй, можно обойтись чем-то одним. – Девушка запихнула остатки бутерброда в рот и принялась тщательно вытирать пальцы салфеткой.
- Отлично, тогда записывай номер! – не удержался от смешка рыжий. – Пойдем, лучше. У меня на сегодня грандиозные планы. Сначала мы зайдем в один отличный канцелярский магазин и все там купим. Потом я покажу тебе мое любимое место в городе.
Почти весь путь до магазина прошел в молчании. Но стоило ребятам оказаться среди тетрадок, карандашей и папок, как оба оживились. Глеб хватался за каждый предмет, начинал болтать о его преимуществах и недостатках, заполнял пространство между собой и Аней ничего не значащим трепом.
- А как тебе этот? – девушка взяла из стопки альбом. – Плотные страницы, и обложка что надо. Не нравится?
- Не очень. Ты плохо относишься к розовому, а я – к оранжевому. У меня аллергия на этот цвет. Когда я смотрю на мандарины, например, у меня начинают чесаться нос и слезиться глаза. Именно поэтому я обычно ем цитрусовые с закрытыми глазами.
- Опять издеваешься? – не поверила Аня.
- Нет, просто немного преувеличиваю. Но лучше посмотри альбом с другой обложкой.
- Хорошо. Зеленая пойдет?
- Вполне. – Глеб подошел поближе, оказавшись прямо за спиной девушки. Она сдвинулась назад, уткнувшись затылком парню в грудь. – Осторожнее. Думаю, с главным мы разобрались.
- Надеюсь, - откликнулась Аня. И рыжий мог поклясться, что она имела ввиду вовсе не будущий скрапбук.
21 марта 2012, среда
Неделя прошла весьма плодотворно. Количество заказов в мастерской выросло, так что Глеб иногда возвращался домой в восемь, а то и в девять вечера. Но даже в те дни, когда ему удавалось вырваться с работы пораньше, у парня не было и минуты отдыха. То кран на кухне потечет, то родители Артема приедут, когда их любимого сына не будет дома. А еще регулярные посещения Гриши. Таким образом, с соседкой рыжий смог увидеться только один раз, снова столкнувшись с ней перед лифтом.
И вот сегодня Глеб решил компенсировать свое невнимание к Ане.
- Добрый вечер. Что вы хотели? – Дверь сто четвертой квартиры открыла незнакомая женщина.
- Я - Глеб. А Аня дома?
- А-а, понятно. Значит, вы тот самый молодой человек, о котором она столько рассказывала. Что ж, входите, мне надо вам кое-что объяснить.
По спине скользнула капля пота. Рыжий почувствовал себе преступником, хотя никак не мог понять, в чем заключается его преступление.
- Садитесь. Аня еще не вернулась с занятий. Меня зовут Валерия Петровна. Как я понимаю, моя дочь ничего вам не рассказала? - Глеб не ответил. – Она не любит касаться этой темы. Я понимаю, девочка не хочет выглядеть белой вороной. Но раз вы с ней так подружились, то обязаны знать об особенностях Анны.