Следователь

Презиратор Логос, появившийся из окна блиц-портала, пораженно замер, задрав голову и открыв рот от изумления. Весь двор Инквизитория был белым – это облетал целыми облаками вишневый цвет.

- Фигаро! Что все это значит?!

- Нет. – Презиратор отрицательно покачал головой. – До Рича не добраться. Точнее, добраться-то до него можно, но для этого мне пришлось бы подписать хренову тучу бумаг, а времени у нас нет. Я пошел несколько иным путем: передал шар-проектор из Обсерватора своему старому другу из Ордена и тот сделал кросс-тест, сравнив эфирные сигнатуры Хикару и нашей лисы. Так вот – они совершенно разные.

- Хикару не вызывала лису. Это совершенно точно. Хотя, по-моему, для Вас это не новость.

- Фигаро, – презиратор так сильно стиснул зубы, что на щеках взбухли желваки, – это невозможно. Даже если бы у меня был свободный доступ к Обсерватору – настройка прибора занимает почти час. Да еще сам сеанс. А Рич – даже если мы каким-то чудом до него доберемся – либо скажет правду, либо нет.

- Фигаро, уходим. Менее чем через пятнадцать минут этот город исчезнет. Вы сделали все что могли. Теперь никакое колдовство нам уже не поможет. Только чудо.

- Что-то случилось, Фигаро?

- Фигаро...

- Я... – презиратор беспомощно огляделся по сторонам, словно ища поддержки, но вокруг к этому времени уже не осталось никого. Двор Инквизитория был похож на цирковую сцену, откуда сбежали все клоуны и дрессированные козлы, едва почуяв запах надвигающегося пожара. Только отработанные кристаллы-накопители валявшиеся в грязи, да резкий запах пережженного эфира, оставшийся после каскадных заклятий напоминали о творившейся здесь недавней бурной деятельности.

- Ладно, Фигаро, – вздохнул Логос. – Пусть будет так. Даю Вам десять минут. Я буду ждать Вас во дворе с настроенным блиц-порталом. Если Вы не появитесь вовремя... ну, мир Вашему праху.

Тусклый мигающий свет газовых рожков и пустые темные коридоры.

Таким был городской Инквизиторий за несколько минут до заката: пустым, заброшенным, одиноким. Открытые настежь двери кабинетов, темные закоулки бесконечных коридоров, развилки и тупики, тускло блестевшие в полумраке дверные таблички, и – никого. Ни одной живой души.

Но опасения Фигаро оказались напрасны: в замке камеры строгой изоляции торчал ключ. Благословив безвестного ротозея, следователь взялся за головку ключа – красивый серебряный шарик с витиеватым узором – и повернул его против часовой стрелки. Замок легонько щелкнул; дверь открылась.

Она все поняла. Ему даже не пришлось объяснять, что у него нет времени даже на объяснения. Что-то щелкнуло у следователя в голове и мир вокруг замер. Время послушно приостановило свой бег, освобождая их от условностей – век? Минута? Не важно.

«Мне тоже очень приятно»

«Ты сама знаешь, о чем. Я хочу узнать. Ты мне поможешь?»

Вспышка. Рывок. Бросок напряжения, вышвырнувший сознание следователя вовне с пугающей легкостью. Свет.

***

...Жао поднял голову и посмотрел на небо. Бледная солнечная синева была пуста и чиста, только далеко на востоке вдоль горизонта протянулась тонкая ниточка легких перистых облаков. Завтра к утру пойдет снег.

...Больше всего наемника поразило то, как быстро замяли инцидент с Ли Нобу. «Безутешный отец» даже не пытался оторвать Ричу голову, лишь сдержано поблагодарил за спасение своей шкуры. Эйдзоку – тот вообще похлопал Рича по плечу и назвал его «самым отважным и находчивым сукиным сыном, которого он когда-либо видел». Даже Хикару в конце концов согласилась что застрелить девочку было единственным выходом – Дикая Сила просто-напросто отбила бы любое заклятье.

«Придет время и Рич поступит с тобой точно так же», – прошептал внутренний голос.

«Да, это так. Но воин умирает в бою. А жертвы Рича, те, кого он предает, погибают в кабинетных войнах, заваленные горами официальных бумаг, утонувшие в реках чернил, затерявшиеся между гроссбухов и архивных полок»

«Честь?», – ухмыльнулся внутренний голос. «Ну-ну».

Не дойдя до цели каких-то пару десятков шагов он замер. Глаза Жао расширились от изумления, сердце встрепенулось испуганным голубем и он пораженно уставился туда, где у входа в шатер на тонкой полоске белой ткани лежало тело девочки.

Смятый белый шелк. Пятна крови на снегу. И больше ничего.

Не девочки – конечно же, не девочки, что за глупость! – гораздо больше. Следы взрослого человека обутого в бесформенные меховые сапоги. Носок вдавлен сильнее, чем пятка... понятно. Один человек нес другого на руках. Идти ему было тяжело, след неверный, «ломающийся». Человек часто оступался и шел очень медленно. Значит... Значит, уйти далеко он не мог.

Цепочка следов тянется к лагерю. Тот, кто несет тело девочки, слабеет, сбивается с шага. Не очень-то он силен! И заметно припадает на левую ногу. След ведет к палатке Рича... странно. Что за дьявол?!

Старик стоял у входа в палатку и молча смотрел на наемника. Губы Хо Ши терялись в густой бороде, но по глазам было видно, что он улыбается.

Старик медленно кивнул, и в этом жесте было столько достоинства и величия, что Жао окончательно растерялся. Он просто стоял, смотрел на старого колдуна, хлопая глазами, и понятия не имел что ему сказать.

- Ты... Ты... воскресил ее?!

- Но... зачем?

- Я не понимаю, – в голосе наемника сквозило отчаяние.

- Где девочка?

- С кем?!