Страница 71 из 142
Оставив пару наедине, каждый побрел своей дорогой. Павел кивнул девушкам, и отправился проведать своих родных, похороненных на этом же кладбище. Подобное сделала и Аннушка. Соня же отошла на определенное расстояние, и замерла. Она ошибалась.
Природа просыпалась от затяжной спячки. Медленно весна подбиралась к ним. Местами, уже были видны, изумрудные лепесточки свежей травы, пробивающиеся из замерзшей земли. Набухали уже и почки на деревьях, как первые предвестники скорой, теплой поры. И все бы ничего, но девушка почувствовала, что за ней наблюдают. Обернулась и осмотрелась.
У входа на кладбище стоял Ворон, и внимательно изучал ее. С молчаливым, немым укором. Рядом с ним, прошла и только, что приехавшая Эля. Покосившись на Ворона, прошла мимо него. Поравнявшись с подружкой, кивнула ей и пошла дальше. Они еще успеют поговорить. Позже.
Шаг за шагом, художница подходила ближе к ожидавшему мужчине. Знала, подруги наверняка заметят ее отсутствие, но ничего не могла с собой подделать. Пускай и хотела убежать прочь, очутиться в уютных стенах собственной комнатки, но холодная реальность заставляла встретиться лицом к лицу с тем, чего Соня и боялась.
- Пойдем отсюда, - прошептала она, очутившись возле Ворона. Его взгляд был колючим и холодным. Позволив девушке пройти первой, последовал за ней.
Шли в тишине, боясь о чем-то говорить. Под ногами тихо шелестела прошлогодняя листва, немного растаяв под ласковыми лучами солнца. Заметив его машину, припаркованную возле дороги, Соня остановилась. Мужчина охарактеризовал ее поступок по-своему. Подхватив уверенно под руку, подвел к внедорожнику. Помогая ей сесть на пассажирское сидение, резче, чем хотел, хлопнул дверью. Обогнул машину и сел сам. Рев двигателя в оглушающей тишине, спугнул стаю ворон, дремавших на деревьях. Громкой стаей взметнулись они в небеса. Шум, гам, суета… А в душе остался осадок, предвестник надвигающейся бури.
Не в силах больше молчать, девушка спросила:
- Как ты узнал, где я?
- Я впервые оказываюсь в такой ситуации. – начал было мужчина, выруливая на дорогу. – Девушка, которая стонет и кричит от твоих ласк, сматывается с квартиры, стоит тебе лишь отлучиться на несколько минут в душ. Это удар не только по самооценке, это удар ниже пояса.
- Митя, хватит – резко оборвала его Соня, прикрыв глаза. – Давай сделаем вид, что ничего не было? И твоя самооценка не пострадает.
Предложение художницы возымело обратный эффект. Ворон резко затормозил. Не обращая внимания на оживленное движение на проспекте и сигнальные звуки проезжающих мимо водителей, грозно обернулся.
- Еще раз повтори, глядя мне в глаза, что я должен сделать? – обманчивая мягкость его голоса, стала сигналом для девушки. Она обернулась, не поднимая глаз: - Забыть все произошедшее?
- Да.
- Смотри на меня, когда говоришь такое! – рявкнул он, грубо выругавшись. – То есть, все то, что произошло накануне, было игрой чокнутой художницы?
- Тебе будет легче, если я так скажу?
- Ты дура или блаженная? – спросил он, прикрыв устало глаза. В них Соня видела целую бурю эмоций.
Как же она его бесила. И возбуждала, и раздражала. Упрямая. Своевольная. Смотрела на него так, словно пронизывала душу, разбивая на части. Один из осколков, припрятав для себя. В ней чувствовалась жизнь, бьющая ключом. Юная, непередаваемо привлекательная, она приковывала к себе жадные взоры. Сама и не понимала, какие эмоции вызывала у окружающих. Он хотел ее до дрожи в коленях, до боли в руках.
-Не груби, - попыталась вразумить его Соня, но не сработало. Мужчина лишь сильнее распалялся.
- Знаешь, я старше тебя, и более опытный. И за всю свою сознательную жизнь еще не встречал такой девушки. – посмотрев на нее, ответил мужчина, сжимая руки. - Умная, красивая, талантливая, и при этом полная дура. Клиническая дура.
- ДА, дура! – не выдержав, прокричала Соня, глядя ему в лицо. – Потому что переспала с мужчиной, почти не зная его. Потому что получила удовольствие, которое никогда не испытывала. Потому что сбежала, испугавшись всего того, что произошло и может произойти дальше. Потому что пожелала спрятаться в своем укромном мирке, чтобы разобраться в себе. Да, может я и дура. И что? Это мой выбор.
Они замолчали, каждый переваривал услышанное. Во взгляде мужчины мелькнуло нечто жуткое, темное. Словно он готов был ее убить. Он стал непохож на себя. Черты лица заострились глаза стали колючее, а губы сложились в одну сплошную линию. Время летело, но вновь возобновить разговор было сложно.
Они сидели рядом, на соседних местах. А были такими далекими. Подняв на него глаза, Соня присмотрелась. Высокий и крепкий красавец. Скуластое лицо, выразительные глаза. И рядом с ним она. Пугливая пышка, с копной непослушных волос. Без рода, без племени. Одинокая и никому не нужная. Зачем эти отношения? Зачем даже пробовать что-то, если оно обреченно на провал с самой первой минуты?
- Я дура, потому, что мне понравилось. И я дура, потому что ты попользуешься мной и выбросишь, как и поступал ранее со всеми своими пассиями. Я дура, потому…что… - голос ее сел, и Соня поняла, что плачет. Так глупо и примитивно. Она никогда не плакала перед чужими. Лишь перед Вороном. И уже не в первый раз.