Нити судьбы

Салер кивнул, принял истинный облик и, уже по привычке, забрался в сумку, которую я всегда брала с собой.

— Я — за Вэл и потом сразу к Загиру, — сказала я Каю. — И, прошу тебя. Я знаю, что ты будешь разбираться с Винсентом, но… пожалуйста, хотя бы, не калечь его!

— Тут, скорее, надо просить, чтобы я его, хотя бы, не убил! — огрызнулся кукловод. — Он это, вполне, заслужил!

— Кай… — начала я.

— Ладно, я постараюсь, — сказано было так, что стало ясно, что ни черта он не постарается.

— И я хотел тебя попросить, чтобы ты попытался выяснить что-нибудь про Николь Барстоу. Я волнуюсь за неё. А спрашивать о ней у Винсента… я не смогу.

— А ты ещё думала о том, чтобы спрашивать у него что-то? Я сам всё выясню про твою подругу.

— Отлично, — я взяла сумку с салером и отправилась к Вэл.

Вэл жила недалеко от меня. Тем более что Кай мне подробнейшим образом рассказал, как туда идти.

— Вэл, я к тебе! — зашла я к ней в комнату. — Кай сказал, что ты со мной пойдёшь к Загиру.

— Да, я в курсе, — откликнулась девушка, которая в этот момент одевалась. — Сейчас, погоди. Я куртку накину и пойдём. А то эти сволочи, которые рассказывают погоду, сказали, что будет прохладно. Если они соврали — я лично к ним приду и дам в морду!

— М-да, сочувствую синоптикам, — с притворной грустью покачала я головой. — Пусть земля им будет пухом.

— Если они напортачили с прогнозом погоды, то земля им будет не пухом, а жёстким асфальтом! — ответила девушка.

Мы вышли в коридор и по нему направились к выходу из школьного общежития. Когда мы зашли за очередной поворот лабиринта коридора (по крайней мере, для меня — это точно был лабиринт), я замерла.

— Что за чертовщина?! — со страхом воскликнула я.

Все стены, пол и даже часть потолка… всё это было покрыто кровавыми разводами! Было такое ощущение, что кто-то, очень неумелый, окунул кисть в ведро с красной краской и попытался всё здесь закрасить! Кровь стекала по стенам, капала с потолка, растекалась по полу… Я сделала один шаг и почувствовала, что на что-то наступила. Когда я увидела, что это, я закричала! Тем, на что я наступила, была кисть человеческой руки! Судя по толщине пальцев и кольцах на них, кисть была женской. Самого тела в пределах видимости не было. Но, приглядевшись в эти кровавые пятна по всему коридору, я увидела ещё несколько кистей рук, пальцев, глазных яблок, кусков, которые я не хотела даже узнавать… Как будто несколько людей попали в мясорубку, которая перемолола всё, кроме нескольких частей тела!

— Милена! Милена, что такое?! — потрясла меня Вэл.

— Что такое?! — со всхлипом спросила я. — Разве ты не видишь?!

— Что я должна видеть?!

— Кровь! Части тел! Это повсюду! — я снова закричала, когда, с противным хлюпаньем, с потолка, к моим ногам, упало что-то непонятное, напоминавшее кусок говядины, но, разумеется, говядиной не являлось, хотя бы, потому, что на нём (куске) сохранились обрывки одежды!

— Милена! Милена, посмотри на меня! — Вэл взяла моё лицо ладонями и заставила смотреть ей в глаза. — Посмотри! Здесь ничего нет! Понимаешь?! Здесь нет ни крови, ни чего-либо подобного! Тебе это мерещится!

Я резко зажмурилась и также резко открыла глаза. Я вновь оглядела коридор и… ничего не было. Ни крови, ни этого куска у моих ног… Это был просто коридор, ничем не примечательный.

— Но… как? — тихо прошептала я. — Я же… я же видела! Или… нет?

— Не знаю, что ты видела, Милена, но ничего такого здесь нет, — вздохнула Вэл, усаживая меня на скамейку. — Блин, ты же блокировщик! На тебя нельзя повлиять гипнозом!

— Воспоминания! — осенило меня.

— Чего? — непонимающе посмотрела на меня девушка.

— Моё прошлое. Короче, не важно. Считай, что я поняла, что это были за глюки. Теперь со мной всё будет хорошо.

— Уверена? — подруга, всё-таки, сомневалась во мне после случившегося. — Может, не пойдём никуда?

— Пойдём-пойдём. Мне очень нужно к Загиру. Идти к нему завтра уже будет поздно.

— Как скажешь.

— Что на тебя нашло? Ты же не собирался трогать Милену до её восемнадцатилетия, — сказал Анхель, наблюдая за разъярённым Винсентом, который сейчас пытался залечить свою рану на плече, но безуспешно.

— Не смог удержаться от соблазна, — ответил мужчина. — Она была такой беззащитной, что не воспользоваться этим было невозможно. Если бы не этот ерат… Милена стала бы моей!

— Нет, не стала бы, — покачал головой падший. — Ты бы её просто изнасиловал и всё. Это не сделало бы её твоей. Единственное, чего ты добился — это ненависть с её стороны. Больше она не придёт к тебе. Ты навсегда потерял её доверие.

— Мне плевать на это! — огрызнулся Ванхам. — Мне плевать на её доверие, ненависть и всё остальное! Всё равно, когда Милене исполниться восемнадцать (а это будет послезавтра) её жизнь будет в моих руках! Но, сегодня… я хотел её! И если бы не этот Лекс Мейснер, я бы удовлетворил своё желание!

— Ерат тебе никак помешать не мог. Ты же мог, запросто, его убить. Больших усилий тебе бы это не стоило.

— Если бы я это сделал… моя игра бы закончилась слишком рано.

— По-моему, ты её и так закончил своим поступком. Кстати, а где та девчонка, что была у тебя? Мог бы и с помощью неё своё желание удовлетворить. И откуда у тебя эта рана? Кто смог тебя ранить таким образом? Пусть ты и несколько ослаблен, находясь в этом обличии, но… всё равно, тебя мало кто может задеть.

— Тот, кто забрал Николь Барстоу и уничтожил Бланш! Саварис Кавэлли! Был бы я в своём истинном облике, я бы от этого Высшего демона ничего бы не оставил!

— Здесь был отец Милены? — удивился Анхель.

— Да! Мне теперь из-за этого заботливого папочки новую любовницу искать!

— Но, зачем он спас девчонку, которая ему никто? — не понял падший ангел.

— Ради своей дочери — из-за чего же ещё? На саму Николь Барстоу Кавэлли плевать, а вот на то, что если с ней что-нибудь случиться, будет страдать его дочь — нет. Я, вообще, не ожидал, что он сам может заявиться в «Шисуну»!

— Зачем ты тогда сделал так, чтобы Савариса выпустили из заточения? — поинтересовался Анхель. — Это, ведь, ты был тем Верховным демоном, который уговорил Люцифера простить Кавэлли?

— Да, я, — с неохотой признался Винсент. — Но, это было сделано из-за договора.

— Договора?

— Договора, заключённого между мной и одним человеком. Но, тебя это не касается.

— Кстати говоря. Ты ведь заработал себе врага в лице Кайомы Макфея после сегодняшней попытки изнасиловать Милену. Её кукловод так просто этого не оставит.

— Этот мальчишка мне ничего не сможет сделать, даже если очень постарается. Если он думает по-другому — это его проблемы. В любом случае, если этот Макфей будет сильно мешаться под ногами, то единственное, что его ждёт — это смерть. И мне неважно, как отреагирует на это Милена.

— Не заботишься ты о ней совсем, — усмехнулся Анхель.

— Я о ней забочусь в своём понимании. Тебя же я к ней приставил.

— Возможно, последнее было твоей ошибкой, — вдруг произнёс мужчина и ушёл до того, как Винсент успел спросить его, что он имел в виду.