Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 23 из 84

Жанна говорит:"Такова жизнь. Деньги решают многое" и покупает более дорогие нитки для кружев. Она потихоньку приторговывает, помимо нашей заказчицы. Воротнички и манжеты быстро продаются среди прихожанок, желающих привлечь внимание батюшки.

Матушка Заина только ласково улыбается всем. И накладывает нам в сумки много пирогов после занятий с батюшкой.

 

Мэр нашего города, настоящий...жена мэра. Понемногу я узнала эту женщину, и временами мне её жаль. Властная, она, как говорит Свир, была рождена, чтобы править, но она женщина - её никогда не назначат ни на какой высокий пост.

Даже Жанна признаёт, что порядка в городе стало много больше. Раньше, по её словам, из-за того, что у нас есть порт, город был похож на свалку и притон вместе. Сейчас, когда Лир подписывает указы, которые придумывает его жена, ужесточились наказания. И Орлова вовсю использует заключённых на уборке города, выбив из казны деньги на увеличение людей в страже. И она ввела наказания не только за преступления, но и за некоторые проступки. А, узнав, что в Тенриссе повысили возраст женитьбы до шестнадцати лет, сделала так и у нас.

Разобралась я, со временем, и в их отношениях: Лир и две женщины.

Молодой мужчина и впрямь брат Ираны, но он незаконнорожденный. После смерти отца и матери, остался с сестрой. И его увидела подруга сестры, Наталия, и влюбилась без памяти. И две бабы окрутили мальчишку. В четырнадцать он женился на Орловой. А в двадцать четыре влюбился в Птичку. Хотя все думают плохо про него, Даша на своём медальоне Всемилостивой поклялась мне, что это она бегала за ним и "добегалась".

И есть у меня нехорошее предчувствие, что добром эта история не закончится...

 

Прошёл ещё месяц. Зима в этом году началась с большого снегопада. На несколько дней город, как замер. Ходить по огромным сугробам и здоровым-то людям тяжело, а я буквально ползком двигалась.

Но Наталия с самого начала наших занятий заявила - никаких пропусков. Твёрдо ухватив меня за подбородок, она смотрела мне в глаза и чётко выговаривала:

- Смерть, только смерть может оправдать твоё отсутствие. В любом другом случае, я буду тебя наказывать.

И наказала, когда я однажды опоздала. Рассыпав горох на середине комнаты, заставила меня встать на него коленками и плести сложные руны. Мне повезло, рано вернулся Лир, и она разрешила мне подняться. При нём она очень старается выглядеть, как можно лучше. Вот неужели за десять с лишним лет он не понял с кем живёт? Конечно, понял. Не дурак ведь.

Её отношение к мужу даже меня пугает. Оно похоже на одержимость, как рассказывал нам о ней батюшка. Одержимый ничего не видит вокруг, так и Наталия, стоит ей услышать голос мужа, и она перестаёт обращать внимание на всё другое, сразу к нему.

Лир это знает и помогает мне, как может. Отвлекает жену, а я в это время перерисовываю руны из книги по лечению. Наталия мне рассказывает лишь о боевых и защитных вещах. А я не хочу быть воином, да и какой из меня воин, с моей-то ногой. Я хочу помогать людям, а не убивать их.

С Лиром нам редко удаётся переговорить, его жена следит, чтобы мы и мгновения наедине не оставались. Зато мы научились записки передавать, засовывая их под раму картины, висящей внизу.

На те часы, что я провожу в доме Орловой, она выгоняет прислугу, боится что кто-нибудь подслушает нас.

А бояться ей есть чего. Две недели назад она села в кресло и, заставив меня встать перед ней, долго смотрела мне в лицо, а потом сказала:

- Ты быстро учишься, Рани. Возможно твоим отцом был сильный маг и твой талант от него. Много ли знаний ты хочешь получить от меня?

Не подумав, я выпалила:

- Все!

Она улыбнулась, напомнив мне кошку, поймавшую мышь. Почему-то я сразу поняла, что она поймала меня в ловушку. Вот только в какую?

Долго гадать не пришлось. Она достала из кармана какой-то предмет и потребовала:

- Дай руку!

Когда я выполнила, она перевернула мою ладонь и положила небольшой камушек мне на то место, где бьётся жилка. Камень зашипел, обжигая мне руку, но Орлова держала крепко, не давая мне сбросить его. А потом он как бы растаял, а на том месте оказалась руна на коже.

- Это знак магической клятвы. Добровольно протянув руку, ты дала мне клятву не рассказывать никому и ничего из того, что узнаешь от меня. Нарушение клятвы - мгновенная смерть. Ты запомнила, Рани?

- Да.

И она стала учить меня запретной магии. Магии на крови.

Попервости я боялась, а потом, поговорив о магии с отцом Олегом, поняла. Сама магия, любая, не зло. Зло делают люди, использующие магию. А раз от меня зависит, что я буду делать, то я буду стараться делать добро.

 

 

Когда я вернулась в приют, ко мне подошла Жанна. Посмотрев на меня, она поморщилась. Знаю...Я видела себя сегодня в зеркале у Наталии. Синяки под глазами такие будто меня побили. Я всё время хочу спать. Сегодня, когда я уходила от Орловой у ворот столкнулась с Лиром, и он велел извозчику отвести меня. Так я и заснула в повозке. Мужчина с трудом добудился меня. И нечего на меня так смотреть...