Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 22 из 84

- Ты чего?

- Столько произошло сегодня. - не стала говорить я правду.

Э то ведь не ложь, когда ты не говоришь правду. Надо просто правильно слова подбирать. Как сестра Сима - и не врёшь, и правду не говоришь.

Тут же в коридоре девушка выпытала у меня и о том, что произошло с Иродом, и о том, что завтра я иду к Наталье. После моего рассказа, она довольно улыбнулась.

- Хоть немного Ирод заслуженное получил. Убила бы гада, да в тюрьму не охота.

Я вздрогнула, такой её ещё не видела. Всё-таки она...Убийство - грех великий. Я сглотнула. А она не греха боится, а в тюрьму попасть.

А Жанна меж тем продолжила:

- Надо будет расписать всё. Слишком много для тебя получается. И батюшка, и Наталии, и кружево плести, и травы запоминать. Надо не забыть свечку поставить. Ведьма, не ведьма твоя старуха, мне всё одно. Сегодня её трава Дашку, почитай, с того света вытащила.

Свечку! В храме! За ведьму! Да она с ума сошла! Да за такое...Додумать девушка мне не дала, подхватила под руку и потащила к лестнице, пробормотав:

- Чего стоим...Делов много.

 

Я уже протянула руку, чтобы постучать, как дверь открылась.

Я почувствовала, как мои щеки заливает краской, и сразу стало жарко. Есть люди очень красивые, Жанна например. Парень, стоявший передо мной, красавцем не был: нос, тонкий, с горбинкой, рот узкий, брови тёмные - про такие Таюшкина мама говорила "как черти нарисовали", а моя называла их "крыльями чайки". Всё по отдельности было некрасивым, но глаза...Цвета мёда гречки, с яркими золотистыми крапушками: добрые и чуть смешливые. И на него хотелось смотреть и смотреть.

Стояла дура дурой и, не отрываясь, пялилась на парня. Он что-то говорил, а я видела - губы шевелятся, а слов и не слышала вовсе. Как не услышала и то, что дверь снова открылась.

- Лир, милый, ты забыл... - голос Наталии был настолько нежен и ласков, насколько, вообще, может быть нежным карканье вороны. Вот её-то я сразу услышала.

Парень что-то забрал у неё из рук и, весело улыбнувшись мне, сбежал по ступенькам, а я продолжала смотреть ему вслед.

Сухие пальцы вцепились мне в ухо, выкручивая его.

- Никогда, слышишь, никогда, не смей подходить к моему мужу! - злобно, сквозь зубы, прошипела мне Наталия.

От удивления у меня даже боль в ухе пропала. Он! Муж! Да он в сыновья ей годится, если не во внуки. А потом я и глаза вытаращила. До меня дошло, что этот Лир - брат нашей Ираны, и...мэр нашего города...И отец ребёнка Птички...Во дела...

 

Учёбы у Наталии я боялась: всё ж магия. Но, как оказалось, зря. Уже на первом уроке я поняла, что плетение узоров амулетов и артефактов сродни плетению кружев. Надо только руны и заклинания знать. Я видела, как бесится госпожа Орлова, но не могла понять - почему?

Лишь через неделю, подслушав разговор Наталии и Винлира, таково полное имя мужа Орловой, узнала. Он дразнил её, смеясь, говорил, что ученица превзошла её, за неделю освоив то, на что у самой женщины ушло несколько месяцев. В отместку, артефактор стала давать мне задания на дом, чего раньше не делала.

 

Поймав меня как-то возле дверей дома, Лир, в обмен на записку от Птички, сунул мне в сумку книгу с описанием древних рун. Я видела такую у Наталии, но она давала мне срисовывать с неё, и тут же убирала. Где нашёл ещё одну книгу парень, я не спрашивала, просто приняла подарок.

Вернувшись в первый день с занятий, я у входа столкнулась с Птичкой, которая нетерпеливо ждала меня, сбежав из лекарской, и засыпала меня вопросами о Лире. Как выглядит? Что сказал? Спрашивал ли? Не понимаю я её: он стал...спать с ней, когда ей тринадцать было, это же плохо, а она мне о любви талдычит.

А потом: записка ему - записка ей. Жанна, поймавшая нас однажды, отругала меня, сказав, что по своей вине я могу лишиться обучения, Орлова не потерпит, если узнает, что я творю. А Птичка, нагло сообщив мне, что беременным не отказывают, пошла против Жанны и продолжает требовать от меня помощи.

Она здорово поправилась в последнее время, после того, как перестала кушать в столовой, теперь она ест в лекарской, у сестры Симы. Монахиня настояла.

Был скандал: Ирана орала, как сумасшедшая, но сестра не отступалась. По сану ей положено смирение и принятие происходящего, как есть, но тут она проявила волю, приличную только для мирских. Ирана пригрозила пожаловаться в полию, что монахиня вмешивается в мирское, а сестра Сима ответила:"Вперёд!"

Фрея, теперь вместо Птички, "всё видящая и всё слышащая", рассказывая, давилась от смеха, изображая, как Ирана выпучила глаза.

 

Прошёл месяц, потом второй. И я как-то привыкла к жизни в приюте.

Тем более, что времени на то, чтобы горевать у меня нет. Батюшка согласился учить нас. Их отношения с госпожой Ираной похожи на "тихую" войну. Он не может убрать директора, её поддерживает Орлова. А она не может заставить полию прислать другого священника. Не зря Таюшкина мама говорила, что чем красивши батюшка, тем больше прихожанок у храма. В иные дни в храм не протолкнёшься. А чем больше прихожан, тем больше пожертвований. Так что менять священника никто не согласится.