Страница 86 из 154
- Ага, - говорит он как-то растеряно. – Ванесса, а ты ж меня трогала, да? Когда раны зажимала, я же помню? Порезы ещё открыты были?
- Ну, - туплю я. Он поднимает глаза.
- Кровь-то у нас смешалась. И что теперь будет?
- Балда, - в сердцах говорит Лора. – Жениться ты на ней не сможешь, это уже однозначно. Кровники вы теперь, брат с сестричкой: вот, блин, угораздило вас… Ванечка, это ж теперь ты мне почти родственница!
- Не в этом дело, - отмахивается друид. – То есть, это тоже важно… Ло, ты же знаешь, чтобы инициировать ученика, я его кусаю.
- Это как Нору, что ли? – вспоминаю я. – И рану зализываешь?
- Мы смешиваем кровь, - с нажимом говорит он. – Для передачи способностей.
Наступает пауза.
- Забудь, - неуверенно говорит Лора. – Просто не приживётся. Третий дар с двумя предыдущими несовместим, ты же знаешь.
- Так-то оно так. Хорошо бы, чтоб иммунитеты остались, антител у меня много. А приживётся или не приживётся - это как знать, ты же видишь, она у нас не такая, как все: у неё всё наперекосяк, нетрадиционно.
- Антитела должны прижиться, - говорю растеряно, - они же к наставничеству отношения не имеют. Ой, не хочу я оборачиваться, это так страшно, прости, Аркаша. И, наверное, жутко больно.
- Нет, только если что лишнее отрастает, - успокаивает он, - хвост, например, плавники, жабры. Или если из змеи перекидываешься - а нужно руки-ноги наращивать. Это жесть, как нынешние новенькие говорят. Жесть, - задумчиво повторяет он. – К боли можно привыкнуть, Ваня. Оно того стоит.
Оно того стоит, думаю, и смотрю на него с нежностью. Вот если скажут мне: Ванька, а сможешь ещё раз перетерпеть всё, что сейчас случилось, лишь бы его снова живым и здоровым увидеть? Лишь бы Лора не ревела над ним, бездыханным? Отвечу: смогу.
Придётся привыкать.
Он подсаживается ближе:
- А вот скажи… Была бы возможность… Ну, гипотетически, если бы дар прижился. В кого бы ты всё-таки хотела перекинуться? Есть же у тебя любимый зверь?
- В симурана, - отвечаю, не задумываясь. Он озадаченно хмурится. – Это такой крылатый пёс-хранитель, в моём случае – псица, конечно. Представляешь?
- Мифический персонаж? Или здесь такого успела увидеть?
Я задумываюсь.
- Миф… Не привыкла я к такому слову. Легенда есть о том, как один верный пёс, узнав, что хозяевам грозит беда, решил добраться до богов и попросить у них защиты. И так страстно этого захотел, что добрался. Богов тронула его преданность, и они наградили пса и его потомство крыльями. Это, конечно, только самый краешек сказаний о симуране, кто-то называет его воплощением Огнебога Симаргла, кто-то – стражем Правды, у кого-то это волк, но мне больше нравится собака, она к людям ближе. Эх, рисовать я не умею, столько хороших рисунков видела…
Оборотник качает головой.
- С трудом представляю. Совместить в одном теле разные природы - птицу и животное? Крылья – это всё-таки перья, как их отрастить на млекопитающем?
- Почему обязательно перья? – подумав, отвечаю. - Можно и кожистые, как у летучей мыши. Пуши-и-истые такие, чтоб детёнышей греть. И костяк сделать облегчённый, чтоб косточки полые, как у птичек. Это-то можно совместить? И, кстати, у наших майя был Кетцалькоатль, крылатый змей, в нём ведь тоже две природы совместились – рептилия и птица. А мифы на пустом месте не возникают, наверняка водились в старые времена подобные твари. Как у нас – трёхголовые Змеи-Горынычи…
Через каких-то полчаса обсуждений нас прерывает поисковая группа: тащит и вываливает перед нами кучу всяческого добра. Отдельно несут меч, пожалуй, великоватый для низкорослых сатиров. Но тут я вспоминаю, что среди нападавших был один достаточно высокий, его я первым срезала, эта вещица наверняка его.
Пока девицы идентифицируют, сортируют и перетаскивают из кучки в кучку трофеи, Лора рассматривает меч. Вынимает из простых ножен, и мы видим широкое, до зеркального блеска отполированное голубоватое лезвие, слегка суживающееся к концу; солнечные блики словно вязнут в нём, заставляя сиять ещё ярче. Синий ограненный ромбом камень вделан в гарду. Рукоять достаточно широкая, в расчёте на лапу какого-нибудь варвара…
- А ведь какому-нибудь Васюте точно по руке. Не хочешь подарить? - предлагает Лора. Я даже шарахаюсь.
- Ты как себе это представляешь? Да он сразу перестанет меня лапушкой называть и дома запрёт. Давай его Аркаше подарим. Смотри, и камень ему прямо под цвет глаз, очень миленький.
- Миленький, - передразнивает Аркаша, - что бы вы, женщины, в мечах понимали. Дайте-ка сюда.
Он рассматривает клинок, любуясь.
- Ты ж посмотри, откуда у этих вонючек такой раритет? Вряд ли в бою взяли: или выкрали, или могильник разрыли. Внешне прост, но навешано на него много, его бы экспертам отнести. Ло, а правда, давай подарим его мне, - и голос друида переходит в интимное мурлыканье, - я ведь тоже старался, а?
- Ах, дурачок, - шепчет Лора в ответ. И, посерьёзнев, хлопает его по расшалившейся ручке. – Не выйдет, приятель. Ване больший бонус полагается, у неё этот бой первый. Зря ты в молчанку хочешь уйти, Ванюша, - говорит она даже с осуждением, - Наставники о таких моментах должны знать. Твои успехи – их успехи. Я за своих учеников так радуюсь, когда они мне свои подвиги расписывают… Ну, твоё дело. – Она суровеет. - Меч этот - твой. Он тобою честно заработан: и воинским делом, и лечебным, а отказываться от добычи не по правилам. Не хочешь сама владеть – продавай, деньги в дороге всегда пригодятся.