Страница 44 из 100
ЧАСТЬ II. ПРОКЛЯТОЕ ЧУДО
Глава 9. Павел Семенович
Семь лет назад
При каждой встрече он смотрел на меня поверх очков, как на назойливое насекомое, которое и не прихлопнешь, и не прогонишь прочь, ибо непременно вернется с подкреплением. Приходилось терпеть. Однако не смиренно, а активно выражая протест. Это довело меня за первую рабочую неделю до состояния легкого бешенства.
Наше знакомство в лилипутском кабинете прошло на редкость отвратительно и закончилось негласным объявлением войны - с обеих сторон.
- Только вас мне не хватало, - «приветствовал» Павел Семенович Кондратьев, заведующий отделением анестезиологии и реанимации, едва я появилась с кипой документов, подтверждающих право находиться на его территории.
Впрочем, он и без бумаг был прекрасно осведомлен о причинах вторжения. Все объяснил главврач больницы - доходчиво, с вескими аргументами, включающими удары кулаком по столу. Но сие знание не помешало Кондратьеву высказать «фи», обозначив отношение к моей персоне.
- Сколько вам лет, деточка?
- Двадцать два, - врать не имело смысла, скрывать тем более, я предпочла сделать… хм… в общем превратить лицо в кирпич и, невинно хлопая ресницами, поинтересоваться. – Что-то не устраивает?
- Помимо возраста? – бросил заведующий в тон мне. – Ваша фамилия! Думали, я стану скакать, как сайгак, по отделению, радуясь появлению пигалицы-шпионки с громкой родословной?
Я хмыкнула про себя.
- Не припомню, чтобы мне давали указание шпионить за вами. Возможно, я запамятовала в силу юного возраста. Еще раз просмотрю тайные инструкции, переданные связным в конспиративной квартире.
- Еще и язва? – Кондратьев демонстративно кинул письмо от моего начальства в мусорную корзину, не потрудившись полюбопытствовать о его содержании. – Не надейтесь, что ваши потуги на остроумие меня проймут, госпожа Корнеева.
- Хорошо, давайте серьезно, - пошла я в очередное наступление, пытаясь расставить точки над «I». – Я тут застряла не на один месяц. Предлагаю принять ситуацию, как свершившийся факт, и обойтись без кровопролития.
- Считаете, у нас получится? – доктор насмешливо приподнял брови.
- Шанс появится, если мы оба постараемся вести себя, как взрослые люди, - не сдержалась я, видя, что Кондратьев не идет на уступки даже в мелочах.
Закрывая за собой дверь, я ясно осознала: война началась. Мешать мне заведующий не станет. Не в его интересах открытый конфликт с руководством больницы, давшим нашей компании зеленый свет на исследования. Но помогать мне в отделении никто не поторопится, придется тыкаться самой, как слепому котенку. Умен доктор, раскусил, едва взглянул. Понял, что гордая, и жаловаться не побегу, если не устроят откровенную диверсию.
Эх, папа, папа… Ну и втянул ты меня в историю. Кинул на камни, требуя доказательств зрелости поведения и ясности ума. Туда, где я однажды чуть не умерла - в отделение реанимации, в котором я лежала в коме после аварии, пока разум бродил по мистическому месту под названием Поток. Странно. Многие воспоминания со временем гаснут, чувства притупляются, оставляя в памяти размытые образы. Но всё, что произошло со мной в нереальном закольцованном мире, я помню четко и детально. Даже спустя шесть долгих лет, за которые от прежней Саши Корнеевой не осталось следа.
Поток сподвиг меня на многие перемены, на переоценку ценностей и перспектив. Я, которая прежде училась из-под палки и садилась за уроки через раз, взялась за ум и окончила школу с приличным аттестатом. Затем был медицинский университет и параллельная учеба в бизнес-школе с несколькими выездами на дополнительные курсы за рубеж. Выбор профессии обусловила специфика семейного бизнеса. Я не врач. Я фармаколог, работающий на благо отцовской фармацевтической компании. Сейчас нахожусь в больнице, чтобы контролировать испытания нового и, по прогнозам, перспективного лекарства.
Почему сей факт не нравится Кондратьеву? Он считает бизнесменов, вроде моего отца, проходимцами, старающимися урвать кусок побольше. Я понимаю причины выводов, хотя не согласна с ними на корню. Да, нам иногда приходится быть щедрыми. В эту клинику мы попали благодаря немалым пожертвованиям на нужды врачей и пациентов. Но качество и безопасность наших лекарственных средств всегда стояли во главе угла. Слишком много сил вложил отец в компанию, чтобы рисковать ее репутацией. Слишком часто слышал презрительные отзывы от родителя.
Мой дед Валерьян Гаврилович Корнеев был госслужащим высокого ранга. Уйдя на пенсию, не потерял влияния на новое поколение чиновников. Разумеется, он хотел, чтобы старший сын Виктор пошел по его стопам, но упрямый отпрыск выбрал собственный путь, чего грозный родитель не простил ему до гробовой доски. Моего отца это тревожило мало. Он занимался тем, к чему лежала душа.
Папе с детства не давала покоя предпринимательская жилка. Образование он начал с торгового училища, чем чуть не довел родителя до инфаркта. Дед скрежетал зубами, грозился четвертовать нерадивого и неблагодарного отпрыска, но тот уперся рогом, проявив себя истинным сыном своего отца. Лишь уговоры бабушки - Галины Дмитриевны, подобные каплям, точащим камень, превратили разрушительный ураган в шквалистый ветер. Глава семьи махнул рукой, мол, ничего, пусть дитятко помучается и приползет обратно с разбитым лбом, сговорчивее станет. Но первенец и не подумал преклонять колени. После ПТУ был экономический факультет университета, а годы спустя - учеба на управленца.
Ещё в вузе встал вопрос, какой вид предпринимательской деятельности выбрать. Идею подсказал бывший одноклассник Андрей Аверин – медик по образованию, который до сих пор является папиным замом и отвечает за исследовательскую работу компании. Мать Андрея Ивановича работала в аптеке и вечно жаловалась на нехватку лекарств, недовольство покупателей и бесконечные листы ожидания. «Почему бы и нет?» – подумал папа. Медицинские препараты не потеряют актуальность, какие бы экономические и политические потрясения не обрушивались на страну, и сколько бы ни зарабатывали ее жители.