Страница 17 из 19
* * *
Сотня ступенек Дворца Загадок. Тающие в розовом тумане пирамиды столичных кварталов. Массивная дверь с перламутровой инкрустацией и золотыми украшениями. Скрип поворачивающегося ключа. Шаг через высокий порог в мягкую полутьму, напоенную сладковатым ароматом тлена и слежавшихся пергаментов.
«Это же настоящий склеп! - от этой мысли я вздрагиваю и невольно тянусь к рукояти меча. - Склеп, где божество добровольно замуровало себя! Он безвылазно сидит здесь уже которую сотню лет. Жрецы издают приказы от его имени, молящиеся возносят хвалу Триумвирату, а он грезит наяву…»
Однако для отшельника Вивек был весьма и весьма неплохо осведомлен о мирских делах. И он вовсе не был мрачным и желчным аскетом, погрузившимся в свои мысли. Наше появление вызвало у него ехидный смешок:
- Двое Нереваров по цене одного? Ветшает род людской, ветшает… Из чего только приходится лепить героев… - он пригляделся к нам и скорбно заломил бровь: - Да вдобавок вы еще и девчонки!
- Однако мы добрались сюда, а это что-нибудь да значит, - не выдержала я.
- Разумеется, прекрасная мутсере хаджит, - охотно согласилось божество. - Это означает, что мир уцелеет от гибели лишь благодаря таким вот девушкам. Вы заслуживаете того, чтобы остаться в памяти потомков и быть отлитыми в бронзе.
- Спасибо, без монументов обойдемся, - буркнул Рекце. - Не желаю вечность торчать каменным болваном. Чтоб летуны гадили на голову.
Он намекал на огромную и помпезную статую самого Вивека, высившуюся на площади перед Дворцом Загадок. Как я только что убедилась, массивная скульптура не имела ничего общего с хрупким, изысканным Отшельником.
Не знаю, сколько длилась наша аудиенция у воплощенного божества. Но, когда мы покинули Дворец, карабкающиеся на закатное небо Массер и Секунда ни на палец не сдвинулись с прежних мест. Похоже, во владениях Вивека неумолимое время не имело своей обычной власти.
Рекце шумно втянул раздувшимися ноздрями вечерний морской бриз.
- Гильдия Вивека, Альд'рун, Гарнизон. Пепельная Гора, - задумчиво произнес он. Опустил глаза, посмотрев на здоровенную латную перчатку, сплетенную из адамантовых нитей. Она была столь велика и тяжела, что достигала локтя и крепилась хитроумной системой ремешков и пряжек. Рекце натянул ее на правую руку. Левая рукавица была у меня, и все время соскальзывала.
Перчатки, по уверениям Вивека, должны были уберечь нас от мгновенной кончины при попытке взять Громовой Молот и Секач, Разящий Меч. Обе вещицы валялись потерянными где-то на склонах Пепельной Горы. Прежде чем лезть в подземелья и знакомиться с Дагот Уром, нам еще предстояло отыскать оружие, способное победить бога.
…Вечная Стража устроила героям-самоубийцам столь торжественные проводы, что они больше походили на репетицию наших будущих похорон. Не хватало только распущенных знамен, скорбного рева труб и рыдающих собратьев по оружию. Рекце испортил весь эффект своими злыми шуточками, и, по-моему, Стражи были только рады, когда мы скрылись во Вратах.
Сплетники, рассказчики и летописи говорили правду - небо над Горой было багровым, цвета запекшейся крови. Мы живо натянули припасенные маски, но черный мелкий пепел проникал в любую щелку. Я едва не задохнулась от кашля и проворонила нападение выскочившего из-за камней ловчего корпруса. Рекце, крутанувшись в пируэте, снес вражине башку одним длинным, хлестким ударом. Я коротко кивнула и навскидку выпалила из арбалета поверх плеча имперца. С чавкающим звуком болт вошел в глазницу пепельного упыря и тот опрокинулся, продолжая беспорядочно сучить когтистыми лапами.
Не могу сказать, чтобы каждый шаг давался нам с боем. Попрыгать и поразмахивать железом пришлось изрядно, но магию мы в ход пока не пускали.
Секач отыскался первым, в развалинах двермерской крепости. Амулет, настроенный на поиск магических вещиц, привел нас прямиком к потере. Легендарный Разящий Меч в точности смахивал на короткий и широкий кинжал-дирк, распространенный среди данмеров. Я аккуратненько взяла клинок бледно-голубой стали затянутой в перчатку левой рукой, затолкала в новенькие ножны и прицепила на пояс.
Касательно местонахождения Молота амулет точного ответа не давал. «Где-то под землей», - так мы расценили его беспорядочное раскачивание и пробегающие по граням прозрачного кристалла малиновые искры.
Под землей, так под землей.
Поочередно мы втиснулись в узкую расщелину. Наши глаза слезились от едких испарений, мой нос наотрез отказывался различать запахи, Рекце мучительно чихал. Мы приготовили факелы и светящиеся камни, но в пещерах не было непроглядной тьмы. На потолках танцевали алые отсветы вулканического пламени, бушевавшего в толще земли глубоко у нас под ногами. Пол содрогался, на головы сыпалась каменная крошка.
Вот здесь стало туго. Пригодилось все наше воинское умение, обретенное за время странствий по Вварденфелу, и все магические способности. Поначалу мы расходовали свитки с заклинаниями, отгоняя мрачных рыцарей даэдра и клыкастых, почти неуязвимых для стали чудовищ-дремор.
Последний свиток прочтен и отброшен за ненадобностью. Настало время плетения арканов и чтения выученных в Гильдии Магов заклятий. Порядок действий разработан и освоен уже давно: один колдует, другой прикрывает. Передышка, пробежка по коридорам, смена ролей - и все заново.
Чудища Дагот Ура, почуяв слабину, навалились толпой, выбегая и выскакивая из боковых ответвлений, с ревом валясь прямо с потолка или прыгая из засады. Я рубила, кромсала, выкрикивала положенные слова, торопливо складывая пальцы в нужном Знаке и бежала следом за Рекце, оскальзываясь на камнях. Несколько раз едва не упала. Перчатка на левой руке нагрелась, обжигая кожу. Легкий поначалу Секач казался тяжеленным и неповоротливым. В правой руке я сжимала скользкую рукоять орочьего ятагана.
Амулет Поиска вдруг ожил, дергаясь на цепочке и рассыпая в моем отупевшем от непрерывной бойни мозгу перезвон серебряных колокольчиков.
- Проскочили! - в отчаянье завопила я, ныряя в узкий и низкий коридор. Имперец проткнул очередного воющего упыря, пинком сбросил его с лезвия катаны и ринулся вдогонку.
Наша цель обнаружилась в самом конце прохода, в тупике. Иссохшая мумия в стеклянном доспехе, не помутневшем от времени, в венце из роскошных черных кос. Там, где некогда билось сердце, доспех уродовала дыра с оплавленными краями. Рядом с правой рукой павшей воительницы лежал небольшой изящный молот-чекан. Вороненый, с рукоятью алого драконьего дерева и серебряными накладками, с хищно выгнутым острием и обушком в виде раздвоенного змеиного языка.
- Мутсере Ксилада? - ошарашенно пробормотала я, словно надеясь, что покойница ответит. Рекце подобрал Громовой Молот, набросив на укрытое латной рукавицей запястье широкую ременную петлю. На самом кончике острия чекана полыхнула белая искорка.