Страница 3 из 29
- Александр Германович, - тут же кинулась к нему дежурная медсестра, - Александр Германович, звонили из приемного покоя, очень просили подойти. Там хирурги, и вроде не наш пациент, но Лавин очень просил вас прийти. Срочно.
- Давно?
- Пару минут назад, я как раз шла за вами.
Александр вздохнул и направился к выходу из отделения.
Через минуту он уже стоял в хирургической смотровой приемного покоя. Там его ждали хирург Лавин и травматолог Степанов. Кивнув коллегами в знак приветствия, Александр спросил:
- Что у вас тут?
- Странный и, похоже, тяжелый случай. Всё как ты любишь.
- Сейчас посмотрим.
В центре небольшой смотровой комнаты стояла каталка, и на ней лежал пациент. Это был мужчина средних лет. Очень бледный. Он тяжело дышал. Глаза его были закрыты. Похоже, он был без сознания. Сухих подошел к пациенту. Проверил пульс. Пульс был слабым, нитевидным и поверхностным. Сухих было ясно, что и дышать пациенту очень трудно. Но главное, что бросалось в глаза - это бледность кожных покровов. Кожа пациента была очень бледной, будто у больного начисто отсутствовали кровеносные сосуды. И на ощупь кожа была очень-очень холодной. Состояние пациента было крайне тяжелым. Однако не было никаких видимых повреждений.
- Диагноз? - спросил Сухих.
Лавин и Степанов пожали плечами.
- Предположения?
- Никаких, - признался Лавин, - вообще никаких. Саша ты же знаешь, мы бы тебя дергать не стали просто так. Но ты сам посмотри. Почти труп, а никаких признаков внешних или внутренних повреждений нет. Все чисто. Ну, кардиограмма, конечно, так себе. Да и состояние у бедолаги не фонтан.
- Дергать бы они меня не стали, - буркнул Сухих, - все равно бы пришлось к вам идти. Явно, что не к себе вы его на отделение положите, а нам спихнете. Внутреннее кровотечение исключили?
- Да, сразу же.
Повисло молчание.
У Сухих заболела голова. Ощущение, что происходящее выходит за рамки его привычного профессионального опыта, было четким и сильным. Он вновь наклонился к пациенту. Вновь проверил пульс. Всё ещё слабый, только ритмичнее. Или это Александру показалось? Сухих не знал.
- Ладно, - вздохнул Александр, - оформляйте к нам. Сутки наблюдаем, а там видно будет.
Оставив коллег заниматься необходимыми бумагами, Сухих вернулся к себе в отделение. А уже через несколько минут Левитский Андрей Степанович, а именно так звали загадочного пациента, был в палате интенсивной терапии отделения реанимации. Лавин сделал все необходимые назначения. Просмотрев их, Сухих понял, что пока больше добавить к назначениям своего коллеги Станислава Николаевича он ничего не может. Оставалось ждать. Он зашел в палату. Медсестры уже поставили капельницу. Искусственной вентиляции лёгких не требовалось. Да и в целом пациент выглядел несколько лучше. Казалось, что жизнь возвращается к нему буквально на глазах. И возможно, что это не зависело от проводимого лечения.
Александр стоял и смотрел на больного. «Всё как-то не так, - думал он. - Что-то есть во всём этом странное. Сорок лет. При полном здоровье, так как не найдено явной патологии, раз - и крайне тяжелое состояние с клинической картиной геморрагического шока. Так не бывает».
Но, именно так и было. Через тридцать минут из лаборатории принесли данные анализа крови. Посмотрев результаты, Сухих не удивился. Гемоглобин сорок грамм на литр. «А каким он ещё может быть у человека, который странным образом, кажется, потерял почти всю свою кровь?» - ухмыльнулся Сухих. Теперь для дальнейшего лечения пациента Александру Германовичу оставалось лишь определить группу крови пациента, обосновать назначение, получить и перелить донорскую кровь. «Господи! Как всё оказывается просто», - подумал Александр. На какую-то секунду он даже поверил в то, что Бог существует. А как иначе, как без помощи высших сил такая серьезная загадка так быстро могла разрешиться? Впрочем, он не задержался на размышлениях о Боге. Сейчас перед ним стояли более важные задачи, которые необходимо было выполнить. Нужно было как-то получить образец крови пациента и определить группу и резус-фактор. Но это было легко. Так как периферические сосуды были не доступны, то в реанимации пациенту поставили подключичный катетер. Взяв нужное количество крови, Сухих пошел в процедурный кабинет. Он быстро приготовил все необходимое и приступил к процессу определения группы крови и резус-фактора крови пациента. Результаты озадачили Александра. У Сухих складывалось такое впечатление, что в сосудах пациента отлично совмещались все четыре возможные группы крови от первой до четвертой. К тому же было совершенно невозможно определить резус-фактор. «Сыворотки что ли просрочены?» - мелькнула у Александра первая мысль. Сухих внимательно осмотрел флаконы с сыворотками для определения группы крови и резус-фактора. Всё было в полном порядке. Что ж, оставалось лишь вновь повторить процедуру. Второй раз был более удачным. И чтобы уточнить полученный результат, Сухих провёл процедуру определения группы крови и резус-фактора в третий раз. Да, теперь все было нормально. Первая группа крови с положительным резус-фактором. Никаких сомнений. «А, может быть, я просто поторопился в первый раз, - думал Александр, - да, скорее всего, так». Он даже не мог допустить, что в первый раз он увидел именно то, что увидел. Но где-то на границе сознания он слышал голосок, который тихо говорил ему: «Ты увидел все так, как было, и ты не мог ошибаться, ты сотни раз делал это, и значит, ты не поторопился, ты просто увидел то, что есть, даже если тебе это не понятно».
Через некоторое время все необходимые формальности были выполнены, и Сухих наблюдал, как медсестра готовит донорскую кровь к переливанию. Спать не хотелось. И как только кровь начала капать, Александр отпустил медсестру, ведь у нее были и другие пациенты, а сам остался в палате наблюдать за пациентом.