Страница 31 из 120
А если выпустить эту пустоту на волю? Ведь семья важнее человечности?
В следующую секунду, резко дернув запястья в разные стороны, Игорь разорвал наручники и, перехватив руку Войны, отшвырнул морта в бок. Это было больно… словно изнутри рвалось что-то, раздирая внутренности и кожу. Пустота поглощала его, гася сознание. Последнее, что увидел Ионов, еще сохраняя крохи разума – Саломею. Морта оказалась худой бледной девчонкой со спутанными черными волосами и острым лицом, изуродованным крест-накрест двумя грубыми шрамами. На Игоря она смотрела с отстраненным равнодушием, казалось, нисколько не удивленная изменившимся поведением парня.
А затем сознание Ионова отключилось.
Выбравшись из-под обломков обрушившейся на него стены, Война с чувством выматерился. Казавшийся полной бездарностью мальчишка менялся на глазах. Нет, это никак не проявлялось физически. Пожалуй, только резко остекленевший взгляд мог подсказать, что от человека перед ними осталась лишь оболочка. Ментальное пространство вокруг Ионова закручивалось тугой спиралью вихря. Скрючив пальцы, он неуверенно пытался нащупать воздушные потоки, чтобы атаковать.
Этой неопытностью тут же воспользовалась Саломея.
Все с тем же отстраненным выражением худого лица морта резко выбросила вперед тонкий белый луч, способный пробить титан. А в следующее мгновение, разбившись на отдельные потоки, сила Ионова охватила своего хозяина плотным защитным коконом, развеяв атаку осколками стекла и песком. Послышалось утробное, голодное рычание. И, наконец, нащупав опору, юноша бросился вперед, легко взбежав по воздуху. Две гибкие силовые плети в его руках хлестнули по тому месту, где секунду назад стояла Саломея.
Морта, отскочив назад, развернула свой данум – рваные огромные крылья – легко поднялась вверх следом за Ионовым парой мощных взмахов. Копья света в ее тонких пальцах мелькали, словно разряды молний, но ускоряющийся вихрь, защищавший мальчишку, легко отражал их.
Война, потерев ушибленный бок, чертыхнулся и кинулся в бой, разворачивая свою силу. Упругий воздух Нера прогнулся под весом морта, а тот огромными скачками уже приблизился к дерущимся и без предупреждения бросился на Ионова.
Одна из плетей задела его плечо, но боль только раззадорила Войну. Наконец-то все было правильно! Теперь он не избивал слабака из-за дурацких приказов Владыки, а сражался с достойным противником. Реакция Саломеи на собрата ничем не отличалась от реакции на другие изменения, то есть – была никакой. Казалось, ничто на свете не могло нарушить перманентное равнодушие, застывшее на лице девушки.
Сила, выпущенная Ионовым на свободу, была чудовищна. Нер выгибался под его выпадами, разбивая в окнах реальности стекла и заставляя сигнализации машин в ужасе агонизировать громким воем. Но Игорь просто не умел с ней обращаться…
Саломея, устав играть в кошки мышки, бросилась под очередной удар, схватив в кулак кончик плети. Не успел Ионов развеять поток силы, как морта дернула его на себя, и стоило парню на мгновение потерять равновесие и концентрацию, как она, молниеносно приблизившись, схватила Игоря за горло.
– Вот теперь Владыка будет доволен, – сообщила она ровным голосом.
Парень, безуспешно пытаясь разжать железную хватку морты, захлебывался отчаянным животным воем. Он еще мог сражаться, еще понимал, зачем ему это было нужно, но сила больше не отзывалась.
Нереальность выгнулась, застонав от очередного разрыва.
– Твою мать… – комментарий получился емким и честным.
– Ионов, ну какого хрена?!
Оба Матвеева и Найтингейл замерли на земле, пытаясь оценить ситуацию.
Первым бросился на помощь Игорю Олег, с трудом поднимая себя огненными потоками вверх и не думая о том, что он будет делать с превосходящими его по силе противниками. За ним поспешил Бриан. Только Андрей Викторович не шевельнулся, с тревогой всматриваясь в поблекшее лицо Ионова.
– Осторожнее! Мы, кажется, опоздали, – прокричал он.
– Черта с два! – сообщил в ответ Найтингейл и, не применяя силу, просто со всего разбегу врезался в Саломею. – Данте мне голову открутит и заставит самостоятельно прикручивать обратно!
Морта оказалась не готова к простой физической атаке, на секунду отвлекшись на нерила и выпустив Игоря. Тот, так и не сумев дозваться до силы, начал падение. Устремившегося к другу Олега легко перехватил Война. Окружающего Матвеева огня он просто не заметил, легко заломив ему руку и обездвижив.
– Ты скучен, – сообщил он и пинком отправил младшего Матвеева в сторону ближайших развалин, после чего позвал Саломею. – Может, махнемся противниками?
Морта никак не отреагировала на это заявление, сосредоточившись на Бриане. Тот брал не силой, а скоростью, сообразив, что выглядящая хрупкой девушка на самом деле может превращать в пыль целые города.
– Жадина, – фыркнул Война и свечкой рухнул вниз, приготовившись отбивать Ионова у Матвеева-старшего.
Однако тот, смягчив падение юноши, так и не приблизился к Игорю, издали наблюдая, как существо, некогда бывшее лучшим другом его сына, тяжело дыша, готовится напасть на первого, кто сделает шаг в его сторону.
– Папа! – Олег, выпустил в сторону Войны с десяток огненных стрел, но рыжий, легко изменяя траекторию своего полета, уклонился от них, спружинив о пыль и стекло рядом с Ионовым.
– Андрей Викторович! – вместе с Олегом взвыл Найтингейл, сообразив, что от начальника московского Отдела помощи они могут не ждать.
Саломея уже достала его, и теперь, Бриан прижимая ладонь к пробитому молнией животу, отступал в сторону.
– Данте не давал приказа на устранение! Мы не можем все просто так оставить!
– Это уже не Игорь. Спасать сейчас, чтобы запереть в лабораториях Ворона? Или все-таки вынудить Дениса его убить чуть позже? Простите, но перед вами не нерил и не человек. Даже не мервь – гораздо хуже. И мой данум кричит, что я должен это существо уничтожить.