Паутина

Объяснив, что делать с грязной одеждой, Элениэль ушла так же внезапно, как и появилась. Девушки видели, что эльфийки у бассейна поглядывают на них, но обращать внимания не стали. Они привыкли, что мытье нужно только для смывания грязи, и быстро управились, чем заслужили косой взгляд своей провожатой, когда та вернулась.

— Завернитесь в полотенца и следуйте за мной, — велела она.

— Прямо так?! Но нас могут увидеть. — Агата вспомнила толпу мужчин в столовой неподалеку.

Кажется, Элениэль обиделась, но все же пояснила, что часть дворца с купальней и комнатами эльфиек находятся в их распоряжении, и посторонних здесь нет. Снаружи действительно оказалось пусто, и девушки спокойно поднялись по лестнице, очутившись в следующем коридоре, с более высоким потолком и рядом окон слева. Справа было множество дверей, выкрашенных в белый цвет и почти терявшихся на фоне стены.

Элениэль не стала разбираться, где хозяйка, а где служанка, и отвела девушек в разные комнаты, пообещав навестить позже. Она все делала стремительно: двигалась, говорила, объясняла… Агате понадобилось несколько минут на осознание того, где она находится. Ведь только что была столовая и отряд лихолессцев! Теперь же она стояла в небольшой уютной спальне с красным ковром на полу. Он выглядел таким чистым и красивым, что девушка устыдилась своих ботинок, хранивших пыль родных краёв. Она торопливо сняла их и поставила у двери, чтобы рассмотреть все остальное: кровать без каркаса, накрытую таким же красным покрывалом, туалетный столик с полукруглым зеркалом, широкое кресло и несколько сундуков. В последних лежали чистые вещи Агаты, а грязные бесследно исчезли.

Ночных сорочек не осталось, и девушка надела одну из тех, что носила под платьем, украшенную кружевами на манжетах и вырезе. После этого она задернула белоснежные шторы на окне и легла в кровать, собираясь забыться. Но этому помешало восхищение: какое же все мягкое и приятное! Неужели такое бывает? Агата чувствовала, как ее тело провалилось в матрас, как аккуратно подушки поддерживают голову и как греет одеяло. Ничего не кололось, вокруг не ползали насекомые, а щебетание птиц не мешало расслабиться. Вот оно, счастье.

***

Когда она проснулась, на улице уже стемнело. Через окно проникал лунный свет, слишком блеклый, чтобы рассмотреть хоть что-то. Вокруг похолодало, и кровать больше не казалась уютной. К тому же девушка проголодалась, но выходить не стала, боясь заблудиться. Так она и лежала, свернувшись калачиком и пытаясь заснуть.

Неожиданно дверь скрипнула, и в комнате раздались шаги. Агата подумала на Элениэль или Вигдис, но когда в свете появилась тень… Эру, да она мужская! Сердце ударило ее изнутри, а кровь разогрелась так, что стало жарко. Но мгновение кошмара сменилось облегчением, когда девушка узнала фигуру Леголаса. Догадку подтвердил котарди и светлые волосы, которые она привыкла видеть при Луне.

— Ты не ошибся дверью?

— Спи, не обращай на меня внимания, — ответил эльф, избавляясь от сапог.

Он кинул их в темноту и расстегнул пуговицы на верхней одежде, чтобы отправить ее следом. Затем снял рубаху, вынуждая Агату прищуриться, обводя взглядом атлетические изгибы. Они отбрасывали еле заметные тени, подчеркивающие округлые формы рук и угловатую линию груди. Но чем дольше девушка смотрела, тем больше смущалась, вспоминая эльфиек. Их изящные фигуры и длинные ноги… Леголас так красив, а она казалась себе огромной и нескладной.

За размышлениями Агата пропустила, как он снял оставшуюся одежду. Приподняв одеяло, эльф лёг рядом, окутывая ее сладким ароматом. Кажется, это пахло медовое мыло, а сам он только что вышел из купальни. Да, его кожа была горячей, а волосы влажными, как и губы, осыпавшие лицо девушки торопливыми поцелуями.

Рука Леголаса коснулась ее талии и опустилась вниз, настойчиво сжав ягодицу. В полной тишине раздалось шуршание матраса и вздохи, показавшиеся Агате более интимными, чем объятия. Она придвинулись ближе и закинула ногу на эльфа. Его ладонь скользнула от бедра к коленке, потом обратно, медленно, чуть подрагивая, словно удерживая внутри бурю. Она охватила и девушку; в ее чреслах скапливалось напряжение, заставляя дыхание сбиваться. Заставляя осторожно раскачиваться, наслаждаясь ощущением твердой плоти у своего живота.

Ткань не скрывала соблазнительные формы принца, выпуклость груди и острые соски, которые Агата задевала своими. Она беспорядочно оглаживала его спину, уже покрывшуюся испариной, в отличие от ягодиц — на удивление крепких, гладких… Девушка наслаждались ими, наслаждалась влажной ладонью, забравшейся к ней под сорочку. Оба любовника громко дышали, опаляя лица друг друга. Их рты были широко открыты, а языки двигались быстро, проникали глубоко, словно искали что-то. Одеяло сползло к ногам, но холодный воздух комнаты давно раскалился.

Ласки становились все более рьяными, нетерпеливыми. Резко выдохнув, Леголас перевернулся на спину и затащил Агату на себя. Почти агрессивно он сорвал с нее рубашку и жадно смял грудь. Девушка откинула голову и запустила руки в волосы эльфа, вынуждая его приподняться и обхватить губами соски. Она чувствовала, как вздрагивает его член, и шевельнулась, скользя по нему влажными складочками. Коротко простонав, Леголас схватил ее под ягодицами и дернул вверх, требуя большего. Агата и сама изнывала от желания и безропотно подчинилась.

Он вошел медленно, смакуя момент. Оба замерли, прислушиваясь к долгожданным ощущениям, но уже через секунду их стало не хватать. Эльф откинулся на руках, девушка положила ладони к нему на плечи, и они стали двигаться. Сначала размеренно, будто опасаясь чего-то. Но похоть брала свое, застилала рассудок и пульсировала внутри. Толчки становились быстрее, движения утратили слаженность, а крики вырывались уже неосознанно. Они окутывали любовников, перемешиваясь со звуками их соития, что раззадоривало и придавало новых сил…