Страница 26 из 155
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ, в которой герой очень внимательно прослушал лекцию
На кафедре Алекс сразу удачно наткнулся на расписание лекций. Даже ни у кого не пришлось спрашивать. От руки было дописано, что отсутствующего профессора замещает Мартин Браун, номер аудитории такой-то. Вот и хорошо, решил Алекс, заодно посмотрим противника на его поле.
Мартин был великолепен. Искрометен, остроумен. Он подбрасывал студентам проблему и незаметно наводил их на ответ, тем не менее давая им поработать мозгами самостоятельно. Хотя временами чувствовалось его превосходство или нетерпение, если наводящие вопросы не помогали.
Алекс не столько слушал лекцию, она была ему малопонятна, сколько следил за выражением лица и скрытыми эмоциями, «за игрой» лектора. Не то чтобы Алекс был хорошим физиономистом, но он внимательно вглядывался, как Мартин излагает материал.
Лекция закончилась, аудитория опустела. Мартин собрал записи, поднял голову и увидел, что в аудитории кто-то остался. Он удивленно присмотрелся и узнал Санни Крауфорда. Сделал вид, что не обратил внимания, и медленно положил свои бумаги в портфель, проверил что-то и только тогда подошел к Алексу.
Алекс поднялся, когда Маффин с ним поравнялся, ни секундой раньше, и держал паузу. Первым не вытерпел Маффин.
– Что ты здесь делаешь?
– Искал своих, с юридического, услышал знакомый голос, заглянул и заслушался.
– И как тебе понравилась лекция? – насмешливо поинтересовался Маффин.
– Понравилась. Не все только понятно. Например, что происходит с белком дальше, после би... ги... – Алекс щелкнул пальцами, вспоминая незнакомый термин.
Мартин чуть не присвистнул от удивления, но термин подсказал.
– Да, верно, а почему это происходит и что случается дальше?
Алекс не вник подробно, что происходило с тем белком, но Мартин в своей лекции явно темнил. Непонятно, почему студенты это проглотили, не заметив. На остальных моментах Мартин останавливался подробно, пускался иногда в пространные экскурсы, а это место проскочил, упомянул вскользь, замял как-то так, что и вопросов ни у кого не возникло. Но Алекс следил за стратегией лектора, а не самой лекцией.
– Этого пока никто не объяснил, бьются лучшие умы, – снисходительно заулыбался Мартин, однако пораженный проницательностью соперника.
– Ты тоже над этим работаешь?
– Гм, в какой-то степени – да.
– И Эна?
– Эна? Нет.
И тут Мартин не совсем лестно отозвался о работе Эны, что вот, мол, растрачивает свой талант на пустяки, на какие-то связующие звенья между уже изученными областями, которые способны почистить люди менее одаренные. Хотя, конечно, в последней работе она копнула поглубже, и этим заинтересовались в научном мире. Но все, что она сделала, по его мнению, очень спорно. Потом осекся, вспомнив, с кем разговаривает. Опять повисла пауза.
– Ну, я пошел, спасибо за лекцию, – сказал Алекс и не сдвинулся с места.
– Кто дал тебе право использовать наивную девочку, играть на ее чувстве жалости? Бросила одна, нашел другую дурочку! – взорвался Мартин.
– Чувство жалости, говоришь? – лучезарно улыбнулся Санни, показывая свою ямочку на щеке.
Маффин заерзал.
– Я никому не позволю даже попытаться обидеть мою жену, – глядя Мартину в глаза уже стальным неулыбчивым взглядом отчетливо произнес Алекс. – Я-то ничего не боюсь.
Уже в спину уходящему Алексу Мартин сказал:
– Я дал Эне слово и сдержу его.
Алекс обернулся, кивнул и ушел.
А Мартин какое-то время смотрел ему вслед и размышлял, что же в Крауфорде есть такое, чего нет в нем, Мартине. Как, почему Эна предпочла ему этого парня, одной ногой стоящего в могиле.
И почувствовал некоторую неловкость за свой звонок Эниным родителям.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ, в которой герой соглашается быть тренером
Дома вкусно пахло. На журнальном столике в гостиной стояла ваза с какими-то диковинными фруктами, под ней лежала груда проспектов с выставки. А на диване сидели рядышком Эна и Ник и смотрели очередную игру Санни Крауфорда. Алекс изумленно покачал головой, глядя на такую идиллию. Плюхнулся рядом с Эной и обнял ее.
– Держи, съешь ягоду, – протянул ему вазу Ник.
– Ты, что ли, принес? Подлизываешься? Не переживай, за тебя уже есть просительница.
– Ну тебя! Хоть попробуй, – Ник, похоже, обиделся, что его чистосердечное подношение восприняли неправильно.
Алекс все еще был слишком возбужден и отказался.
– Попробуй, – вмешалась Эна, – доложим Доку, стоит ли закупать на корабль или вкуснее найдем?
Алекс и Эна захохотали, Алекс послушно взял дольку чего-то из вазы и сунул в рот. Ник недоуменно на них посмотрел и заулыбался вместе с ними. Уж очень нравилась ему эта пара, даже с их недомолвками.
Игра на экране закончилась. Последние кадры показывали, как Санни уходил в обнимку с какой-то девушкой. Они обернулись и весело помахали в камеру, прощаясь.
– Кто это? – спросила Эна.
– Златка. Помнишь, я тебе как-то рассказывал.
– А-а… Помню. Где я ее раньше могла видеть? Она – фотомодель?
– Нет. Теннисистка, – равнодушным голосом произнес Алекс.
Ник хмыкнул и перекривил:
– Те–нни–си–стка. Лучшая из лучших!
– Ух ты! А можно посмотреть, как она играет? – заинтересовалась Эна.
– У меня нет ее записей, – развел руками Алекс. – Мне же не надо было с ней играть.