Страница 56 из 77
— Сначала я думал создать логический парадокс. Сказать что-нибудь вроде: «Это выражение — ложно». Но затем я подумал, что такой гений как Даэрхенна точно предвидел бы такой вариант. Поэтому я загадал голему задачу, у которой нет решения.
— Одобряю. Насилие — всегда последний вариант для решения проблемы.
Они принялись исследовать записи, работы и артефакты покойного гения Даэрхенны. То, что они там нашли, потрясло даже такого циника, как Вильгефорц до глубины души.
Комментарий к Так говорил Вильгефорц III
На что похож дворец - https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/0/02/Palazzo_Ducale_%28Venezia%29_2016.jpg
Зал и защитное заклинание - https://2.bp.blogspot.com/-zzqbstnGQFs/XGCHaxzQ25I/AAAAAAAABX8/GrMi8a5pe20BKoncRYz7Omdmj-pp25CGwCLcBGAs/s1600/tumblr_pieaocDZTY1qhcxz3o1_500.gif
Брукса - https://vignette.wikia.nocookie.net/vedmak/images/2/26/%D0%91%D1%80%D1%83%D0%BA%D1%81%D0%B0.jpg/revision/latest?cb=20190312115256
Носферат - https://vignette.wikia.nocookie.net/vedmak/images/a/a4/%D0%9D%D0%BE%D1%81%D1%84%D0%B5%D1%80%D0%B0%D1%82%D0%93%D0%92.jpg/revision/latest/scale-to-width-down/1000?cb=20190620130804
Esseat’eth mathair e fraoch - Я ебал твою мать (на эльфско-ирландском языке)
non penis canina est - лат. не хуй собачий
https://vignette.wikia.nocookie.net/vedmak/images/9/9b/%D0%93%D0%BE%D0%BB%D0%B5%D0%BC-%D0%B0%D0%B2%D1%82%D0%BE%D0%BC%D0%B0%D1%823%D0%922.jpg/revision/latest?cb=20170117163421 - Голем
Бета: Отбечено.
========== Так говорил Вильгефорц IV ==========
— Милсдарыня! — из за двери раздался испуганный и запыхавшейся женский голос, принадлежавший новой экономке, шестнадцати лет девчушке, служившей чародейке взамен ее недавно преставившейся бабушки.
— Да? Входи, — ответила Трисс, натирая элегантную ножку мылом.
Чародейка наслаждалась теплой ванной c добавлением офирских ароматических масел. Последний писк моды при королевском дворе, а она не хотела отставать от придворных дам. Ныне, когда торговля окончательно наладилась после военных потрясений, на север вновь начали поступать заморские товары в огромных количествах — шафран, нард, сандал, мирра, корица, кардамон, мускат, перец, апельсины, лимоны, ценные породы древесины, ткани, ковры, шелк, хлопок и многое другое.
— Госпожа, к вам в дом вломилась какая-то личность. И даже не соизволил представиться. — сбивчиво протараторила девица, такие слова были ей в новинку.
— И кто же это? Гретка, я тебе разве не говорила не пускать чернь на порог? А то и вовсе никого не пускать. Я ведь четко и понятно наказала, что сегодня мой день должен быть тихим и спокойным. — строго, подражая Йеннифер, спросила чародейка. Как учила ее Йен, нельзя давать спуску прислуге и распускать чернь. Хотя, Трисс сама себе признавалась, что слишком мягко обходилась с ее домашними, все-таки она с большой привязанностью относилась к бабушке этой девицы, доброй и порядочной женщине, прослужившей ей почти семь лет.
— Простите, сударыня. — экономка потупила взгляд. Ее немного мутило, поскольку она, будучи замужем за молодым человеком недавно поступившим на службу в городскую стражу, начала подозревать что ждет ребенка. Притом не от мужа, а от мимолетной связи с лихим и красивым дворянином из Редании, по имени Ольгерд фон Эверек. Как обычно в таких ситуациях происходит, дворянин этот вскружил голову бедной девушке, подарил ей несколько чудесных ночей и забыл про простолюдинку. Бросил и даже пары слов на прощание не сказал, негодяй! Впрочем, девушка была готова простить Ольгерда, лишь бы тот вернулся. Да вот только ей, кажется, вряд-ли доведется когда-либо вновь его увидеть… — Я ему, как водится, вежливо сказала, что хозяйка велела гостей не принимать, а он как возьмет, как перепрыгнет одним махом через ограду!
— Через трех метровую ограду? Прыжком? — удивилась Трисс
— Я не выдумываю. Я перепугалася, кинулась в крик, а у меня как душу перехватило. Вот честное слово даю, ни звука не смогла издать. А он дал наказ мне провести в дом и вас покликать.
— И как он выглядит? — чародейка вылезла из ванны. У Гретки захватило дыхание. Не от смущения, а скорее от удивления, приправленного нотками зависти. А завидовать было чему! Кожа госпожи-чародейки была гладкой и мягкой как шелк, волосы длинные цвета листвы осеннего каштана, фигура как песочные часы с узкой талией! Да, на ее груди красовались шрамы и ожоги, но она умело скрывала их разнообразнейшими нарядами ярких цветов — зеленого, лазурного и красного. Чародейка носила такие платья, о которых девочка из простой семьи даже не смела мечтать — длинные, широкие, до пола, с широкими треугольными рукавами из сатина, бархата и, по особым случаям, шелка. А зимой советница короля могла себе позволить шубы из соболя или песца. Гретка хотя и демонстрировала безмерное почтение советнице короля, представительнице дворянской фамилии, но в тоже время откровенно говоря побаивалась зеленоглазую ведьму, причем тайно завидуя ей, живущей в усадьбе, носящей шелка, золото и драгоценные каменья, ходящей с непокрытой головой. В тоже время, получить работу экономки у такой господыни было большой удачей и зарабатывала она заметно больше чем ее муж, тянущий лямку в страже. Даже подворовывая (в рамках приличий) парень явно не дотягивал до ее нынешних доходов. Возможно, стоило подумать о более подходящем супруге или хотя бы любовнике, но немного попозже, так как сейчас было явно не до того.
— Такой молодой, статный. С бритой головой, на правой щеке свежий шрам. Одет он был по-господски, хоть и не по-нашенски и при оружии. Велел передать, что будет ждать в будуаре.
— Кто же это мог быть? — вслух задумалась Трисс, перебирая варианты, пока Гретка помогала ей одеться.
Трисс не спеша оделась. На ней было элегантное приталенное зеленое шелковое платье и диадема. Нужно было продемонстрировать этому хаму, кто такая четырнадцатая с холма, королевская советница, Трисс Меригольд. Пусть этот наглый дворянский отпрыск знает свое место, пусть подождет, потомится!
Когда госпожа чародейка все же соизволила принять гостя, спустившись в будуар, она быстро поняла, что посетитель, столь бесцеремонно ворвавшийся в ее обитель никакой не зазнавшийся рыцарь и даже не приударяющей за каждой юбкой младший сын барона Кимбольта, как она могла предполагать. В будуаре, рассматривая свежеприобретенную Трисс картину выдающегося реданского художника Ван Роога, стоял мужчина.
Было что-то странное в его облике, ибо держался он слишком уж непосредственно, а не куртуазно, как пристало бы всякому порядочному рыцарю. Был одет не в доспехи, которые горделивые юнцы носили даже в повседневной жизни, претерпевая сопутствующие неудобства, и даже не в камзол, как диктовала мода. Вместо этого на нем был зелено-голубой кунтуш поверх белой с узорной вышивкой хлопковой рубахой. Парень был обут в мягкие кожаные сапоги из кожи виверны, а обликом напоминал реданского дворянина-раубриттера. Лицо его было свежим, пышущим здоровьем и юностью. Черты лица были правильными и пропорциональными, — широкий подбородок, прямой нос, кожа бледная, глаза голубые, а с правого виска до щеки его украшала тонкая полоска шрама. Волосы были очень короткими, не длиннее трех миллиметров и ни намека на бороду или усы не присутствовало на лице этого наглеца. Наряд дополняла висящая в ножнах на поясе карабела — недавно появившаяся разновидность сабли, снискавшая себе популярность в Редании и Каэдвене.
— Боюсь вы ошиблись дверью, сударь. Ежели у вас нет чрезвычайного дела, то я требую, чтобы вы сию же секунду удалились! — сказала она холодным голосом, со всем церемониалом необходимым в общении со знатью.