Страница 9 из 327
— Докладывайте. — с напускным безразличием бросила старая полная женщина, в дорогущем кимоно. — Хай! — в очередной раз поклонился мужчина средних лет — глава Рода Мори. — У парня потрясающий даже не талант — Дар художника! — мужчина говорил жарко, с запалом. — Он впал в транс, и сумел воплотить Шедевр — «Окно в другой мир», а после, когда еще восстанавливался, расписал весь дом потрясающей красоты картинами, не хуже лучших мастеров кисти. Он даже без специального образования способен погружаться в транс, и создавать великие вещи. Я считаю, что его должен обучать Мастер кисти, его Дар можно закрепить в наследии! Нельзя упускать такой шанс! — уже чуть не кричал мужчина, подаваясь вперед, с горящими глазами. Старуха скривилась как от зубной боли, отворачиваясь еще больше, хоть и сидела в пол оборота. Услышанное ее явно не обрадовало, а сидящие перед ней мужчина и женщина вызывали раздражение, что старуха и не думала скрывать. Но сейчас не время изливаться ядом, нужно немного подождать, всего несколько минут. — Маюри-сан, тебе есть что сказать? Может, что-то хочешь добавить? — Арата-кун очень успешно справляется с учебой. — женщина говорила спокойным голосом, не проявляя эмоций, а по ее лицу что-то прочитать было невозможно — фарфоровая маска. — Все оговоренное преподается в полной мере, и мальчик не выказывает проблем с освоением на практике. Стоит отметить, что мастер меча, приставленный к мальчику, не исполняет своих обязанностей, и не реагирует на слова. Считаю, что он должен возместить неоправданное доверие, и потраченное зря время. Старуха слушала внимательно, а на последних словах в ее глазах мелькнуло что-то нехорошее, ее отношение к услышанному отразилось в злобном прищуре. — Разберемся с этим бездельником, не переживай. — старуха махнула рукой, несколько беззаботно, но более молодая женщина низко поклонилась из положения сидя. — Что можешь сказать о его долгих отлучках? — снова прищур, пробирающий холодом. — Наблюдатели докладывают, что мальчик провел несколько мелких воззваний к духам, но большую часть времени проводит в глубоких медитациях. — Результаты? — Никаких изменений на островах за все время. Магический фон, и уровень энергий находится в пределах природных норм. Воззвания духов не повлияли на мир. Я считаю, что это была тренировка, испытания своих сил. — Скорее всего так оно и было, — покивала своим мыслям старуха, глядя на море. — но наблюдение продолжать. Это всё? — Да, госпожа Старейшина. — Мори Маюри снова поклонилась. — Так что с обучением парня? — не выдержал мужчина. Мори Горо встретил недовольный взгляд Старейшины тяжело, но ждал ответа. Скривившись, старуха ответила. — Для новой ветви клана Миядзаки не нужен дар художника, его участь быть клинком, оружием в руках клана. Тебе все ясно, Горо-кун? — старуха придавила мужчину тяжелым, выжидающим взглядом, и ему не оставалось ничего, кроме как низко поклониться, соглашаясь с решением верхушки клана. — Хорошо, можете быть свободны до ночи, когда придет время ритуала — вас позовут. — и Старейшина отвернулась, давая понять, что аудиенция завершена. Еще раз поклонившись, супружеская пара покинула просторную комнату. *** Подземелья завораживали, вызывали совершенно новые чувства, чем пребывание в небесах (Братья показали каково это — летать в выси), или бытие на земле. Под водой я еще не успел побывать, но эта мысль успела отложиться на будущее, однако, не об этом речь. Речь о угрюмой тишине, давящей, потрясающей своей мощью. Каждый новый метр, выхваченный из когтей тьмы голубым светом открывал что-то новое: удивительные узоры скальной породы, разноцветные переплетения линий и нитей, исполненные в геометрической правильности прямых и кривых, разнообразие оттенков камня и блеск полированных водой и ветром граней. Все это было красиво, и общая атмосфера мрака и тишины только подчеркивала, жадно скрывая прекрасные детали от чужого глаза. Ожидаемых сталактитов и сталагмитов было крайне мало, и то — только в самых больших пещерах, которые встречались очень редко. В основном же, пауки пробирались по узким щелям, будто разрывам горной породы, уходящим на долгие десятки метров в разные стороны. Волшебные куклы рыскали во тьме, исследуя потаенные уголки. Те же, что успели обзавестись новыми дополнениями действовали медленнее, основательней, исследуя каждую трещинку, стараясь заглянуть везде. Таким образом была найдена одна небольшая трещина, открывающая вид на подземный ручей. Новые приспособления быстро подтвердили свою состоятельность: три паука собрались у щели, и в течении двадцати минут с помощью кислоты и клешней расширили достаточный для себя проход. Труба ручья представляла собой сильно вытянутый овал, с отметками на разной высоте, демонстрируя то, как вода точила камень. Тоже, кстати, весьма интересный вид, и стоит, наверное, подумать о том, чтобы как-нибудь спустить в эти пещеры фото- и видеокамеры с освещением, дабы запечатлеть все увиденное. Хотя, пленка не способна передать в полной мере все ощущения глубокого подземелья. Пауки же продолжали исследования, и через час вновь натолкнулись на ход еще глубже: в одном месте водой промыло небольшое отверстие в почти идеально круглую трубу оплавленого камня, идущую снизу вверх. Столь интересную вещь пропускать нельзя, и волшебные куклы снова расширили ход, и стали опускаться по каменной трубе вниз, уходящей под небольшим углом все глубже и глубже. По пути попадались каменные пузыри, не очень крепкие, не всегда сферической формы, полые внутри. Пауки ломали их легко и быстро, продолжая спуск, пока не добрались до небольшой, метров десяти в диаметре, комнаты. На всех поверхностях присутствуют следы вулканической деятельности — потеки оплавленного камня, а кое-где сразу же бросались в глаза целые застывшие «капли», размером с футбольный мяч. Пара пауков отправилась исследовать каменную трубу вверх, для разведки прямого выхода на поверхность, однако, выяснилось, что метров через шестьдесят, или чуть больше, трубу перекрывает сплошной слой застывшего базальта, и ковырять его можно довольно долго. В камере же из интересного были только «капли», поэтому в ней остался только один паук, остальные отправились глубже. Оставшегося взял под контроль, у меня вдруг появилось странное желание попробовать расковырять эти застывшие капли, чем, собственно, и занялся. Каково же было моё удивление, когда каменная скорлупа открыла синему свету блестящую россыпь мелких камней, костром заигравших в освещении. Вид сильно напоминал фрукт «Гранат» — скорлупа, и куча плотных сочных семян внутри. Паук осторожно взял клещней камень покрупней, и поднял его повыше, чтобы лучше рассмотреть. Темный камень поблескивал неправильными гранями, вызывая иррациональное желание взять его в руки. Паук снова опустил взгляд на остальные камешки в застывшей капле, и оператор задумался ненадолго, после чего клешня опустила обратно один из самых крупных камней, и паук двинулся к следующей капле-потеку. Через несколько минут в камеру пробрался другой паук, не успевший пройти улучшения. Подхватив хелицерами, и крепко его зафиксировав, кукла шустро двинулась к поверхности, неся найденный камень. Оператор ждал с нетерпением, руки буквально чесались от желания осмотреть свою находку поближе, но торопить свое создание не стал — кукла и так двигалась на допустимом для подобных условий пределе. Нужно только подождать.
====== Глава 9(1) Медная Гора ======
Комментарий к Глава 9(1) Медная Гора Могут быть ошибки, но телефон не позволяет редакцию такой большой главы. Из-за этого же глава разрезана. Вторая часть будет через минуты. Спасибо за внимание)
Глава 9(1) Медная гора
Мальчишка лет тринадцати-четырнадцати сидел на веранде с видом на море, и не мог оторваться от камешка в руках. Небольшой кусочек темной синевы целиком и полностью завладел вниманием ребенка. Он его крутил и так и этак, часто поднимал вверх и смотрел на свет, любуясь необычными переливами и отблесками необработанного камня сине-зеленого цвета. Улыбка не покидала его лицо, но иногда она будто застывала на его лице, и взгляд мальчика едва заметно стекленел, но это быстро проходило, и улыбка вновь расцветала. Сидящие в комнате взрослые и девочка, немного младше мальчика, пили чай с пирожными, и молча переглядывались, или посматривали на сговоренного жениха дочери. Прошедший разговор очень сильно повлиял на мальчика, и это было хорошо заметно. И если девочке было все равно, то взрослые задумались над радостью будущего зятя — уж слишком серьезным он себя показал, взрослым не по годам. Потому такая открытая радость просто не может быть вызвана обычной детской любовью ко всему необычному, или яркому. Взрослые решили не давить на него, но присматривать за его действиями, ведь причина должна быть, и отыскать ее они обязаны перед своим сюзереном, да и самим интересно, чего уж скрывать. Сам же мальчик, или уже скорее подросток, если судить по тому, как быстро он растёт, полностью погрузился в свои мысли, начисто проигнорировав свои любимые булочки с клубничным джемом. *** — Сапфир. — уверенно ответил Горо-сан, после десятиминутной экспертизы. Маюри-сан не смогла идентифицировать камень, когда я его продемонстрировал, серьезно задумалась. В ее глазах было заметно, что у нее есть предположения, но озвучивать их женщина не стала, сказав, что ее муж неплохой алхимик и зельевар, поэтому хорошо разбирается во всем, что с этим связано. По приходу домой, мужчина согласился определить камень, и вынес свой вердикт. Версия нахождения сапфира проста: на склонах гор есть несколько родников, и даже парочка минеральных источников, которые местные приспособили под онсэны. Так вот, я сказал, что камень нашёл в одном из ручьев, когда отдыхал, и от нечего делать перебирал гальку в ручейке. Ответ не удивил взрослых, а их дочь лишь слегка изобразила интерес, когда ее родители выдали более детальную информацию. — На самом деле мы живем на вулканическом острове. Это, думаю, тебе уже известно. — я утвердительно кивнул, слушая мужчину. — Так вот, некоторое время считалось, что вулкан потух, но горячие источники не появляются там, где нет сейсмической активности. Но это так, предисловие. На обратной стороне острова есть большая расщелина, с выходом кварцевой жилы, причем, она доступна для открытой разработки, и мы используем этот розовый кварц для своих нужд, не выставляя на продажу. — мужчина посмотрел на меня выжидающе. — Понятно. — я медленно кивнул. — Алхимический ресурс будет пользоваться спросом в любом случае, — я говорил медленно, догоняя ситуацию. — и его можно продавать, но свои потребности тоже есть и будут, так что выгоднее этот ресурс сохранить для своих нужд. — Верно. — Маюри-сан довольно улыбалась, как и ее муж. — В интересах клана обладать подобными ресурсами, и всегда следует смотреть в перспективу. — Розовый кварц используется для стабилизации и регулирования хода реакции в алхимии и зельеварении. Также, в той расщелине есть выход золотой жилы, пусть и довольно бедной, но все же. Однако, она находится глубже, и в попытках ее разработки сгинуло много народу. Все дело в том, что там множество трещин и провалов, горные работы вызывают новые смещения и провалы, и работать там не просто опасно, а смертельно опасно даже с современными технологиями, даже если бы кто и пустил бы на остров эти самые технологии. Короче, к сегодняшнему дню даже самые тупые поняли, что золотая жила недоступна, и мы остановились на добыче кварца. — Мдаааа… — негромко протянул я, прикидывая уже, как бы взяться за «презренный» металл. — Насчет твоего сапфира. Время от времени люди находят самоцветы различной величины и стоимости, так что твой случай не уникален. Хотя, должен признать, тебе повезло. — Чем же? — изображать жгучий интерес без надобности — он есть и так. — Твой камень хорошего оттенка и чистоты, да еще и крупный. Если его огранить, то можно дорого продать не только среди волшебного мира, но и простецы выложат неплохие деньги. — Только у меня такое чувство, что огранка не будет дешевой… — задумчиво тяну. — Верно, но огранка открывает не только красоту камня, но и его магический потенциал, так что лучше неограненным его не продавать. Это мой тебе совет. — Спасибо. — я серьезно кивнул мужчине, ибо совет дельный. — А какие еще камни находили? И пробовали ли разрабатывать ручьи? — Разработки велись, силами простых людей в частном порядке — мы не препятствовали. Зачем? Ведь камни мы же и скупали. Но за все времена самоцветов было найдено совсем немного, и даже размерами твоего камня было найдено очень мало, и всё подробно описано. — мужчина ненадолго замолчал, попил чаю, продолжил. — Находили же, в основном, сапфиры и топазы, попадались несколько мелких рубинов, а также апатит, гранат, кварц, кордиерит, турмалин, циркон, шпинель, эпидот. Все самых разных оттенков. — Какая богатая гора. — восхищенно выдохнул я, не в силах сдержаться. На ум пришло сравнение со сказкой, виденной когда-то в детстве. — Да, — довольно кивнул мужчина. — камни здесь попадаются разнообразные, а рубины и сапфиры качеством не уступают самым известным месторождениям мира. — Ничего, если я буду задерживаться на горе чуть дольше обычного? — нет, реально, сдержаться я просто не мог. Мужчина только усмехнулся, по доброму, его жена — тоже, но добавила. — Только будь острожен, в темноте можно легко сломать себе что-нибудь, поэтому сумерки — крайний срок. — серьёзно сказала женщина, не сводя с меня взгляда. — Я понял. — снова киваю, опуская глаза — типа покорность и понимание. — Хорошо, если так… А дальше я ушел на веранду, обдумывая свои дальнейшие планы на оставшееся время. Что ж, раз уж тут ТАКОЕ, то тренировки можно чуть сократить, и кое-где срезать, а с учебой — поднажать. Я не знаю, что со мной случилось, но стоило взять в руки этот темный камень, как захотелось, чтобы он был не один, а полные горсти, даже больше. Для чего они мне — я не знаю, честно, просто хочется, и желания сопротивляться нет совсем. Потому, нужно набросать план работы, а также придумать, как вытаскивать камни в большем количестве, а не гонять пауканов каждый раз с одним камнем… *** На следующий день сперва приставил к работе духов и Братьев, а сам отправился посмотреть на расщелину — никогда не видел таких геологических образований, и подобный шанс упускать нельзя. Что ж, могу теперь понять, почему геологов все время несет на приключения, ну, или я так думаю. Будто огромные стрелы кристаллов пробили скалу, вырастая из недр земли, да так в горе и застряли. Рубленые, резкие линии, блеск и цвета жилы розового кварца — очень красиво, и пытаться описывать эту красоту — только портить впечатление тем, кто увидит это вживую. Скажу только, что этот вид тронет каждого, пусть и в разной степени, но равнодушных не останется, я в это верю! Золотая же жила не впечатляла. Честно. Просто кривая полоса желтого цвета, с кучей мелких жилок, отходящих от основной линии, и всё. Ну, в фильмах их так и показывают, поэтому чего-то чудесного я и не ожидал, поэтому и не разочаровался. Но задумался: а как же его ковырять? Короче, всю следующую неделю я потратил на новые раздумья, в ходе которых истратил кучу бумаги для эскизов. Жизнь шла своим чередом, и я даже начал общаться с практикантами из Махоутокоро — магической академии Японии. Как мне рассказали, в академию записывают всех одаренных детей, и есть даже что-то вроде яслей, куда берут детей с четырех-пяти лет, но основной набор с семи. В общем, в академии реализован стандартный японский метод образования, с разбивкой на младшую, среднюю и старшую школу, а также профильные высшие курсы (что-то вроде институтской аспирантуры, или как-то так). Вот эти практиканты и прибыли сюда по давнему договору между кланами и властью, пока у них каникулы, парни и девушки здесь знакомятся с реальной работой. Хороший метод, мне нравится. Да и вообще, чем больше я узнаю об этой стране, тем больше мне нравится их методы обучения своей рациональной методикой, подходом. С другой же стороны, после серьезной обработки кадров, их, очень часто, тупо выбрасывают на улицу, и работу они ищут сами. Сильно повезет, если во время практики студент приглянется возможному работодателю. Бред, как по мне. В стране полно работы для магов, и кадров даже не хватает (мне это известно из разговоров с Горо-саном, и его женой), но центральная власть, и кланы, почему-то, мало внимания обращают на это дело, просто перегружая своих людей сверх нормы, лишая выходных. Короче, странные люди. Или у всех магов есть свой «прибабах», как это показали в фильме про мальчика-который-везде-затычка? Ладно, на меня это не влияет, поэтому переживать смысла нет. А если припрет, то я уже вижу решение, так что нет проблем. Возвращаясь же к Махоутокоро, стоит добавить, что социальный аспект академии также продуман: там цветет махровая кастовость с властью клановых детишек, и подчинением магов в первом поколении, или «возвращенных» — потомки тех родов, что по какой-то причине потеряли дар магии. Но из-за аристократического воспитания, особо влиятельные детишки не выставляют свою исключительность напоказ, даже обедают в общем зале столовой. Ну, не принято здесь выпячивать губу по поводу и без. Все всё знают, всем всё известно, поэтому родовитые крутятся в своем кругу, контактируя с «простым людом» через слуг, или же, очень редко, сами. «Простой люд» же делает вид, что не замечает мутки высокородных, и живет своей жизнью, хотя, стоит признать, некоторым хватает ума пытаться прибиться к элите, чтобы устроить будущее. Совсем не редкость, когда особенно красивая одаренная уходит в какой-нибудь клан наложницей, или, пусть реже, младшей женой. А талантливые маги, удачно мелькнувшие, прямо с прощальной церемонии уходят на службу. В общем, все как и у простых людей. Мне опять же понравилось, как описывали практиканты здешнюю элиту, которая не ввязывается в склоки и дрязги просто потому, что это ниже их достоинства — уподобляться плебсу, — у них для этого есть слуги и охрана. Пусть это и высокомерно, зато всем всё ясно, к тому же, власть в руках кланов реальная, и они могут себе позволить такое поведение. Жаль, что меня в академию не пускают (для клановых это допустимо, а обычные одаренные обязаны отучиться там, и только в восемнадцать могут выбирать — как дальше жить). По истечении недели, был изготовлен первый опытный образец, который я назвал «Харвестер». Его предназначение вытекает из названия — сбор материалов, возможно, в будущем, еще и ингредиентов. Выглядит как тот же паук, только задняя часть значительно увеличена в длину, и обзавелась еще тремя парами лапок. Само соединение с головогрудью более подвижное, и усиленное, в связи с задачами будущего, смыслом существования «Харвестера». Соединение позволяет «грузовому отсеку» по-разному изгибаться, чтобы «люк», размещенный внизу, рядом с соединением, мог исполнять свою задачу, а пара лапок-жвал — свою. Еще две пары лап дополнительно поддерживают разросшееся чрево. Вот такое чудовище я сотворил силами духов, уже заметно подросших на моей магии. Первый же тест-драйв доказал состоятельность новых пауков. Когда это чудовище поднялось к свету, и, расколов вдоль чрево (механизм выгрузки: просто раскрывается, как раковина малюска), вывалило на траву добытые кристаллы, я испытал восторг. Настоящую радость! Хотелось кричать и танцевать, но воспитание успело отбить подобные порывы, и я просто улыбался, ощупывая и разглядывая разбитую сапфировую друзу. Естественно, что сам «мяч», в котором скрывались сокровища, разбивать было жалко, ибо очень красиво. Вся внутренняя поверхность идеальной сферы оказалась покрыта мелкими кристалллами, а в самом центре разместился самый крупный кристалл, с несколькими поменьше по бокам. Красиво, очень, но этот «мяч» целиком колупать из стены пришлось бы очень долго, да и для его подъема наверх пришлось бы основательно расширять некоторые проходы. Мне даже для «Харвестера» пришлось расширить пару трещин, чего уж говорить о «мяче». Ну, да ладно, главное — паук-мутант кустарного производства показал себя на оценку «Выше Ожидаемого», и это только прибавило мне радости. Еще неделю я только и занимался тем, что контролировал исследование камеры: духи-операторы в кристаллах усердно набираются опыта, и стоит им лишь раз показать пример, как они его берут на вооружение, и в дальнейшем могут выполнять схожую (в пределах некоего процента отличий) задачу сами, стоит лишь поставить общее задание. Вот поэтому и трачу на них свое время. Да что говорить, если на третий день с испытания «Харвестера» у меня оказался свободным почти весь день, не считая занятий в школе с восьми до десяти. Так вот, я ломанулся в горы, и сидел там целый день, пока голод не стреножил. Идти обратно не хотелось — обнаружилась еще одна сфера, предположительно, с кристаллами, но углубленная в скалу. Прикинув, решил отправить двух новых пауков на естественную им работу — охоту. Через час мне притащили дикого кролика, и от духов-операторов просто перло самодовольством. Я тогда еще задумался: это так на нейтральных духов физическая форма влияет, или духи не были нейтральные? Короче, взяв одного паука под контроль, разделал тушку, обмыл ее в ручье, и снова же, с помощью пауков, насобирал сушняка, устроив костер. Далее, когда случались оказии, пауки (причем, любые, даже те, кого я этому не учил) уже сами все это делали, только огонь разводил я сам, ибо в пауках функции зажигалки не предусмотрено. А я пару раз удивлял семью Мори жареной дичью, завернутой в листья. Попутно с обучением пауков, работал еще над тремя проектами: две теории, и одна конструкция. Начну с последнего. Вопрос выращивания искусственных кристаллов встал ребром, и старый вариант «печи» пришлось в быстром темпе переделывать. Как говорится, дьявол кроется в мелочах. Вот и моя печь из каменной сферы с контролирующими и силовыми кристаллами, и печатями превратилась в сферу, но другую. Сперва хотел сделать стеклянную, но подходящего песка не оказалось, поэтому свой взор я повернул в сторону местного кварца. Как его переплавить, при этом сохранив свойства самого материала — я не знал, потому обратился к Маюри-сан. «Расколола» она меня просто: «Не буду помогать, пока не скажешь зачем». Что ж, я, тяжело вздохнув, «признался», что хотел сделать из розового кварца фигурку зверька, и попробовать вселить в нее духа, сделать себе питомца. Женщина, смерив меня странным взглядом, прочитала долгую лекцию на тему того, почему, для чего, и во что обычно вселяют духов в предметы и статуэтки. Благо про обычных шикигами не упоминала, ибо — попса. Но, в итоге, помогла, правда не так, как бы мне того хотелось: женщина вытащила из складок одежды небольшой деревяннный жезл, с навершием из какого-то зеленого камня, в виде наконечника стрелы, и, проговорив шепотом что-то, коротко им взмахнула. Заготовленный камень «потек», превратился в желеобразную массу, подрожал немного, и превратился в каменную морскую свинку розового цвета. У меня в голове закоротило от увиденного. В себя пришел от того, что меня трясли. Но первое время мне было плевать, все, что было у меня в голове, это «КАКОГО %УЯ?!». Отпоив меня чаем с булочками и клубничным джемом, при этом Маюри-сан все время посмеивалась, мне открыли страшную тайну: здесь практикуют магию не только такую, как я видел ранее, но чаще всего использую посохи, жезлы и волшебные палочки, реже — разные браслеты, перстни, кольца, копья, мечи и кинжалы, совсем редко — магические имплантаты в руках. Моё ошарашенное лицо снова развеселило женщину, и она хохотала во весь голос, не сдерживаясь. Когда мы оба успокоились, мне пообещали лекцию и на эту тему, но только когда домой вернется Хана-чан — ей тоже будет полезно послушать. Тем более, уточнила женщина, если подойти к созданию магического инструмента с умом и знанием, то есть учитывать кучу переменных, в том числе и будущего супруга, то результат выйдет лучше. Очередное упоминание повешенной удавки меня встряхнуло, и я вспомнил о забавном труде, и милых снадобьях, в нем описанных. Подобная забота уважаемой Мори Маюри-сама требует ответного жеста, и я взялся за разбор увиденного ранее текста. Не буду пересказывать всю лекцию уважаемой женщины по поводу маг. инструментов, но уточню: форма концентратора зависит от задач, удобства, и привычки мага; материал оболочки концентратора, а также его сердцевина подбираются индивидуально, и факторов там много, а если создаётся СЕРЬЁЗНОЕ орудие, то ещё больше. Начиная с крови мага и его зодиака, и заканчивая текущим психопортретом, который со временем может измениться, и концентратор изменится тоже, улучшив синхронизацию. Простой же ширпотреб довольно доступен для покупки, но чего-то особенного от него вряд ли добьешься, ведь не каждый одаренный имеет склонность к трансфигурации, чарам и боевой магии, с уклоном в огненную стихию. Короче, все очень сложно, и толковый инструмент создается дорого и под каждого пользователя индивидуально. Другой вопрос — платежеспособность, поэтому и не все обладают индивидуально-идеальным инструментом. Выслушав всё это, признал, что спешить мне некуда, и за свой концентратор возьмусь много позже, когда провентилирую данный вопрос глубже и подробнее. Факт, что о маг. концентраторах уже упоминалось, почему-то, в сознании не задержался. Почему? Однако, эта беседа, и последующая лекция не отвлекли меня, и я узнал ритуальный аналог того, что сотворила жезлом Маюри-сан, и уже через пару дней я взялся за сферу-печь. Не забывая о «благодарности» хозяйке. Нет, ну как можно оставить без внимания то, что я записал в специальном блокноте? Вот-вот, и я о том же, поэтому в небольшой пещерке я потихоньку варил особое зелье в свежесозданном кварцевом котле — отличном, как выяснилось, предмете зельеварения. Но не для всех составов. Ингредиенты собрать не составило проблем, разве что долго варилась моя «благодарность» — целых полтора месяца, но это ничего. Подлить «благодарность» в сливовую наливку, столь любимую обоими супругами Мори, с которой они, стоит отметить, не перебарщивали, также не составило труда. А особо дорогой и редкий добавочный ингридиент, не являющийся таковым на этих островах, только качественно улучшил мою «благодарность». «Нефритовая Ночь Императора-Дракона» — древне-китайский состав, особо хранимый и оберегаемый в императорской династии Поднебесной, вызывающий не только жар в чреслах, но и способность к зачатию у человека любого возраста. А добавочный ингридиент гарантирует зачатие мальчика, а если партнёры достаточно молоды, как говорилось в трактате «Блеск звёзд на чешуе Владык Мира», то велика вероятность и двойни, а то и тройни. Первые же страстные охи-вздохи, быстро оборванные «Пологом тишины», вызвали у меня оскал и потирание ладоней. Полагаю, им пришлась, и еще придется по вкусу моя благодарность. А также, это отвлечет от меня острое внимание четы Мори. Остатки «Ночи» я разлил в особые фиалы, и запечатал в стазис, ибо зелье вышло отменным (ритуал-анализ подтвердил), к тому же, ничего подобного в более новых трудах найдено не было. Обычные приворотные, афродизиаки, да всяческие маломощные зелья «Плодородия» не в состоянии заставить столетнего старика воспылать, и основательно повалять молодую кобылку со стабильным результатом, причем, в обход всяких проклятий и сглазов. Так что выливать такой состав преступно. Возможно, хотя нет, точно возьмусь, и наварю ещё пару тройку котелков, так, на всякий случай. Даже обычные простецы за такое правую руку отдадут, не говоря уже о магах… Позже я действительно сварил еще два котла «Ночи», и все зелье было запечатано в особой шкатулке, созданной духами, и запечатанной в артефакте-тайнике. На будущее. Кварцевая сфера получилась чуть больше полуметра в диаметре, по экватору её разместилось шестнадцать управляющих кристаллов, а на полюсах — силовые. Иероглифы печатей четырьмя кольцами черных символов разместились строго паралельно друг другу, на равных расстояниях от экватора вверху и низу сферы. Сама сфера вышла крепкой, с толщиной стенки что-то около пяти сантиметров, становится на четырех невысоких шарообразных подпорках. Почти в самом низу, у самого нижнего кольца символов, разместились окна ввода сырья для кристалла, и, собственно, сама ванна, на которой и формируется конечный продукт. Следить за процессом внутри сначала хотел с помощью прозрачного окна, но это бы вызвало ослабление структуры, поэтому использовал иллюзию, передающую живую картинку изнутри по воле оператора. Чувствую, что можно сделать еще лучше, но не хватает ума найти изъяны, к тому же, когда впервые ее запустил, никаких минусов не нашел, сфера-печь полностью оправдала свое создание — сократила время роста кристаллов больше, чем в два раза. Подумав еще над дальнейшей модернизацией, признал, что меня всё устраивает, и плюнул на это дело — у меня и другие дела есть, чем создавать идеал, к тому же, у Мори в два раза хуже, и они не жалуются! К ТОМУ ЖЕ, мои улучшения привели к тому, что мне проще регулировать настройки, поэтому первая же партия кристаллов вышла не с двенадцатью гранями, а вдвое больше, что значительно повышает их качество. Короче, со сферой я закончил, предварительно, «припаяв» к ней привязку ко мне, так что даже если кто сопрет, то все, что получит после запуска — красивый взрыв с кучей поражающих элементов. За всеми мыслями и заботами я как-то пропустил момент, когда с острова прогнали моего типа-учителя. Кривясь, будто учуял что неприятное, Горо-сан поведал, что этого человека прогнали с островов не только из-за меня. Этот индивид вообще, как открылось, всех своих учеников учил на уровне «ну-его-нахер», хотя сам является очень сильным мастером. Когда его прижали, то он выдал пафосную тираду на тему «я сам прорывался, учился, пусть и эти бездари сами добиваются! Я не намерен дарить своё искусство за просто так!», чем заслужил кару. Дело в том, что он подписал серьезные контракты на обучение, но проигнорировал свои обязанности, за что и поплатился: его отрезали от магии, лишив почти половины того, на что он был способен ранее. Теперь его потолок — личное додзё в мире простых людей, да и там у него не лучшая слава. Что ж, сам виноват, и сам заслужил. А тренируюсь я теперь сам, так как свободных мастеров, согласных сейчас перебраться на острова нет, а ездить к кому-то у меня нет ни времени, ни возможности. Были мысли задвинуть тренировки, и плотнее заняться добычей самоцветов, и исследованием подземелий, но одного воспоминания недовольного Сугавары-сенсея мне хватило для мотивации, и я честно отрабатывал известное мне. Между тренировками и занятиями, а также практикой, собрал два новых вида кукол: «Богомол» и «Светлячок». Выглядят почти так же, как и обычные насекомые, с небольшими изменениями. У первого всего один большой глаз вместо головы, а косы созданы из металла, специально мной обработанные. Кроме крепости кос, добавил функцию резака: кромка лезвий раскаляется до белого цвета, что позволяет буквально резать камень. Таким образом и началась добыча золотой руды: богомолы вырезали куски из скалы, а пауки или «Харвестеры» ее перетаскивали. «Светлячок» же приобрёл только увеличенный до указательного пальца взрослого человека размер, более цепкие лапки, а также способность уверенно плавать в воде и под водой. Его главная роль — скрытный разведчик, так как усики этой куклы-жука создают эффект эхолокации, и даже без освещения он «видит» мир вокруг. Мне же передаётся серая картинка, собранная из дрожащего «снега» «радиопомех», довольно своеобразно, но можно привыкнуть и понимать. Усиленный «фонарь» куклы, полученный путем внедрения второго кристалла, позволяет освещать круг, диаметром до десяти метров. Из-за размера «Светлячков» большой кристалл для духа-оператора вставить не вышло, от чего и сама кукла вышла куда более «тупой», но другие функции кристалла-ядра удалось сохранить. Зато скорость перемещения по любым поверхностям у них потрясающая. Через какое-то время испытаний, связал простых пауков и «Светлячков» в подобие телепатической сети. Это сразу же повысило эффективность работы разведчиков, а пауки теперь иногда просто замирают, не двигаясь, по связи управляя подчиненными. Так они нашли проход в глубины горы, в самые недра, куда спускались несколько дней, пока не добрались до выхода настоящей лавы. От такого я малость прифигел, конечно, понаблюдал, полюбовался видом расплавленного камня. А когда увидел на некоторых стенах налет желтого цвета, тут же отправил туда «Харвестеры» и несколько пауков для пробоя достаточной ширины проходов. Вулканическая, «живая» сера — не то, чтобы очень редкий, но недешевый ингридиент для разных отраслей магической жизни, поэтому создать себе запас совсем не помешает. В остальном же, мои разведчики шныряли по подземельям горы, трещинам, расщелинам, выискивая что-нибудь интересное, с особым приказом поиска и исследования водных путей. Слова о том, что в ручьях находили самоцветы я не забыл. Раз их нашли в ручьях, значит, их принесло водой, значит, где-то вымыло, значит, где-то должно лежать ещё. Вот это «ещё» я и хочу найти. Однако, стоит признать, что гора реально большая, и уходит очень глубоко, для ее полного изучения мне потребуется очень много времени, возможно — годы. Но я не падал духом, тем более, мне было на что отвлекаться. Практика с растениями меня все больше восхищала, а слова о ценности и применении буквально кружили голову. В итоге, за полтора месяца до отъезда я закончил очередное своё творение: «Сундук С Сокровищами». Именно такое название удовлетворило моё ЧСВ. Выглядит сие чудо моего гения как обыкновенный деревянный сундук, с железными полосами и уголками, с ровной крышкой. Но весь секрет и изюминка внутри, ибо его задача — сохранение, защита. Хорошенько все обдумав и взвесив, я, под клятву о неразглашении, показал сие чудо Маюри-сан. И попросил посодействовать в наложении необходимых мощных защитных и стазисных свойств сундука, так как сам на такое ещё не способен. Снова долгий разговор, и требование поклясться, что я не задумываю ничего во вред ни клану, ни законной власти и Императору (сам в шоке). И только после всего этого она согласилась помочь, и наложила мощные чары, предупредив о том, что со временем чары всё равно спадут. Я с умным видом покивал, мол все понял, но умолчал о том, что в сундуке предусмотрены специальные ниши с артефакторными якорями чар. Ядра якорей, — обработанные кристаллы, — не только закрепляют эффект на постоянной основе, но значительно усложняют механизмы защиты, а также их питание. Таким образом, «Сундук С Сокровищами» нельзя сжечь, утопить, расколоть, раздавить, расплавить кислотой, или разорвать гравитационной силой. Он не подвержен проклятиям, на него нельзя повесить различные следилки или порчу. Нет, он в принципе, разрушим, но сил придётся приложить уйму, ведь часть атаки разрушается, а энергия уходит в напитку универсального защитного контура — самого внешнего, вредного щита, пусть и не слишком сложного, но не менее эффективного. Кроме него еще есть «Зеркальный» и «Липкий» щиты, которые могут включаться в любой момент, что также улучшает защиту хранилища. Привязка ко мне, моему артефакту-сейфу, а также механизмы переходов в «скрыт» также в наличии. Думаю, здесь есть чем гордиться, поэтому ощущаю себя слоном — такой же довольный. Стазис в сундуке отключается, когда его открывают, то есть поднимают верхнюю и боковую лицевую стенку. В сундуке находится восемь панелей-рам с нишами под шары, пятнадцати сантиметров в диаметре, которые можно выдвигать подобно рамкам в пчелиных ульях. Шаров еще был не полный комплект, но работа идёт. На каждый кварцевый шар я накладываю сложные печати полного стазиса, сохранения свойств и жизни, а также неразрушимость. В них, всё оставшееся до отъезда время, я сам, а также Братья собирали образцы редчайших и редких растений, водорослей и грибов. Брал не всё подряд, конечно, ибо сундук имеет ограничения, а расширение пространства впихнуть нельзя, — это могло вызвать конфликт с каскадной защитой. Возможно и есть путь обойти эту проблему, но в мои двенадцать лет я сделал всё, что мне было подвластно. В итоге, к отъезду, в сундуке незаполненной осталась одна рама, два шара на стеллаже грибов, и четыре водорослей (я ввел систему огоньков на стеллажах: светится красный огонёк — сфера пустая, зеленый — заполнена). Это занятие меня настолько увлекло, что новости от шахтеров заставили меня удивленно встряхнуться: я больше двух недель не был на горе, и не проверял результаты. Самое неудобное было в том, что сигнал-образ от паука-вожака (ввёл единицу, отвечающую за общую координацию работы кукол, главаря-прораба) пришёл утром, когда я был занят тренировкой с копьём. Это сбило меня с ритма и я чуть не вывихнул запястья, получив растяжение. Но это еще ладно, ведь было кое-что похуже: я ещё должен был идти на занятия, после — на практику в сад, к тому же, мне пообещали рассказать мои знакомые о исторических хрониках мистического мира. А точнее, я хотел узнать о том, что на моих занятиях мой учитель обошел стороной, упомянув детали, как оказалось, вскользь — Великий Договор. Договор о равновесном сосуществовании простых людей без дара — простецов, одаренных людей, и мира мистических существ — аякаси, йокаев, духов, и прочих. В общем, я кое-что знаю, понимаю о чем речь, но детали мой учитель красиво опустил, уведя мое внимание к другим вещам. Я не знаю, с чем это связано, но считаю, что существование Великого Договора требует к себе пристального внимания. Тем более, в него входит, или, вернее, позже вошел «Статут Секретности» — соблюдение тайны мистического мира от простецов. Вот о нем я знаю достаточно много, ведь ему уделялось немало времени. Короче, ничего в списке дел на сегодня убирать нельзя, а новость жжёт сознание, от чего весь день пришлось себя сдерживать. Тренировка воли вышла серьёзная. Ладно, в конце концов на гору я прибыл часов в пять вечера, тут же входя в рабочий режим. Привычно разместился под облюбованным деревцем. Точнее, это было полусухое, чахлое деревце, борящееся за жизнь на каменистой почве, но мне нужна был плотная тень от жары. Волевым решением я потратил несколько дней, сливая в кристалл свои силы, попутно работая с пауками. Когда сил накопил достаточно, средний дух леса взялся за дело. Всего за ночь из чахлого полусухого заморыша вырос могучий великан с раскидистой кроной, густым куполом скрывающий в тени своей листвы кольцо в несколько метров вокруг. В высоту — метров семь, а обхват такой, что ожидаешь большей высоты. Но дух объяснил, что выше нельзя, ибо сезонные шторма могут сломать дерево, а так толщины ствола и мощи корней хватит выдержать местную непогоду. Кристалл же теперь покоится где-то в центре корней, и будет служить аккумулятором: когда можно, дерево будет выделять часть сил на сохранение, а когда нужно — изымать. Дух попался мне, очевидно, хитрый и домовитый, ибо и сам обосновался в древе, и еще кучу более мелких собрал. Теперь в сумерках, если присмотреться, ветви дерева будто в желтых и салатовых гирляндах огоньков. Горо-сан интересовался внезапно появившимся древом, но услышав слегка скорректированный ответ (я опасался, что местные могут что-то предпринять нехорошее) он только пожал плечами, и на этом дело закончилось. Разве что, иногда люди приходят посмотреть на красивые огоньки, но не стремятся портить дерево — какой контраст с моими бывшими соотечественниками, верно? В общем, разместившись в тени, в удобном ложе из корней, успокаиваюсь (слегка), и впадаю в транс, подключаясь к куклам. Умный вожак тут же перенаправляет мое внимание в нужное место, а Светлячки включают свои «лампочки». Что ж, могу себя поздравить с обнаружением одного из подземных ручьев. Поток мощный, но холодный (это определяют пауки, ведь они уже реально живые, только не что-то, а растения), и это хорошо, ибо в горячих источниках самоцветы не находили никогда. Тут же все свободные Светлячки, и большинство пауков созываются в это место, а когда собрались — отсылаю их в обе стороны потока. Духи-операторы, конечно, умны, но их уровень не выше четырехлетнего ребёнка без дикого интереса, поэтому инициативы у них нет. Сказано было: «искать воду», они выполнили, и остановились, оповестив о находке, исследовать ее приказа не было. Что ж, это не так страшно. Продиктовываю мысленно, подкрепляя мыслеобразами, цепь заданий вожаку пауков, и отключаюсь от сети, переходя в полноценную медитацию. Медитация имеет очень важное значение в жизни мага, каждый в ней находит кое-что свое, кое-что общее, может найти нечто неожиданное. Медитация приводит в порядок течение энергии внутри тела, позволяет лучше понять себя, своё тело, свои силы, своё место в мире. Приводит к пониманию, как лучше использовать свои силы, эффективнее. Иногда, медитация приоткрывает сокрытое, и на краткие мгновения позволяет услышать и понять шепот духов, и даже уловить слабую тень образа или мысли какого-нибудь ками, или даже Великой Сущности. Мне однажды удалось ощутить дуновение мощной силы — холодной, колкой, отстраненно-великой, но необычно яркой и небезразличной — я ощутил ее слабый интерес. Честно — это было жуткое ощущение, но, в то же время, очень притягательное. На краю сознания отметил шорохи и тихие голоса людей. Это отвлекло, и я вывалился из медитации, отмечая, что солнце уже спряталось в море, и небо постепенно темнеет. Неприятно, но не критично. На этих островах не нужно скрываться, поэтому вытаскиваю заготовленную бумажную печать, выбрасываю ее в воздух перед собой, где она и зависает. — Медитировал под Большим Деревом, только закончил, скоро вернусь. Закончив, снова взмахиваю рукой, и простенький шикигами уносит послание, чтобы успокоить семью Мори (хоть я и знаю, что за мной иногда наблюдают), и избежать лишних проблем. Мобильные телефоны здесь уже есть, но это удовольствие дорогое и редкое, а на островах — не работающее ещё, здесь только рации и работают, да и то, когда позволяют. Окинув взглядом двух пожилых женщин, и пятерых детей, лет пяти-семи, поклоном здороваюсь, и ухожу. Нет, ну не сидеть же мне здесь до упора, пока куклы что-нибудь не найдут, верно? Вот и я так думаю, поэтому иду туда, где ждет горячий ужин национальной кухни, и выпечка с клубничным джемом. *** …несколько секунд в комнате висела тишина. Сидящая за столом семья отреагировала по-разному. Девочка лишь мазнула взглядом по бумажной птичке, немного подумала, и вернулась к десерту, наслаждаясь пирожными-вагаси, которые просто мастерски делает одна из служанок. Женщина выглядела невозмутимо, будто все так и должно быть. А вот мужчина выглядел опешившим. — И давно он может «вот так»? — неопределенно взмахнул рукой глава Рода Мори. — Насколько я понимаю, то да, давно. — все так же спокойно ответила его жена. — Это для меня новость… — неопределенно протянул мужчина. — То есть то, что он договорился с лесным духом средней силы, и вырастил массивное дерево, и только потому, что хотел медитировать в тени — это нормально? — не меняясь в лице спросила женщина, смотря на мужа, и лишь изящно изогнула бровь. — Я как-то это выпустил из виду. — сокрушенно признался мужчина. — Ну, вырастил, ну с магией, ну и что? Сама знаешь, сейчас дел невпроворот, вот голова и занята делами. — мужчина беспечно пожал плечами. — Не могу тебя осуждать за это. — кивнула женщина, понимая, что на ее мужа в последнее время действительно свалилось немало работы. — Мальчик очень хорош в работе с духами, он может с ними разговаривать, ты представляешь? Я сама слышала, как он говорил с мелкими духами-в-траве, и те его слушали! — распалялась женщина все больше с каждым словом. — Помнишь, я тебе рассказывала о каменной зверушке, что он просил сделать? — дождавшись кивка, жена главы Рода Мори продолжила. — Так вот, он не просто вселил в фигурку духа, о нет, — он почти оживил ее! Ты представляешь что он сможет делать, если его обучать всерьёз?! — женщина говорила уже куда громче, чем того позволяли приличия, но ее муж это проигнорировал, лишь скривился, но совсем от другого. — Мы ничего не можем. — негромко ответил мужчина, опустив взгляд. — Ему уже определили роль, и против старейшин наши слова ничего не значат. — заканчивал он уже почти шепотом. Из женщины будто выпустили воздух, и она осела, опустив плечи, и не поднимая взгляда. Супруги слишком хорошо разбирались в реалиях клановой иерархии, поэтому иллюзий не питали. Они даже не надеялись, что после женитьбы с их дочерью, для парня что-то поменяется. Тем более, ходили слухи, что парню уже подобрали не только жену, но и наложниц, которых, традиционно, мужчина статуса парня имеет право выбирать сам, или вообще от них отказаться, как сделал это Мори Горо в свое время. Их же дочь, — оба родителя поочередно поглядывали на свое чадо, — родилась с редким неврологическим отклонением влияющим на психику, что не лечится ни магами, ни простецами, поэтому, родители даже не были уверены — любит ли их дочь, или они значат для неё не больше какой-нибудь сладости. Такая супруга станет отличным рычагом и поводком, с помощью которого контроль над мальчиком будет абсолютным. Чете Мори оставалось лишь сожалеть, ведь поделать они действительно ничего не могут. Вот такую странную атмосферу и застал парень, вернувшись с горы — тяжелую и грустную, будто затянутую свинцовыми облаками. *** Шесть дней понадобилось моим куклам для того, чтобы обнаружить Радужный Грот — так я назвал то, чего не чаял найти. Но, по-порядку. Светлячки рыскали во тьме, находя множество трещин в канале ручья. Все трещины и ответвления изучались самым внимательным образом, благо, в некоторых пещерах обнаруживались грибы и плесень, так что питательная среда для пауков была достаточной, и им не приходилось подниматься наверх. Светлячкам же это без надобности, а магию собирают из воздуха кристаллы, живыми делать их не стал — да и зачем? Был обнаружен второй рукав подземного ручья, или приток — это мне пока неизвестно. Многие трещины приходилось просто отмечать на общей карте — очередном моем творении, в виде небольшого шара с шестью мелкими, и одним крупным сложным кристаллом тридцати шести граней. С помощью плотной иллюзии выводится трехмерная карта изученных подземелий со схематическими отметками. Пауки подолгу оставались у трещин, чтобы их расширить, и рассмотреть на пару-тройку метров вглубь — так лучше отмечается новый ход на карте. Светлячков оказалось маловато, и пришлось создавать еще десяток, чтобы хватало для основных проходов, а то десятка уже мало. Также пришлось задуматься: а как мне утащить всех созданных кукол с собой? Я ведь уеду, причем, через месяц с небольшим, а бросать столько труда жалко. В общем, часть Светлячков, большая, продолжает исследование русла ручья, и его второй приток. А меньшая часть в количестве трёх штук и нашла Радужный Грот. Сигнал-новость от вожака вывел меня из медитации, и я тут же впал в транс, вылавливая нужную ниточку-связь. Кромешная тьма, разрываемая тонкими паутинками света — первое, что я увидел, подключившись. Затем, осмотревшись, осознал то, что вижу глазами куклы. Ручей вытекал в округлую пещеру-чашу, собираясь в небольшое озерцо, и через небольшие тонкие трещины в скале покидал гору, буквально выбрасываемый давлением, находясь под уровнем воды. Перехватив управление разведкой, внимательно осмотрел трещины, довольно тонкие, опустил куклу к самой воде, и включил свет. Желание проверить глубину без погружения вызвало робкую надежду, и два оставшихся разведчика уже на стенах под куполообразным потолком. Все три Светлячка синхронно зажигают освещение. Я же не могу оторвать взгляда от разноцветных отблесков под спокойной водой. Несколько минут я просто любовался открывшимся видом, слыша журчание воды. В чашевидной камере собиралась вода, и под давлением вытекала через узкие трещины в скале, создавая постоянный шум-музыку — сплетение стука камней, шелеста воды и многоголосого эхо. Все то, что приносило из глубины горы, оседало на дне пруда, не в состоянии проникнуть сквозь трещинку. Под взглядом кукол, в свете их, ручей принес небольшой красный камешек, скатившейся в темную чашу. Лишь самые мелкие и худшие камни оказывались снаружи. Остальные же, самые крупные, оставались здесь, в ожидании МЕНЯ! Прозрачные, желтоватые, розовые и красные, голубые, синие, тёмные — дно грота оказалось буквально завалено необработанными минералами. Глаза разбегались от увиденного чуда. Пусть камни и не прошли обработку, не научились сиять, но даже так это не серые булыжники. Что ж, осталось придумать способ их извлечь, а потом — организовать артефакт-хранилище. Оставлять здесь я ничего не намерен — мало ли? *** Открыв глаза, осмотрелся, — небо только начало приобретать оттенки заката, стало быть, время у меня еще есть. В руке привычно оказался найденный первым сапфир — это уже вошло в привычку, — размышляя, крутить в руках этот темный камешек. За прошедшее время, я слишком привязался к этому камешку, и успел придумать несколько способов эффективного и удобного способа его использования, чтобы камень всегда оставался со мной. Перстень, кулон, серьга, четки, браслет. Первые три пришлось отбросить по разным причинам. В Азии перстни носят «зрелые» и «уважаемые» люди, ибо дело дорогое, переросшее в показатель больше статуса, чем богатства. Тем более, частенько в форме перстня изготавливаются магические концентраторы. Перстень с крупным сапфиром сразу же привлечет внимание, и его у меня отберет без промедления любой из старейшин, а я и слова сказать против не смогу. Делать подарки этим мумиям заплесневелым желания нет. Один кулон я уже ношу, и здесь, в Японии, это нормально — таскать на шее разные висюльки. Частенько, их может быть несколько. Когда у меня появился мамин кулон, это заметили, но комментировать не стали, уж не знаю почему (никто не обращал на него внимание, ибо зачарован на «отвод внимания»), но вот второй вызовет вопросы, отвечать на которые придётся. Серьги также, как и перстни, вещь статусная и нечастая, ибо как простое украшение не особо принято в кругах аристо. Вопрос с чётками я почти закрыл, ибо достаточно крупных камней в «мячах» попадалось мало, да и качество крупных было недостаточным — трещины и включения оказались для меня открытием. Во взятой книге говорилось, что такие минусы вызывают проблемы при обработке, и крупный камень с трещинами раскалывают, ибо может расколоться сам позже. Поэтому, я и склонялся к браслету, тем более, есть золото, пусть только и в виде руды. Сегодняшняя находка все перевернула с ног на голову. Я не хотел затягивать с решением проблем, предпочитая «собирать сумку с вечера», поэтому один из вечеров потратил на перенастройку «Сферы» — так решил окончательно обозвать печь для кристаллов. Добавленная функция настройки открылась мне в новом свете. Ослабив и изменив вектор давления, а также точку гравитации, а Сфере, отключив маг. фон, — обязательное условие для создания волшебных кристаллов, я получил нечто схожее, с виденным в одном фильме. Правда, при первом же испытании пришлось в саму Сферу внести небольшие изменения: диагностические чары, анализатор вещества, и анализатор чистоты вещества. С последними двумя пришлось изрядно помучаться, чтобы сложить нужную формулу древними иероглифами. То, как я просил у Маюри-сан её золотое колечко на вечер — описывать не буду, скажу лишь, что этот разговор вышел странным и неудобным. Но мне был необходим образец для базы памяти Сферы. Позже я успел отсканировать кучу материалов, в том числе и изумрудные серьги хозяйки, и серебряный кулон с опалом, и даже образец хирургической стали отличного качества. Все отсканированное оседало в памяти кристалла, так что если что, то можно просто изъять кристалл, и переставить его в другое место. В общем итоге, я сейчас закладываю в Сферу вырезанную руду вместе с потеками (при резке руды образуются потеки металла, что также собираются), запускаю работу, и наблюдаю, как в верхнюю часть Сферы капельками и ниточками собирается чистое расплавленное золото. Вид, стоит признать, удивительный, завораживающий. Процесс идет круглосуточно: рано утром извлекаю чистый металл и пустую породу, загружаю новую партию, прихожу вечером, повторяю процедуру, оставляя на ночь. Так что пусть и не так много, но за несколько дней у меня собралось золота достаточно много для создания массивного браслета, вроде тех, что носят в Индии на бицепсе. Я уже даже смирился с тем, что его пришлось бы переделывать позже, ибо навыков создания, да и знаний, подобных миниатюрных и многофункциональных артефактов у меня нет. Грубые поделки, коими я пользуюсь — это грубые поделки с единственной, несокрытой функцией, без достаточной защиты. Блин, вроде и есть чем гордиться, а с другой стороны — сразу видно, что делал пацан-самоучка. Слишком просто, слишком грубо, слишком нерационально. Что ж, теперь следует пересмотреть свои планы… Первым изменением в планах стал браслет. Из массивного и тяжелого, он превратился в кольцо, сечением три миллиметра. Отлить его оказалось легко — Сфера рулит! Спросить помощи у Маюри-сан — сложнее, но не критично. В итоге, золотой браслет теперь растягивается как резиновый, но только по моему желанию, для чужих рук он металлическое монолитное кольцо. Четыре вплавленных в браслет совсем мелких, необработанных сапфира закрепили свойства артефакта: настраиваемую привязку, подпространственный карман, отвод внимания и сдвоенную функцию укрепления артефакта и слабенький саморемонт (это если бледно-голубой камень с заданой функцией цел и наполнен энергией). За пару недель до отъезда я закончил с браслетом, и сразу же принялся паковать приобретенные сокровища. С добычей самоцветов из пещеры вышло не то, чтобы сложнее, но не менее продолжительно, чем с созданием полноценного, пусть и грубого артефакта. Светлячков я отправил исследовать те проходы и пещеры, где они могли пролезть. Всех же освободившихся от работ, кроме золотодобытчиков, пауков я стянул к озерцу. В течении нескольких дней они проплавляли скалу над уровнем воды. Просто прикинул: камней много, и таскать их пауки и Харвестеры будут долго, а если пробить прямой ход прямо к гроту, то дело серьёзно ускорится. Когда с этим закончили, взялись осторожно спускать уровень воды, но только так, чтобы самоцветы не вынесло потоком. Трогать трещины, через которые изначально вытекала вода, поостерегся, поэтому пауки начали плавить камень в стороне, сразу в нескольких местах. С падением уровня воды отверстия вытягивались в линии, увеличивать толщину я тоже поостерегся. Через еще пару дней, из-под воды показался удобный выступ, на который можно было встать уже мне самому, а не просто наблюдать за работой пауков и Харвестеров. Нужно было, конечно, изменить последовательность: сначала начать спускать воду, а потом — плавить проход для меня, но все мы хороши задним умом. Через неделю трудов я почувствовал себя очень странно. Описать и объяснить свои чувства я не смог даже спустя долгое время, хоть и повторял самое первое, что сделал, добравшись до залежей самоцветов. Опустив руки, погрузил их в разноцветный слой камней, поднял в ладонях, высыпал, снова набрал, высыпал, принялся водить руками в потрясающем богатстве. Действо и вид завораживали, утягивая в мутный блеск камней, гипнотизировали, унося прочь сознание. Только порез ладони об особо острый край молочно-желтого камня привел меня в чувства. Оценивать в деньгах подобные сокровища — неслыханное кощунство, но и «мешками» их мерять как-то по-варварски, что ли. Но другого мерила у меня просто не оказалось. Драгоценные самоцветы собирал в тряпичные мешки из-под риса — ничего другого в голову не пришло.