Песчинка

Webmoney R826041875978

U434618952950

Карта Приват Банк: 5168-7554-1781-1433

====== Глава 55 ======

Глава 55

...Закончив с первичным осмотром, Апполин на несколько минут задумалась, просто стояла с закрытыми глазами, а я стоял рядом и молчал. Мало ли, вдруг собью ей ось, или еще чего. Ну, это я так, типа шуткую. На самом же деле магия, как и всё серьёзное в нашем мире, не любит спешки. Нет, я не говорю, что для колдовства или волшебства нужно обязательно быть заторможенным, нерешительным и так далее. Я говорю о разумной неспешности, обстоятельности: если предстоит какое-то важное дело, не всегда нужно рваться вперед, сломя голову. Нужно подумать, прикинуть, а вдруг есть другое решение, нежели то, что тебе пришло в голову в первые мгновения. Я также не говорю отбрасывать настоящие озарения, но и прикинуть хотя бы какой-то план работы всё же следует.

Вот и вейла провела первичный осмотр, диагностику, а теперь обдумывает – как и что делать. – Сора, что на самом деле ты хочешь, чтобы я сделала с Беллатриссой? – спросила женщина, прервав свои размышления и повернувшись ко мне. – Я хочу знать несколько вещей, установить точно, без ошибок, что она за человек. Ходит множество слухов, и все они плохие, но мне необходимо знать точную информацию, никем и ничем не искаженную, поэтому я прошу вас узнать: “почему”, “ради чего”, “основываясь на чём”, “что чувствовала”, “что думала в тот момент о происходящем в целом”. Чем больше деталей и уточнений будет в ее истории, тем лучше. Без этой информации я не смогу принять окончательное решение. – Какое решение? – женщина слегка нахмурилась. – Если Беллатрисса действительно творила все те ужасы, о которых столько говорят, или даже наслаждалась этим, то приговор у меня один: смерть. – я говорил спокойно, глядя Апполин в глаза, голос у меня не дрогнул, ведь я уверен в своих словах. Выпускать психопата-маньяка к людям, чтобы он взялся за старое? Да еще перед этим отъелся на тюремных харчах, придумал хитрые или не очень, планы мести всем, начиная от главного врага, и заканчивая нерасторопным дворником, подвернувшимся под руку? Считаю это откровенным бредом, а также различные “мы сможем его исправить”, он “одумался, изменился” и прочее. Если человек превратился в чудовище, то обратно стать гусеницей мотылек не в состоянии, разве что попытается прикидываться, чтобы снова вернуться к старому, только продуманней. Нет, это крайне тупо, уж лучше сразу очистить генофонд от мусора и мутаций. – И как же тогда собираешься исполниться свои планы относительно рода Блэк? – женщина элегантно изогнула бровь. – Я же не сказал, что Беллатрисса умрет тут же, верно? – Это очень жестоко, ты не находишь? – Апполин тут же нахмурилась, поняв, что я имею ввиду. Что ж, я никогда не считал эту вейлу дурой, или просто глупой. Да и странно было бы, если бы от природы одаренные ментальной магией существа были тупы, или даже откровенно глупы. В каждой из них есть эта сила, поправку стоит делать на то, в каких условиях росла вейла, какие у нее ценности, стремления, и так далее – именно это определяет направленность Дара. Что же до жестокости, то я просто понимаю, что порой приходится делать тяжелый выбор, жестокий, потому что иначе просто никак. Позволяю себе тяжелый вздох, чтобы показать насколько мне самому “по душе” подобные занятия. – Последнее поколение правящей ветви Блэков знатно постаралось в уничтожении собственного рода. В младшей ветви как раз уродилось сразу три талантливейших ведьмы: Андромеда, Беллатрисса и Нарцисса. Все три девушки подавали огромные надежды для своих родителей, но Ориону, – тогдашнему главе рода Блэк, а также его супруге, Вальбурге, взбрело в голову не просто влезть в очередную войнушку за передел власти, так еще и попытаться усидеть на всех стульях. Вместо того, чтобы последовать примеру других ослабевших родов, и занять нейтральную позицию для сохранения своей крови, выживания, они решили влезть во все это. Как итог: Нарциссу, урожденную целительницу, отдают за одного из приближенных Волдеморта, Беллатриссу отдают за другого “Пожирателя”, а Андромеда успевает сломать планы родичей, сбежав с маглорожденным волшебником, тем самым выставив себя врагом идей “чистой крови”. Вместо того, чтобы найти перспективных женихов, ввести их в род Блэк, преумножив и усилив род, эти два “гения” интриги отдали девушек в чужие рода, усилив их. – еще один тяжелый вздох. – Иначе, как идиотами, я этих людей даже про себя не называю. – Откуда у тебя эта информация? – Апполин сейчас выглядела задумчиво-хмуро. – Французские службы работали над делом Волдеморта и его движения, а также по всем волшебникам из его окружения, в том числе и Блэкам. Однако, эту информацию добыть не получилось. – Да вам вообще мало что удалось добыть. – я махнул рукой на женщину, озвучивать все детали не буду, но дело в том, что в магическом мире, как я уже говорил, люди слегка не в себе, оттого и хороших агентов, шпионов и так далее, имеется крайне мало, к тому же они все всем известны. Так что когда эти товарищи ломанулись в Британию, местные тут же смекнули, зачем эти личности приперлись, а уж если вражеские агенты известны в лицо, то не так уж и трудно не допустить утечку, или дезинформировать. Пусть я и не особо интриган, ибо склад ума совсем не тот, но даже мне понятно, как это можно сделать. Как бы там ни было, а следует объясниться с женщиной, явно недовольной от моих слов. – Пусть британцы много разрешают своим соотечественникам, но вот за иностранцами они следить умеют, и разведка у них отличная, так что удивляться тут нечему. – в конце я пожал плечами. – Только я вас прошу не раскрывать озвученную мною информацию никому за кругом семьи. Я раскрыл ее вам лишь потому, что через Флёр и Габриэль мы скоро станем родственниками. Если же эти сведения достанутся посторонним, то это может значительно усложнить выполнение моих планов. – О, не стоит беспокойства, Сора. – Апполин улыбнулась, слегка снисходительно. – Многим в Европе известно о сильном ранее роде Блэк, и о его нынешнем состоянии. Даже более того, ходят слухи, что следующим, и последним главой рода Блэк, как считают многие, станет Сириус Блэк. Так что даже если бы кто-то еще узнал эту информацию, авторитет и уважение сей род утратил практически полностью. – Ну, Сириус Блэк уж точно не станет следующим главой своего рода. – саркастично усмехаюсь. – Почему ты так в этом уверен? – женщина слегка прищурилась. – Причин, на самом деле много, но самая главная в том, что он практически заработал клеймо “Предателя крови”, когда отказывался от родителей и родни. Его максимум – покаяться, встать на путь искупления, и верно служить будущему главе рода, в противном случае ему даже семейные домовики на глаза не покажутся, и не отзовутся. – И как же ты планируешь восстанавливать тогда род Блэк? – в эмофоне ударило ярким интересом, но я не намерен сейчас устраивать вечер откровений… в смысле больше того, что уже рассказал. – У меня есть план. – широко улыбаюсь, и не сдерживаю пришедшую на ум мысль. – И он очень забористый. – Я тебя не понимаю. – Апполин нахмурилась. – Не обращайте внимания. Ну, так что, мы продолжаем, или вам нужно подготовиться? – Нет, – женщина качнула головой. – особая подготовка не требуется, да и случай не самый сложный, муторный – да, но не сложный. Поэтому я хочу позвать Флёр – ей нужно учиться, набираться опыта, чтобы полностью подчинить своё наследие. Ты ведь не против? – в голосе послышались не только вопросительные интонации, но и еще какие-то, которые я не смог тут же определить. – Нет, не против, раз вы считаете, что это возможно. – спокойно пожимаю плечами. – Хорошо. – Апполин бросила на меня подозрительный взгляд и вышла из комнаты, отправившись за дочерью. Я же остался, размышляя над всем этим, и над многим другим. Вот сейчас, именно сейчас, договор между мной и Делакур уже состоялся, но только на словах. Для многих в этом мире, слово стоит никак не меньше так любимой бумажки, но никак не меньше людей можно удержать только с помощью всё той же бумажки, она как цепь для пса. Но ведь на заре цивилизаций (именно “цивилизаций”, ведь было их никак не меньше трёх, а то может и больше) бумажек не было, было только слово. Ничем иным, кроме слова нельзя было скрепить сделку. Я не говорю об обмене заложниками, или взятии супруги для заключения союза, я говорю о более поздних временах, когда даже такие меры не имели особой ценности. Можно было дать и взять слово, а позже придумали различные клятвы, обеты, договора. Но ведь все началось именно со слова, ведь слово впервые породило человеческую магию: разумный, возможно молясь, возможно проклиная, собрал эмоции одним вектором и пожелал, а магия исполнила. Это закрепилось где-то в “Сферах”, возможно в Ноосфере, возможно где-то ещё, я точно не знаю, но мне известно, что пусть магия и не разумная сущность-образование, но она что-то вроде программы, которую программируют сами маги с помощью различных обрядов, ритуалов, и так далее. В общем, веду я к тому, что давать слово “просто так” дозволено только простецам, в смысле без последствий “свыше”, а вот одаренные, давая слово, подтверждают некий договор, и при нарушении не может обойтись без последствий. Какими будут последствия – решается механизмом магии, уж не знаю как, и даже не могу предполагать, ведь, повторюсь, программируют магию маги, то есть разумные, а у нас с вами не бывает “единого стандарта”, в смысле ситуации бывают разные, как и люди, принимающие в них какие-либо решения и участие. А это всё записывается “там”, запоминается, а после эта информация-пример может быть использована в такой же ситуации как конкретный пример, или инструкция. Да, звучит несколько бредово, но “система” ведь не разумная (и слава Духам!), сама решить не может, она только, фигурально выражаясь, выполняет функцию автомата-контроллера. Не больше, но и не меньше. Именно поэтому так сложно её обмануть. Именно поэтому её возможно обмануть, ведь люди весьма креативны, и я вполне допускаю, что кто-то однажды выдумает нечто такое, чего еще не было, и просто “запишет” новое правило, если оно не несет угрозы “системе”, естественно… короче, все это очень и очень сложно, тут без поллитры не разберешься. Сказать же я хотел о том, что несмотря ни на что, а большинство “Просвещенного мира” живет по правилам своего общества, и мало кто знает законы мира. Посему, я не сильно удивлен тому, что Дюнуа выбрали какую-то свою выгоду, вопреки собственному слову. В похожем положении сейчас находятся и Делакур, ведь у них на руках появились сведения, за которые многие захотят заплатить весьма нехило, с другой же стороны они мне дали слово. Вот и будем смотреть, что они выберут: слово, честь и правду, или сиюминутную выгоду. Кстати, о том, что слово – не воробей, то есть маг может получить, и получит “по шапке”, в определенном смысле, я никому не говорил, а европейцы успели профукать просто горы старых знаний, потому и не знают этого нюанса. Так что проверка Делакур выйдет хорошей. Мне просто не хочется узнать через пару лет о том, как именно меня можно предать, при этом оставаясь чистенькими, так что лучше разобраться с этим вопросом заранее. Как говорится: предавший однажды, предаст и впредь. И, всё же, мне жаль детей Дюнуа. Жаль за то, что фактически никто из них не в ответе за дела родителей, ведь кто-то просто ничего не знал, а те, кто знал, ничего не могли поделать, ибо глава рода не зря так называется. Теперь же, за нарушение слова (причём не одного), их всех ждёт “обратка”, и только от них зависит, насколько сильной она будет. Ладно, пора возвращаться в мир живых, а то уже дамы идут, а я всё в облаках витаю. *** Флёр волновалась. Очень. Дело в том, что она на самом деле впервые при Соре будет заниматься серьёзной магией, но не той, с которой уже знакома, или которую натренировала. А магией, с которой девушке очень тяжело справляться, и которая едва поддаётся её контролю. Если бы не помощь матери, Флёр бы вообще не могла работать с ментальной магией, а банально выжигала людям разум. Сейчас же сложилась возможность потренироваться, к тому же не на безумном магле, взятом из дома душевнобольных, а на полноценном (физически) маге. Будь ситуация иной, девушка бы радовалась, но сейчас она нервничала, боясь показаться неумехой в глазах одного японца. Её же мать хитро-понимающе улыбалась дочери, но ничего не говорила. Вот дверь сдвигается в сторону (девушке весьма понравилась эта конструкция, и она даже подумала о том, чтобы воплотить подобное дома), и мать и дочка входят в просторную комнату. Первым, что увидела Флёр, был Сора, со странным выражением лица смотрящий в окно. Таким она Сору видела редко, но всегда понимала, когда его можно оторвать от раздумий, а когда лучше подождать. На данный момент был первый случай, да его даже отрывать не нужно было – сам обернулся, стоило сделать первый шаг внутрь. Затем, Флёр рассмотрела бессознательную женщину, брюнетку с коротко обрезанными вьющимися волосами. Она ей показалась смутно знакомой, но имя девушка так и не вспомнила. – Мы можем начинать? – спросила мать, а Флёр, что называется, держала ушки на макушке, так как никто в доме ни разу не упомянул об этой женщине. – Конечно. – пожал плечами Сора, усаживаясь в легкое плетеное кресло, стоящее в углу. – Но, Апполин, прошу вас быть осторожнее: неизвестно, что вы можете там, – парень кивнул головой в сторону бессознательной женщины. – увидеть. Мне бы не хотелось, чтобы Флёр заработала психологическую травму, или что похуже. – девушка почему-то сразу поняла, что это была не шутка, и от этого у нее пробежал холодок по спине, кожа покрылась мурашками. – Моя дочь – вейла, а у нас очень крепкая психика, но ее, как и многое другое, следует тренировать. Так что небольшая встряска, или даже шок пойдут Флёр только на пользу. “Да что же там у неё в голове такое-то?!” – воскликнула девушка, но только про себя, внешне же она оставалась пусть и напряжена, но излишней нервозности не демонстрировала. – Что ж, это ваше поле, и советовать вам что и как делать не стану. Прошу. – парень произнёс последние слова, откинулся на спинку, и замолчал. – Благодарю. – ответила Апполин. – Я бы хотела установить магический круг стабилизации. Это возможно? – Конечно. – Сора пожал плечами, достал из внутреннего кармана несколько полосок бумаги – талисманов, выбросил их в воздух, хлопнул в ладоши, и бумажки разлетелись в разные стороны, зависнув в воздухе, на равных расстояниях друг от друга. Шесть талисманов светились мягким голубым светом. – Круг будет работать час. Если понадобится продлить – скажете. Апполин кивнула парню, достала волшебную палочку и начала накладывать первичные чары комплекса ментального проникновения. Флёр же до сих пор осознавала то, что только что увидела. То, что Сора сделал буквально за секунды, обычно занимает от двадцати минут (у профи), до часа-двух у новичков, вроде её самой. Девушка даже позавидовала магии Соры: это же насколько жизнь проще, когда даже начертание круга и знаков в нём можно выполнить парой пассов, а не корячиться, ползать по полу, пачкая одежду и руки. От этих мыслей Флёр отвлекло жалящее, угодившее пониже спины. От неожиданности девушка даже взвизгнула, схватившись за «травмированное» место, после чего тут же обернулась к матери, готовая разразиться гневной тирадой на обиду, но тут же сдулась. Мать была сосредоточена, серьезна и не склонна к шуткам, так что нужно быть благодарной, что дело обошлось простым жалящим, а не чем-нибудь серьезнее. Кивнув хмурой матери, девушка взялась за дело. Нельзя сказать, что Флёр очень опытна в ментальной магии, но и совсем неумехой её назвать уж никак нельзя. Начать стоит с того, что в этом разделе магии есть своя теория, и эту самую теорию её мать заставила вызубрить так, что бывало Флёр плакала ночами от отчаянья, от того, что с каждым разом учить нужно всё больше, и конца-краю этому не видать. Однако время шло, девушка привыкала к нагрузкам, и сейчас одна молодая вейла уже вполне приспособилась. Поэтому без подсказок и напоминаний Флёр проверила каскад, наложенный матерью, удостоверилась в том, что это стандартный сканирующий комплекс заклинаний и чар. Далее девушка сплела уже свои чары, не такие сложные и энергоёмкие, как у матери, лишь для того, чтобы тоже быть в курсе состояния “пациента”. Да, именно так Апполин Делакур приучила называть тех, с кем они работали. В своё время тренировки начинались именно с больных, душевно больных, взятых из магловских психиатрических лечебниц. С одной стороны правдивое название “подопытного”, или “учебного материала” подходит больше, но оно крайне некорректно, по многим причинам, поэтому и называют таких маглов “пациент”. Кстати, официально зафиксированы случаи, когда такие маглы в ходе обучения менталистов излечивались, тем или иным способом. Но лучше вернуться к делу. Нельзя показать себя неумехой в глазах жениха. Нужно собраться, отбросить окружающее, и сконцентрироваться только на цели… *** Как говорится, есть в этом и других мирах множество вещей, которыми можно буквально любоваться, часами получая самое настоящее наслаждение. Многие люди за всю историю перечисляли свои предпочтения на этот счет, но я думаю, что любоваться можно не только огнем, водой или звездным небом. Туда же можно отнести падающие капельки дождя, или снежинки, или опадающую осенью цветную листву. В общем, обладая нестандартным образом мышления не так уж трудно найти что-то увлекательное, красивое, прекрасное… и так далее. Ну, или просто быть каким-нибудь идиотом, бегающим за бабочками… зимой… Так о чём это я? Ах да, о созерцании. Я наблюдал за работой двух вейл, и получал откровенное удовольствие от мастерства одной, и самого настоящего Дара у второй. А ещё очень захватывающе было видеть их сотрудничество: каждое действие, каждый жест, каждый шаг работы не делала отдельно Апполин или Флёр. Действо буквально перетекало от палочки одной к палочке другой, сплетаясь воедино, смешиваясь, полноценно завершаясь с ожидаемым и нужным итогом. Сложно передать словами то, что я наблюдал, правда, сложно. Но завораживающе, да. И очень красиво, будто гармоничный танец идеальных партнеров. В каком-то смысле, это так и есть. Но в какой-то момент всё изменилось. Плавный танец превратился в работу, сложную, напряженную. Движения рук, плетущих чары, стали несколько резче, мягкость превратилась в порывистость. Еще через несколько минут на лицах Апполин и Флёр появились бисеринки пота, глаза девушки под закрытыми веками быстро двигались, а тонкие бровки сосредоточено нахмурились. Но хуже то, что ещё минут через десять Флёр сильно побледнела, буквально до белизны, даже вены стали отчетливо видны, и таковой оставалась до самого завершения работы. Вот плавный взмах палочкой Апполин, и над головой Беллатриссы зависает белоснежный дымный шар, будто сотканный из призрачного пламени. Ещё взмах, и сфера превращается в жидкое серебро и мягко опадает в приготовленный хрустальный сосуд с делениями. Вышло ровно три четверти. Видимо, жизнь Беллатриссы была крайне насыщенной, богатой событиями. – Вот. – Апполин тяжело выдохнула, обнимая за плечи дочь. – Так и бывает, моя дорогая. – Флёр всё ещё оставалась стоять там же, где была, продолжая слегка дрожать, не открывая глаз. – Ничего, моя хорошая, всё уже закончилось, всё уже прошло… – женщина поглаживала Флёр по спине, успокаивая, через минуту у девушки из-под закрытых век потекли слёзы. Сколько ещё женщина успокаивала дочь, я не засекал, но реакция девушки мне крайне не понравилась, и это еще мягко сказано. Но я, как уже говорил, откровенно слаб в плане ментальной магии, обнаружение своего места в мире и мира в себе – это не то же самое, что структуризация собственного разума, или взлом чужого. Поэтому скромно молчал, терпеливо ждал, когда Апполин приведет дочь в минимальный порядок, а не лез с какими-то советами. Через какое-то время женщина увела дочь, а я протянул руки к светящейся субстанции воспоминаний. То, что показывали в фильме, или чем довольно часто пользуются британские “продвинутые” волшебники, на самом деле лишь второй шаг окклюменции, не более того. Если кому интересно, то первым шагом является открытие внутреннего пространства памяти, с помощью этого можно начинать её структуризацию, то есть приступать ко второму шагу. С помощью структуризации можно выделить лишь одно отдельное воспоминание, “вытолкнуть” его “вверх”, а дальше оно банально наматывается на волшебную палочку и сбрасывается либо на хранение, либо сразу в “Думосброс”. Следующий шаг – созидание во “внутреннем мире”, то есть возможность расширения памяти, создание защиты, или же первые попытки проникновения в подсознание, или же нашу “ОС”, если выражаться техническими терминами. То же, что только что создала Апполин, это уже из легилименции, а конкретнее – воплощение воспоминания. Фактически, это то же воспоминание, что создается при помощи окклюменции, но берется не у себя, а у другого человека. К тому же, эта штука управляема, то есть не нужно каждый раз просматривать всё воспоминание (а они бывают ну о-о-очень длинными) до нужного момента, можно просто пожелать увидеть “то-то и тогда-то”, и всё. Вот такая удобная штука. Кстати, на территории Британии официально нет магистров или мастеров ментальной магии, а как неофициально – мне не известно. Что ж, пора бы увидеть, что так сильно повлияло на Флёр… *** – Ну, как там Флёр? – Уснула. – коротко отвечает Апполин, усаживаясь на соседне кресло. – Посмотрел? – Посмотрел. – просто киваю, не отрывая взгляда от огня в камине. И таки да, у меня тоже имеется камин, но он просто выполняет свою функцию, транспортный камин у меня размещен в другом здании, да и не подключен он еще. – Ну, и как тебе? – пребывающие тут же Пьер и Лиззи молчали. – Волшебно. – сухо отвечаю, ощутив кивок женщины. Ну, а что еще можно было сказать? Все беды Беллатриссы Блэк начались с того, что Вальбурга Блэк крепко “подсела” на иглу речей новоявленного наследника Слизерина, о чистоте крови, новом порядке и прочем. Женщину буквально “штырило” каждый раз, после посещения кого-нибудь из аристо, где постоянно мелькал Том Риддл, правда себя он называл тогда уже иначе. Можно сказать, что какое-то время Вальбургу пусть и “штырило”, но без последствий, но когда движение чистокровок набрало обороты, ей буквально снесло крышу, и она принялась пилить мужа. Довольно скоро троица девушек Блэк из младшей ветви узнали, что им предстоит. Беллатриссу, как самую норовистую из сестер, буквально силком заставили выйти за Лестрейнджа, хотя, сама она не была особой фанаткой политики, её влекло движение, желание действовать, а этот брак и “пожирательство” открывали возможности повеселиться и выпустить пар. И вроде всё было неплохо… ну, относительно, ведь мне не понять женщину при всем желании (если бы оно у меня было), и даже не шибко сильный в бою супруг не огорчил молодую валькирию. Ее манили приключения, а Лорд Волан-де-Морт щедрой рукой сыпал ими перед девушкой, отправляя на специальные задания по всей Европе. Девушка побывала и в Румынии, пытаясь отыскать какую-то вампирскую реликвию, и в Польше, надеясь отбить у одного из старых местных родов старинный артефактный клинок, добытый предком-рыцарем в одном из Крестовых походов. Много чего было, и Беллатриса каждый раз получала огромное удовольствие, ее деятельная натура была в экстазе. Но потом Волдеморт решил, что из Беллатрисы можно вылепить куда более сильного боевика, чем она есть сейчас. Нет, он был целиком прав, но дело в том, что девушка на тот момент была еще слишком молода, да и не рожала, то есть психика у нее еще не “устоялась”. Однако “гению” и “светилу тёмной стороны” было плевать на то, что волшебники узнавали на протяжении тысячелений, проливая кровь и пот. Он решил, что ему виднее, и принялся вводить Беллатриссу в тайны не просто тёмной магии, а запретной. И называется она таковой не просто так, ведь несет за собой серьезные, почти необратимые последствия. Не буду описывать то, что я видел в воспоминаниях Блэк, скажу только, что для каждого ритуала требуется разумная жертва, а боль жертвы – одно из лучших сортов топлива для такого «злого» или «запретного» ритуала. В ходе обучения подобной магии маг, а это обычно уже либо колдун, либо заклинатель злых духов, либо демонолог, претерпевает мощнейшую ломку сознания, перестройку морали. Что происходит с неготовыми к подобной ломке – можно увидеть на Беллатриссе, да и сам «лорд» явно крепко «пошелестел крышей». В общем, её «чердак» протёк основательно, а дебил-Том еще больше расшатывал эту-самую “крышу”, в итоге получив безумную маньячку, полностью равнодушную ко всему, кроме выполнения приказов господина, а также работы “по профилю”. Она даже женщиной себя почти не воспринимает многие годы, и с мужем была в последний раз за несколько лет до падения Волдеморта. Она не была беременна, соответственно и не теряла дитя. А на Лонгботтомов напала потому, что таков был приказ Тома. Вот и всё. Короче, понятно, что личность изначальной Беллы уничтожена, а перед нами безумная маньячка – химера, созданная со всей извращенной любовью одним моральным уродом. У меня же теперь на руках множество важных воспоминаний о Риддле в его “лучшие” годы, а также немало о его пристрастиях и увлечениях. Честно признаться, я вообще не хотел влезать во всю эту возню, хоть и понимал, что вряд ли у меня это получится. Но что мешает мне помечтать о «домике в лесу, да чтоб речка рядом, рыбалка…»? Крестраж в ячейке Беллатриссы изначально был мне нужен для гарантий, козыря в случае чего. Теперь же я понимаю, что это чудовище не успокоится, пока все, вообще все не склонятся перед ним, а мне как-то вера не позволяет лебезить перед подобным отбросом, так что нужно активно браться за сбор крестражей, и как только подвернется шанс, отвесить Риддлу отличного пендаля, когда тот не будет этого ожидать. А еще, кажется, я имею всё, для принятия решения относительно Беллатриссы Блэк, и именно это меня так угнетает – мне до жути не хочется убивать ее. Просто не хочется. Несмотря ни на что. Я не понимаю, почему, но это так, потому и пялюсь в огонь в надежде, что ответ придет сам собой. Что у меня случится просветление. – Ты уже принял решение? – спросила вейла. – Вы ведь видели всё сами, зачем тогда спрашиваете? – Ответь. – мягко попросила Апполин, и у меня не было желания строить из себя упертого барана. – Решение моё очевидно, – тяжело вздыхаю. – но мне, почему-то, очень не хочется этого делать. Даже не знаю почему… – Это хорошо, что не хочешь. – в голосе Апполин появилось тепло. – Мне и самой глубоко отвратителен этот вариант, поэтому я предлагаю тебе альтернативу. Но нам придется серьезно поработать. Очень серьезно. – теперь женщина была крайне серьезна. – Вы можете дать гарантии, что Беллатрисса перестанет быть сумасшедшей психопаткой и маньячкой? – Да. – в голосе вейлы не было даже намека на сомнения. – Я, с вашей помощью, смогу это сделать. – И как же, позвольте полюбопытствовать? – немного поворачиваю голову, чтобы увидеть лицо собеседницы. – Личность человека – это накопленные за жизнь воспоминания, жизненный опыт, пережитые эмоции. Память. – Женщина сделала небольшую паузу. – Мы уничтожим все ее воспоминания до момента жизни, где впервые появились намеки на расшатывание психики. – Это что, до момента её поступления в Хогвартс? – не сдержался, виноват. – Я не думаю, что дело зайдет ТАК далеко, но вполне допускаю и такую возможность. – женщина пожала плечами. – Я сегодня все проверю и попытаюсь установить необходимую точку памяти, а потом уже возьмемся за дело все вместе. – Что ж, – после недолгой общей тишины отвечаю. – этот вариант всё равно лучше моего изначального плана, поэтому поступим по-вашему. – Хорошо. – Апполин ласково улыбнулась, пересаживаясь на колени мужа. – Я рада, что не ошиблась в тебе. Я же в ответ только кивнул, вернувшись к созерцанию, начав обдумывать изменения в планах. ***