Песчинка

- Вы, молодой человек, – ого, уже «вы»! – Явно намекаете на что-то иное, но Уизли всем известны своим крепким здоровьем и плодовитостью, и с ними заключают брачные контракты те, у кого с этим появляются проблемы. С другой же стороны род Пруэтт также никогда не жаловался на здоровье, да и те же Булстроуды… – мужчина посмотрел на Милисенту, спокойно потягивающую чай.

- Верно, – согласно киваю на эти слова. – Моим людям удалось найти некоторые исторические записи, подтверждающие ваши слова, а уж если учесть ещё и то, какими являются англичане от природы, то я вообще вас не понимаю. Среди вас мало высоких людей, всех более-менее красивых женщин вывела инквизиция, да и здоровье не из лучших, и вот на этом фоне посмотреть на тех же Билла и Чарли Уизли – парни ведь не ниже меня, а Милисента? – девушка изобразила на лице вопрос. – Мне достоверно известно, что из претендентов на руку Милисенты были лишь те, с кем брак явно не принёс ничего хорошего ни самой девушке, ни её роду. У вас, лорд Пруэтт ответ перед глазами, но вы не видите его, или не хотите видеть, – ещё одна небольшая пауза, во время которой мы с мужчиной смотрим друг другу в глаза. – На Британских островах волшебными науками интересуются единицы, да и те собираются в свой кружок Отдел Тайн, из которого информация никуда не выходит, а то, что было ранее доступно, вы и сами позапрещали глупыми законами. Взять ту же магию крови, которая помогла бы точно выяснить насколько совместимы жених и невеста, и какие интересные особенности могут у них появиться… – и такое покачивание головой, огорченно-разочарованное.

На самом же деле это вряд ли главная причина, хоть и не последняя, скорее всего виной плодовитости семейства Уизли правильные ритуалы, обряды и всё в том же духе. Я после каникул видел на детях этой семьи следы сильных ритуалов определенной направленности, скорее всего, это ритуалы поминовения предков, или что-то очень близкое по смыслу.

- Так вы хотите сказать, что из-за…

- Я ничего не хочу сказать, – тут же отрубаю, ибо прямых доказательств я не имею, но и не исключаю того, что могут быть неправ, а потому лучше вообще даже лишнего намёка-молчаливого-согласия не давать. – Но я предлагаю вам помощь, сделку, прибыль с которой получу и я, и вы, и род Поттер. Вам это интересно, или я пойду искать кого-нибудь ещё?

- Вы, молодой человек, не очень похожи на японца, – после недолгого молчания произнёс Пруэтт. – Насколько мне известно, в Японии не принято говорить столь прямо – это по местным традициям грубо и даже оскорбительно. Так кто же вы?

- Тот, кто сейчас встанет с этого дивана, и оставит вас умирать в пустом мэноре в одиночку, без надежды на восстановление рода. Тот, кто поможет кому-то другому, и вы ещё успеете увидеть плоды моей помощи, и даже если вы захотите что-то изменить потом, не сможете этого сделать потому, что вам не позволит ваша гордость попросить помощи у меня. Ваш ответ, лорд Пруэтт?

- Вы, кажется, не так меня поняли, мистер Хошино, – спокойно произнёс пожилой мужчина. – Я не говорил, что отказываюсь от вашего предложения, просто мне любопытно знать, с каким из демонов я вынужден заключить сделку? – и такой взгляд в конце состроил, мол раскусил хитреца и всё понял.

- Будь я демоном, наоборот уничтожал подобных себе нынешнему, ведь проще завоевать мир, поглощенный склоками, нежели единый кулак.«Разделяй и властвуй» – старая, но всегда верная мудрость. И чтобы развеять ваши сомнения я честно и прямо говорю: я не являюсь демоном и никогда им не был, да и становиться не желаю.

- Что же, – степенно произнес мужчина. – Демоны известны тем, что недоговаривают, искажают истину, но почти никогда не врут смертным, – я на это только закатил глаза, но промолчал. – И раз уж вы, мистер Хошино, не один из них, то я думаю, что сделка с вами не принесёт вреда роду Пруэтт. Не добавите деталей к вашему предложению?

- Конечно, только сперва все здесь присутствующие сперва подпишут вот этот контракт, а уж после этого я всё подробно расскажу. И да, домовиков тоже уберите из помещения.

На этих словах выкладываю на стол три принесённых образца стандартных магических контрактов, то есть если подписавший после выяснения подробностей дела откажется от сделки, то он лишается памяти за последние несколько часов, то есть не сможет использовать её во вред кому-либо. Насчёт же домовиков, которые очень хорошо скрывались, могу лишь напомнить, что вижу магию, а если поднапрягусь, так и ещё больше, чем просто разноцветный туман, или призрачные узоры-плетения.

Мои слова Пруэтт воспринял серьёзно, и тут же выгнал двух затаившихся под невидимостью домовиков, после чего принялся читать контракт, Поттеры его взялись изучать сразу же. Никаких расплывчатых формулировок или двойных смыслов, также никаких «невидимых» чернил или скрывающих чар на бумаге. Магия контракта заключается в смысле текста, заранее запечатленном в ритуале, который активируется магией подписавших, согласных с его условиями. После недолгого изучения всего пары страниц текста лорд Пруэтт не нашёл ничего, чего там быть не должно, и поставил свою подпись, а ещё через пару минут расписались Поттеры. Последним свою подпись ставил я на трёх документах, как хозяин контракта, то есть «продавец», который должен теперь предоставить «покупателям» информацию-товар. Что я и сделал, сразу же после проставления трёх подписей на контрактах, достав из портфеля три одинаковых тонких папки с подробным описанием моего предложения. Несколько минут в гостиной висела тишина, прерываемая разве что шуршанием бумаги, да тихим звоном чайных чашек о блюдца. Первым снова заговорил лорд Пруэтт.

- Мистер Хошино, разъясните, почему ритуал называется «Благословление на возрождение старого рода»?

- Потому что его суть именно в этом и есть – благословлении на возрождение, – пожимаю плечами.

- То есть мой род должен будет получить чьё-то благословление? Это что, ритуал обращения к богам? – прищурился старый маг, рядом заинтересованно прислушивались и Поттеры.

- Нет, – отрицательно качаю головой. – В вашем случае можно обойтись и без этого, да и в подобных вашему предположению ритуалах выгоднее обращаться не к богам, а к Высшим духам – с ними намного проще, да и нет побочного эффекта в виде закрепления за родом роли жрецов, что в свою очередь изменяет магию рода. Ну, разве что чуть-чуть, – улыбаюсь, вспоминая кое-что из истории и своего прошлого. – В нашем случае благословить род на возрождение должны другие маги из старых родов, облечённые властью и обязанностями. Как написано в бумагах, для ритуала важны намерения последнего в роду, а также цель, ради чего он хочет возродить свою кровь. Там дальше будет, – киваю на бумаги, мне ответили сосредоточенным кивком, и снова повисла тишина.

Чтение-изучение продолжилось. Я же в свою очередь поглядывал на присутствующих людей, наблюдая за их реакциями. Интересно было наблюдать за Гарри, который только начал свой тернистый путь в Большую Политику маленькой Британии. Парень явно понимал далеко не всё, и частенько порывался обратиться к жене, дёргался даже, но потом бросал взгляды на меня и лорда Пруэтта, иногда даже закусывал губу, и сдерживал себя.

- Насчёт «сложной» и «значимой» цели, которую должен поставить пред собой род – это понятно, но откуда взяться наследнику рода, если проводит его последний в роду? – скептически спросил мужчина, но в эмоциях у него было что-то вроде осторожного предположения и ожидания.

- Обычно в таких случаях выбирается чистый от проклятий обретённый ребёнок, не важно, мальчик или девочка, но лучше будет, если это дальний родственник, даже если это потомок сквибов в н-нном поколении, и этот ребёнок вводится в род по полному ритуалу принятия, – Пруэтт почти сдержал гримасу, почти, но всё же слегка скривился. – Да, мне известно, как подобные ритуалы ослабляют род, особенно, если он на грани вымирания, но без этого ритуал не осуществим, это одно из его условий.