Песчинка

Постепенно, но неотвратимо его разум поглотила пелена бессознательности…

- Ну, как прошла операция, мистер Колдс? – величаво поинтересовалась фигура в черной мантии, удобно расположившаяся в массивном кресле у камина.

То, что можно было бы назвать лицом, скрывалось в тени глубокого капюшона, а сам докладчик стоял не под тем углом, чтобы что-то рассмотреть в отблесках близкого пламени. Для Колдса его нынешний «наниматель» был больше похож на уродливый манекен, установленный в странную позу.

- Цели частично достигнуты, – сухо ответил мужчина, ни жестом, ни интонацией не выражая своего отношения к тому, кто относится ко всем вокруг как мусору, в лучшем случае – рабам.

На некоторое время повисла тишина, в уютной гостиной со множеством книжных шкафов, слышался лишь треск дров в горящем камине.

- Я хочу услышать больше подробностей, мистер Колдс, – в сухом шипящем голосе проявились недовольство и нетерпение. – И мне не по вкусу, когда мои подчиненные обладают недостатком сообразительности, дабы предвосхитить мои вопросы.

- Затея с засадой оказалась успешной, но цель выжила во взрыве.

- Мда? – слабо удивилось существо-у-камина. – Защитные артефакты?

- Вероятно, – Колдс мог бы пожать плечами, но заранее принятое успокоительное зелье отлично справляется со своей задачей, особенно в связке с мощной окклюменцией, а потому маг казался бесчувственной глыбой. – Выжившие наблюдатели подтвердили наличие множества защитных средств, но природу определить мы не можем.

- Это не так важно, продолжайте, мистер Колдс, – существо вальяжно взмахнуло конечностью, явив из черных складок мантии кисть, покрытую бледно-желтоватой кожей со странными сине-черными линиями, похожими на трещины.

Маг уже не раз видел эти странные следы, а ещё он теперь частенько замечает различные зелья и микстуры в области доступности существа, как и сейчас, ведь на столике рядом с ним была бутылка янтарной жидкости, массивный стакан, и несколько пустых и закупоренных пузырьков с тёмным содержимым.

- После взрыва… – мужчина принялся пересказывать то, что было и так подробно описано в отчете, который лежал на столике, а также в воспоминаниях, собранных в фиал, прикрепленный к отчету.

Зачем нужно по сто раз пересказывать одно и то же, Уинстер не понимал и считал подобную деятельность бесполезной тратой времени. Однако покорно делал то, что от него требовали, ведь успел неоднократно лицезреть «благодарность» Тёмного Лорда в виде различных проклятий, отправляемых в нерадивых слуг. Ему уже тоже доставалось, но так, для понимания своего положения в местной пирамиде живых организмов. Повторение всё же завершилось, и ненадолго повисла тишина, которую нарушил тот, кто именует себя Тёмным Лордом.

- Ваши выводы, мистер Колдс?

Мужчина мог бы съязвить, высказав всё, что он думает о подобных методах работы, но зелья и самоконтроль спокойно сдерживали подобные даже не порывы – мысли.

- Поставленная цель достигнута частично: возможный сильный враг выжил, но пущен по нужному, выгодному для нас следу.

- Если его правильно приручить, – протянула фигура в кресле. – То он будет молить на коленях, лишь бы ему дали шанс принести палку, – существо явно усмехнулось, а его смешок слышался как смесь кашля и шипения пробитого колеса. – Он уже доказал, что готов на глупости ради своих слуг, так что будет не сложно показать ему правильный путь…

Мужчина ничего не говорил. Он уже много лет является главой довольно сильного, и многочисленного отряда наёмников, и выполнять им приходилось самые различные заказы, в том числе и на похищения, а потому особого неприятия в данной ситуации он не ощущал. Но его в некоторой степени раздражало то, что и ему самому, и его людям приходится работать в подобных условиях, да ещё и по смехотворно-низкому тарифу.

Фигура же в кресле размышляла о том, что появление в Британии этого азиата до сих пор вызывает в нём двойственное чувство. С одной стороны пацан оказывает ему в определенной степени услугу, раскачивая «лодку» Министерского покоя и порядка, с другой же стороны реакциями на его действиями часто происходит усиление и улучшение структур, с которыми ему придётся бороться. Нет, будь всё как раньше, он бы воспользовался слабостями нынешнего министра магии, и захват власти прошёл легко и непринуждённо, теперь же, при отсутствии большинства верных слуг, задача значительно усложнилась. Да ещё и выводы целителя не радуют, оный оказался уж слишком большим параноиком, и потребовал и от самого Лорда контракт, прежде, чем приняться за работу. Он тогда был в не лучшем состоянии, а потому легко согласился, когда же старик ему помог, оставив свои выводы и рекомендации, остановить его не было никакой возможности, ибо магический контракт – это та же клятва, или Обет, и нарушать её нельзя. Да, назначенные ритуалы и зелья помогают, но очень слабо, а оттого взяться за дело лично никак не получается, да и некоторые личные мысли, которые появились у Лорда после прочтения записей целителя, никак не проверить, ибо доверять просто некому. Но ничего, совсем скоро настанет правильное время для одного ритуала, для которого и были собраны жертвы, и вот после него силы к Лорду вернутся, и он сможет явить себя миру…

С тех пор, как он женился, парень даже не заметил, как магия на самом деле стала частью его жизни. До этих пор он хоть и учился в Хогвартсе, но магия так и оставалась для него частью чего-то постороннего, хотя нет, не так. Да, он ходил на уроки магии, волшебная палочка была при нём, и всё такое, но вне уроков колдовать в школе запрещается, не до угрозы оказаться в цепях, которыми всем грозит Филч, но и получить несколько дней отработок тоже не приятно. Но как он позже узнал, данные запреты касаются студентов, да, но только несовершеннолетних с младших курсов, как и в случае колдовства вне школы или магических поселений. Что же касается его самого, то он уже получил все необходимые документы о признании его взрослым и дееспособным, а потому имел право колдовать где вздумается, лишь бы Статут не нарушал, да и то, с оговорками. Так вот, парень совсем недавно заметил за собой, что волшебная палочка теперь ложится в руку настолько естественно, будто она часть его тела, а уж определить её место для ношения вообще не является проблемой, в отличие от того, как раньше он мучился с этим вопросом.

Например, сейчас, входя в замок, парень просто взмахнул палочкой, и его обувь тут же очистилась, а его плащ мгновенно высох, так что скрывающийся в тенях Филч, чьи глаза, как и глаза его питомицы, полыхали злобным и алчным до чужих проступков, взором, не имел возможности прицепиться к нему. Перебросив плащ в левую руку, парень провёл свободной рукой по волосам, убеждаясь, что причёска в порядке, потом глянул на улицу, и непроизвольно поёжился от мерзкой погодки, разыгравшийся после обеда. Отвернувшись, он пошёл вглубь школы, громко цокая по каменному полу металлическими подбойками кожаных сапог, которые ему подарила его дорогая Милисента. Настолько удобной, и приятной на ноге обуви у парня ни разу не было за всю жизнь, и он в сапоги из драконьей кожи буквально влюбился, из-за чего не терял случая блеснуть острыми металлическими носами. Пройдя по вечерним коридорам школы, парень добрался до нужного помещения, в котором его ожидают, и потянул на себя тяжелую дверь. Несколько удивившись гостям, он всё же прикрыл за собой дверь и прошёл к волшебникам и улыбнулся.

- Добрый вечер, мистер Уизли, миссис Уизли, – присутствующим близнецам, Рону и Джинни он просто кивнул, так как видел их буквально пару часов назад, перед тем как отправиться в теплицы на дополнительные занятия. – Рад вас видеть, – парень снова улыбнулся родителям друзей.