Песчинка

- Ты права, Нимфадора, в тех обстоятельствах этого было бы достаточно, Блэки могли заявить о своей нейтральной позиции, а сильные члены рода смогли бы обеспечить безопасность защищенного родового гнезда. Но всё пошло наперекосяк. – тяжело вздохнула женщина, которой было очень не легко говорить на эту тему, но и молчать было нельзя. – Началось всё с Сириуса – он фактически предал род, отрёкся от него, хорошо хоть кровью не подкрепил свои слова, но и этого было достаточно, чтобы он утратил право быть наследником. Он всегда был излишне порывистым и подверженым желаниям и настроениям, к тому же учился на Гриффиндоре, а этому факультету всегда позволялось так же много, как и Слизерину. Вальбурга же на эмоциях наговорила много лишнего, а потом ещё и начала шантажировать его в письмах тем, что его изгонят из рода. Видя мой «пример», Сириус не испугался, тем более был уверен, что его друзья поддержат его решение. Откуда ему было знать о плане, если он не успел достаточно повзрослеть, чтобы ему доверяли подобные тайны? – небольшая пауза, Нимфадора сидела замерев, даже дышала тихо. – Нарцисса была обещана Люциусу с раннего детства, а Беллатрисса – Лестрейнджу ещё их дедами, так что поделать ничего было нельзя. Но тут, явно в каком-то помешательстве, весь план нарушила Вальбурга, когда отправила Регулуса служить Неназываемому. Дядя Орион, когда об этом узнал, отправился за Регулусом, надеялся его перехватить, уберечь от принятия метки, но опоздал, а потом бесследно исчез, как и Регулус, только кузен немного позже своего отца. Разом растеряв весь род, всех родственников, Вальбурга помешалась, она, кажется, и сама поверила в ту ложь, что мы говорили всем посторонним, так что с нею я больше не общалась. Вот так мы и остались, фактически, только втроём: я, твой папа и ты, да иногда, тайно встречались с Нарциссой, которая при всём желании не смогла бы нам ничем помочь, случись что непредвиденное. – снова тяжело вздохнув, женщина посмотрела на дочь усталым взглядом. – Разве я могла рассказать тебе всё это, когда ты была маленькой? Когда ты ещё ничего не понимала?

В комнате повисла тишина, нарушаемая только мерным стуком старых антикварных напольных часов. Что мать, что дочь ушли в свои мысли, даже чай был полностью забыт. И если старшая дама погрузилась в воспоминания, что поднялись подобно илу от мощного гребка хвостом какой-нибудь рыбины, то младшая Тонкс думала совсем о другом. Нельзя сказать, что девушка считала своё детство идеальным, но и менять там было нечего, у других бывает и много хуже. Нет, взволновало её то, что от неё всю жизнь утаивали весьма важную информацию, которая шла вразрез со многим, что она слышала и знала, что считала истиной. Умом Нимфадора понимала, что мать кругом права, но вот на сердце было тяжело: иррациональная обида засела в груди и не желала признавать никаких доводов, главным для неё было то, что её мать не рассказала обо всём раньше. Да и неизвестно сколько бы она ещё молчала, не сложись обстоятельства именно так, как они сложились. А вдруг бы она так никогда ни о чём и не узнала? Что, если бы она всю свою жизнь заблуждалась, не зная истины? В горле образовался ком, в глазах защипало, а в мыслях всплыли слова, услышанные однажды от учителя Грюма: «…тёмные семьи все без исключения хитрые и подлые твари, они используют друг друга, своих детей и родителей, легко врут друг другу в глаза ради какой-то своей выгоды, они не знают, что такое любовь…». Неужели и её мама решила использовать дочь ради выгоды? Разве может быть так, что все эти годы Андромеда Тонкс специально отыгрывала роль, лишь бы иметь влияние и ручеек информации прямо из Министерства через дочь-аврора? Часть девушки твердила, что этого просто не может быть, а часть была уверена, что мать-слизеринка из древнего рода способна и не на такое, а потому нужно от неё бежать, и как можно дальше. Но как быть уверенной на «все сто»? Как точно определить, врёт ей мать, или нет? Противоречивые мысли уносили Нимфадору по пути сомнений в собственной семье всё дальше и дальше, она уже практически забыла, где находится – настолько увлеклась своими размышлениями, но тут её вернул в реальность голос матери.

- Выбранная роль не предполагала мгновенное обогащение, – девушка не понимала, куда клонит мать, но невольно прислушалась. – У нас просто не было возможности создать надежную легенду, но теперь эти обстоятельства над нами не сильны, потому мы смело можем воспользоваться моей частью наследства и переехать…

– Погоди-погоди, о каком наследстве речь? – девушка оказалась совершенно сбита с толку. – После смерти твоих бабушки и дедушки нам досталась приличная сумма золотом, которой мы не могли воспользоваться – это тут же вызвало бы законные вопросы, а если бы сбежали с этими деньгами из страны, за нами бы точно начали охоту… – Почему? Тот-кого-нельзя-называть ведь мёртв… – Хоть Неназываемый и мёртв, но кроме него есть и другие, кто будет не против захватить остатки рода Блэк: захватить тебя, жениться и род у них в кармане – старая и надежная схема. – женщина пожала плечами.

- С чего бы мне соглашаться на такой брак? – усмехнулась девушка. – Магический брак требует согласие обеих сторон, иначе ничего не выйдет.

- Да, и ты бы согласилась, – снова пожала плечами Андромеда, встречая усмешку дочери. – Тебя бы даже не пытали, и без зелий обошлись: посидела бы где-нибудь в подземелье пару лет, или пригрозили чем – не важно, но ты бы согласилась сама. Говорю же: схема старая и отработанная, в истории каждого старого рода можно найти подобный эпизод.

- Ладно, – Нимфадора не хотела разжигать конфликт на ровном месте, бесполезно спорить, но она осталась уверена, что с ней бы подобный номер уж точно не прошёл – не из того она теста, чтобы поддаться на глупый шантаж или угрозы, к тому же она довольно сильна и умела в бою, чтобы её схватить нужно хорошо постараться. – Оставим это. Меня сейчас больше волнует то, как мы будем тебя выпутывать из сложившейся ситуации. Мама, тебя ведь подставляют! – экспрессивно воскликнула девушка. – Да за одно лишь укрывательство заключенной нам всем грозит Азкабан! – Нимфадора подскочила на ноги и принялась мерить шагами гостиную при этом размахивая руками.

- Допустим, – спокойно кивнула Андромеда. – Но это при условии, что властям станет известно, что Беллатрисса жива… – играя голосом, многозначительно произнесла женщина, внимательно следя за дочерью.

- А, это дело времени! – Нимфадора отмахнулась от слов матери, как от чего-то незначительного. – Нам нужно продумать стратегию, возможно даже получится выставить тебя свидетелем… да… – девушка глубоко задумалась, совершенно не замечая потяжелевший взгляд матери. – если всё правильно обставить, то можно даже награду получить… – вполголоса пробормотала молодой аврор, но мать её отлично слышала, и вот у Андромеды Блэк-Тонкс уже в руке замерла волшебная палочка. Нимфадора случайно обернулась и замерла, разглядев позу замершей матери. – Ма-ма?..

- То есть ты сама, лично, намерена раскрыть сведения о Беллатриссе? Даже при возможной угрозе мне? – Нимфадора на мгновенье отвела глаза, этого хватило, чтобы всё понять. – И что ты ещё решила рассказать, и кому? – тут девушка не выдержала.

- Как ты не понимаешь?! Он же спас преступников! Он устроил заговор! Он угрожает миру всей Магической Британии, этого нельзя так оставлять! – экспрессивно, с запалом выдала девушка, её глаза блестели твёрдой уверенностью в своих словах.

- Вот как? – нейтральным тоном ответил ей мать. – Ты и о нас решила всё рассказать, о Блэках? – глаза девушка снова отвела. – Прекрасно, я вырастила предательницу… – покачала головой Андромеда, но ни на миг не ослабила свою бдительность. – В твоей бестолковой голове не появилось даже мысли, как ты подставишь не только себя, но и нас с отцом, нет? Да ты понимаешь, дура малолетняя, что за один только сейф главы рода Блэк, на который Министерство может наложить лапу, нас не задумываясь распылят на месте, или состряпают ложное дело и приговорят к поцелую дементора? Наша защита всегда основывалась на сохранении тайны, стоит ей раскрыться – мы не жильцы!