Песчинка

Мне одному показалось, что эти субчики слишком зазнались, а ещё многовато взяли театральности от своего хозяина? Зачем эта показуха, ведь всегда есть шанс на неудачу? Пока я размышлял, оставшиеся на ногах пятеро волшебников и одна странная низкая фигура сбрасывали капюшоны и маски, являя мне тех, кого я и предполагал, а вот то, что «новичком» окажется откровенно древняя бабка с белыми слепыми глазами, не ожидал. Весьма отталкивающего вида старуха с редкими седыми волосами, беззубым ртом, кучей пигментных пятен на восковой, будто просвечивающей, коже, да ещё глазами без зрачков. Ну, не совсем белыми, желтовато-серыми скорее. Общий образ этой старухи очень похож на труп…

– Самый «цвет» нации, – прокомментировал я вслух открывшиеся «лица». – Господа Нотт, Яксли, Роули, Фоули и Малфой. – последнему я ласково так улыбнулся, с намёком.

На несколько секунд повисла тишина. «Важные» господа «позировали», только непонятно для кого, хотя, предполагаю, что друг для друга. Я же думал о том, что Люциус-то – сука, натуральная такая сука, то бишь предатель. О, как его передёрнуло, а глазками-то как сверкнул – понял, собака, что эти новые ощущения, пока ещё первые предупреждения, означают. Недоволен, «Скользкий», но в то же время в зенках застыло самодовольство и торжество. Думает, что скоро от меня избавятся, и ему не придётся терпеть мою власть над ним и его родом. Наивный предатель. Снова передёрнуло, а в глазках появились оттенки нетерпения. Неужели он настолько необразован, что думает, будто его п-р-е-д-а-т-е-л-ь-с-т-в-о (о как передёрнуло, на что я снова ему ласково улыбнулся) будет смыто моей смертью? Наивный английский паренёк решил, что он умнее, и клятва исчезнет. Предатель крови. Да-да, его кровь, его род в огромном долгу предо мной, и я могу прямо перед ним потребовать его жену себе в любовницы или даже в наложницы, а он даже не сможет ничего поделать! И это далеко не «ягодки». Я спас его род от гибели, а за такое принято платить куда серьёзнее. Но «Скользкий» решил снова выскользнуть, как привык это делать. Что ж, посыплю-ка я его солью – лучшим средством против скользких слизняков.

– Мистер Малфой… – Лорд Малфой! – тут же влез Люциус, задирая подбородок, изображая из себя короля среди черни. – … вы знали, что существует далеко не один «злой» ритуал, при котором выбирается один член рода, на которого глава может сбросить родовые проклятия, и чем ценнее этот член, – усмехаюсь. – тем больше на него можно сбросить? И совершенно случайно мне известно целых два варианта его проведения. Удивительное совпадение, правда? – ещё одна широкая улыбка, которая практически пробила самообладание этого слизняка. – Это, всё что ты хотел сказать, перед тем, как Леди Глория покончит с тобой? – высокомерно осведомился Яксли, при этом его внешний вид ни капли не уступал в уровне высокомерия Люциусу. – А у самого что, кишка тонка? Или мозоли от рукоблудия мешают нормально держать волшебную палочку? – Неужели ты, ничтожество, считаешь, будто подобные примитивные оскорбления смогут зацепить истинную аристократию, вроде нас? – насмешливо произнёс Яксли, при этом взгляд у него был такой, будто он изучает таракана. – Хотя, откуда грязнокровке вроде тебя знать, что такое нормальное воспитание? Видимо в углу, из которого ты выполз, уже забыли, как следует обращаться к истинно чистокровным господам. Но ничего, сейчас тебя этому обучит та, которая воспитала несколько поколений настоящих волшебников и ведьм. Леди Глория, можете приступать. – с этим словами седовласый мужчина, незаметно для остальных, но не для меня, коснулся старомодного перстня, по которому пробежала грязно-зелёная волна, быстро схлынув.

В этот же момент старуха как-то приободрилась, увереннее перехватила свою клюку, которая на деле оказалась натуральным посохом – на это тонко намекнул проступивший кристалл в навершии, а также линии того же грязно-зелёного света на дереве, повторяющие узор естественных каналов циркуляции сока. А спустя мгновение, появилась пульсация. Старуха пожевала беззубыми губами, слегка прищуриваясь пока осматривала меня.

– Какой любопытный экземпляр… да-а-а-а… – каркающий, хриплый голос резал слух. – весьма любопытно… а ну-ка посмотрим, что у тебя в голове имеется полезного…

Глаза без зрачков и радужки засветились, и бабка профессионально поймала мой взгляд, хотя я даже не думал его отводить. На всякий случай у меня имеется артефакт ментального щита, который должен отвести подозрения от моего природного, теперь уже, сопротивления ментальной магии. Несколько секунд бабка прожигала меня взглядом, даже пару раз свечение глаз усиливалось, но это не принесло результата, тем более она даже не пробила мой артефакт. Дорогой артефакт, состоящий из двухсантиметрового шарика янтаря, окруженного сложной паутиной из серебряной проволоки. Я назвал его «Полуденное Солнце», так как для того, кто пытается прочесть мои мысли, влезть в голову, или иным образом повлиять на мой разум, происходит определённое действие: тех, кто пытается лезть в голову чтобы что-то узнать, «Солнце» ослепляет нестерпимым сиянием, а тех, кто пытается влиять, всё тем же светом ещё и обжигает. Этот артефакт стал творческой переработкой одного древнего кинжала, который создали специально для императора Китая, там был похожий функционал и идея, но работа, на мой взгляд, была «сырой», вот я её и доработал.

– Какой сильный артефакт! – неподдельно восхитилась старуха, растягивая пергаментные губы в мерзком подобии улыбки. – Корбан, дорогой, сегодня сокровищница нашего рода пополнится новой жемчужиной! – Леди Глория, я считаю, что нам не стоит дарить мерзким грязнокровкам больше времени, чем мы уже дали: уничтожьте эту мерзость, а потом мы возьмёмся за остальных. – Эх, вечно вы, молодёжь, куда-то спешите, торопитесь… – покачала головой старуха. – И ты в чём-то прав. Но я хочу сохранить этот материал, и провести над ним несколько экспериментов. – Как пожелаете. – снисходительно кивнул пожилой глава рода. – Что же, приступим… Почему я всё время ждал, пока они наговорятся, бездействовал? А потому, что готовился. Духовная клетка значительно искажает моё восприятие, и пока не приблизился, я не мог нормально рассмотреть эту старуху. Теперь же, зная то, что бабка очень сильна, да ещё и подключена к родовому алтарю, плюс обилие амулетов и артефактов, из-за чего в духовном зрении она сияет как гирлянда, я решил стать ещё серьезнее. Обезвреженная группа, каждый из них, обзавёлся печатью, а также они теперь отгорожены мощным барьером. Хотел установить на стенах печати для контура подавления магии, но талисманы просто сгорели из-за клетки. Ещё я навесил на себя щиты, с хорошим таким запасом, активировал несколько одноразовых защитных амулетов на разные случаи, спрятал палочку, взамен которой распечатал один из трофейных боевых скипетров, а также перстень-концентратор – мой недавний эксперимент, попытка уменьшить волшебную палочку из кристалла до размера кольца или перстня. Эксперимент удался. Извлечь клинки или другое оружие – дело мгновенья, так что пусть останутся в резерве. Сюрприз будет.

Бабка просто стукнула посохом о каменный пол, и внешне больше ничего, вроде как, не произошло, но я выбросил перед собой талисман, который разделился на пять, они окружили меня равным кольцом и ярко вспыхнули. Совершенно беззвучно крадущиеся ко мне щупальца теней разметало, словно ветром лёгкую пыль.

– Хм, – гадко усмехнулась бабка. – Мальчик знает пару трюков? А если так?

Ещё один удар об пол, и от посоха, как-то лениво, отделяется пара сгустков дыма грязного тёмно-зелёного цвета. Клубясь, они двинулись в мою сторону. Их встретила пара универсальных печатей. При столкновении бумага полностью поглотила тёмный дым, но тут же осыпалась чёрной пылью. Я, всё так же не сходя со своего прежнего места, всем своим видом выражал скептицизм и даже иронию. Но это только внешне, внутренне я был предельно собран и готов к любым неожиданностям, в смысле среагировать на них, на неожиданности.