Страница 40 из 112
Эльмия, немного поразмыслив, ответила:
– В принципе, я не против... Я раньше никогда на природе не была, но не знаю, разрешит ли мама... – Она задумалась и кое-что сообразила: – Слушай, давай ты мне свой номер телефона дашь, а я, когда у мамы спрошу, тебе позвоню и дам окончательный ответ.
– Ну ладно, – Мэтт неопределённо дёрнул бровями. – Записывай.
Эльмия достала из кармана телефон, нажала кнопку «Добавить контакт», и Мэтт продиктовал свой номер.
– Кстати, всё время хотел спросить, – произнёс парень, вставая. – Мы случайно раньше нигде не встречались? А то лицо знакомое...
– Лицо или волосы? – ехидно переспросила Эльмия.
– Ну... волосы тоже, – не стал отпираться Мэтт.
– Мне кажется, я тоже тебя где-то видела, но не могу вспомнить, где именно...
– Я же тебе во вторник показывала его фотку, – раздался голос Кэти сбоку. Девочка прошла между рядами и села рядом с Эльмией. Как Мэтт и сказал, от обиды его сестры ни осталась и следа. – Она на стене почёта висит.
– Точно! – Эльмия стукнула себя по лбу. А она-то думала, что у неё абсолютная память. Видно, этой способностью она владеет не в совершенстве. – Но откуда тогда Мэтт меня знает? Или ты тоже меня фоткала и ему показывала?
– Да не, – усмехнувшись, ответил парень за сестру. – Тут что-то другое... Да ладно, не забивай голову.
– Нет, мне уже самой интересно, – сказала Кэти. – Вы что, ещё до меня знакомы были?
Эльмия решила, что с помощью своих способностей сможет прокрутить в памяти последние дни, чтобы вспомнить встречу с Мэттом.
– Вспомнить последнюю неделю, – шёпотом произнесла Эльмия.
И тут перед её глазами, как при обратной перемотке фильма, предстали все события, что девочка пережила за эти шесть дней. Она увидела всё: каждую мелочь, каждый разговор и даже сон. От такого, казалось бы, небольшого, но на самом деле просто огромного количества воспоминаний, голова Эльмии как будто раскололась надвое, в ушах стоял ужасный шум, будто бы она находилась рядом с колоколами в часовой башне, а из носа от сильного давления побежала кровь.
– Эльмия? – заметила состояние подруги Кэти. – Что с тобой?
– Всё нормально, – отмахнулась девочка, вытирая кровь рукавом. – Я... я вспомнила, где мы с тобой виделись. Мой первый день в школе. Я тогда была с мамой, а ты стоял с Сабриной, Вэнди и каким-то парнем... Ты ещё сказал, что я симпатичная, а потом подмигнул... А Сабрина на тебя кричала: «Вот придёт Рани, я ей всё расскажу», – после этих слов Эльмия впала в ступор. – Подожди... Рани – твоя девушка?
– Э-э... да, – коротко и беззаботно ответил Мэтт.
Воспользовавшись замешательством друзей, Кэти попыталась незаметно улизнуть, но у неё это не получилось.
– Кэти! Куда ты пошла?! – Эльмия повысила голос на подругу. – Почему ты мне этого не говорила?
– Я тебе рассказывала: на каждую девчонку из школьной элиты есть баскетболист, – оправдалась Кэти. – Или ты думаешь, что наша баскетбольная команда из ста человек состоит?
– Да... прости... – растерянно извинилась Эльмия. – Сама не знаю, что на меня нашло.
– Да всё же предельно просто, – широко улыбнулся Мэтт. – Ты же в меня влюбилась!
И парень засмеялся во весь голос. Эхо полупустого спортзала будто специально усиливало хохот.
– Заткнись! – велела Кэти брату, больно ударив его в бок. От неожиданности Мэтт согнулся пополам, но смеяться не перестал. – Не лезь в девчачьи дела, ты в них совсем ничего не понимаешь! Да и вообще, ты же сам её... эм... охмурил! А у тебя девушка есть, если ты не забыл!
Мэтт недовольно цокнул языком.
– Она для меня такая же девушка, как для тебя – пятёрка по физкультуре, – съязвил он. – Я имею в виду, что липовая. Или ты опять забыла, что она со мной встречаться стала, чтобы в элиту попасть, рыбья ты голова?
– Да ну тебя! Цуцик недотёпанный! – выругалась Кэти и ушла из спортзала.
– Никогда её не видела в таком состоянии, – грустно прокомментировала ситуацию Эльмия. – Не часто ли вы ругаетесь?
– Да мы с ней на дню по десять раз поссориться можем, так что не обращай внимания... Ладно, я, наверное, тоже пойду. Не пущу же я её в таком состоянии домой одну... Короче, не забудь позвонить, когда у мамы разрешения спросишь. Я всё-таки надеюсь, что тебя отпустят. Прикольная ты...
И он ушёл, оставив Эльмию наедине со своими мыслями.
Эльмия была в некотором заблуждении. Сейчас она переживала то чувство, что так часто описывалось в романах от первого лица, которые читала девочка. Но это чувство – любовь – не казалось ей прекрасным. Оно внушало страх. Эльмия действительно боялась, что смогла влюбиться, ведь ей было всего тринадцать лет... Она это понимала, но чувства оказались сильнее разума. И ей пришлось смириться.